Внешняя политика должна строиться не на бесконечных уступках и выполнении всех желаний других, а на совершенно иных принципах. Можно, конечно, бесконечно повторять слова и выражения «мир», «добрососедство», «договоренности», «свет в конце тоннеля» и т. д. Но это игры людей, плохо разбирающихся в тонкостях внешней политики. Свет в конце тоннеля, может, время от времени и появляется, но только ради того, чтобы осветить новый перегораживающий все тупик. Необходимо усвоить следующее.
СПОКОЙНАЯ И УВЕРЕННАЯ ПОЗИЦИЯ вообще полезна для страны, которая намерена продолжать пребывать на мировых геополитических картах длительное время. Это одна из основ разумной внешней политики.
Понимание того, что в международных отношениях нет и не бывает дружбы и братства, а есть интересы и их нужно проводить в жизнь, обязательно учитывая в первую очередь национальные интересы, — другая основа. Попытки договориться с врагом работают куда как плохо, и имеет ли смысл тратить на такие попытки время и силы или нет — большой вопрос.
Готовность к изменению ситуации в любой момент и понимание того, кто на самом деле является последовательным противником Армении, в какой форме и до какой степени эти противники могут и будут на нее воздействовать и что им можно противопоставить, — третья. Бог троицу любит.
К сожалению, ничего подобного мы не увидели по итогам последнего визита Пашиняна в Турцию и его встречи с Эрдоганом. Согласно Пашиняну, Ереван близок к полной нормализации отношений с Турцией и установлению прочного мира с Азербайджаном, сейчас сложилась историческая возможность урегулировать отношения с обеими странами, и Армения не должна ее упустить.
«У меня была очень позитивная встреча с президентом Эрдоганом. Мы отметили, что достигли прогресса и очень близки к последнему шагу — установлению дипломатических отношений и полному открытию границ», — заявил Пашинян. Он признал, что изменение отношений, складывавшихся на протяжении всей истории, представляет собой сложную задачу, поскольку на этом пути Армения столкнется с международными, внутриполитическими и психологическими трудностями, а также с вопросами, связанными с историческим прошлым.
СВЯЗАННЫЕ С ИСТОРИЧЕСКИМ ПРОШЛЫМ ВОПРОСЫ, и прежде всего Геноцид армян, действительно не могут не создать серьезные проблемы в нормализации армяно-турецких отношений. Тем более что превращение Турции Ататюрка в Турцию Эрдогана не изменило ситуацию ни на йоту — сегодняшние исламисты не менее яростно отрицают преступления своих предшественников, чем кемалисты.
А вот первое послевоенное правительство Западной Германии во главе с канцлером ФРГ Конрадом Аденауэром признало вину германского государства перед еврейским народом и заключило с Израилем соглашение о репарациях. И до сих пор немцы делают все возможное, чтобы стереть эту страницу своей истории. Секрет тут прост: это разница между послевоенной Германией и Турцией.
Но проблемы, делающие нереальными мечты властей Армении о полной нормализации армяно-турецких отношений, связаны не только с историческим прошлым. Дело в том, что для Турции Армения и сегодня остается костью в горле, от которой нужно избавиться.
Не будучи официально вовлеченным в боевые действия, «старший брат» Азербайджана однозначно сыграл в 44-дневной войне ключевую роль, являясь фактически единственной страной в мире, приветствовавшей и всячески поддерживавшей агрессора. Кстати, не надо думать, что в роли «старшего брата» Турция выступает только по отношению к Азербайджану. Она еще в 1992 году объявила себя «старшим братом» — «агабейлик» — тюркских государств (Азербайджана, Казахстана, Узбекистана, Туркменистана), создав при турецком МИДе Агентство по тюркскому сотрудничеству и развитию. А в 1993 году идея Великого Турана легла в основу Организации дружбы, братства и сотрудничества тюркоязычных стран и общин.
В действительности попытки Турции вовлечь в сферу своего влияния тюркоязычные страны являются одной из составных частей идеологии неоосманизма и планов по созданию новой Османской империи, о чем мечтает руководство Турции и в первую очередь президент Эрдоган.
Взрыв внешнеполитической активности Турции произошел во втором десятилетии XXI века. По всем направлениям, связанным с Ближним и Средним Востоком и нашим регионом, Анкара стремится играть заметную, а в некоторых случаях и лидирующую роль. Турция всячески пытается заявить о себе как о реальном претенденте на место одного из полюсов в будущем многополярном мире.
СЕГОДНЯ РУКОВОДСТВО ТУРЦИИ РЕАЛИЗУЕТ, используя политическую и экономическую конъюнктуру, сложную комбинацию, итогом которой, по его замыслу, должно стать превращение Турции в доминирующую силу региона, на равных говорящую с ЕС и независимую от Соединенных Штатов. Ее действия в Сирии, Ираке, Ливии, конфликты (пока что дипломатические) с Грецией, регулярно то ухудшающиеся, то поднимающиеся на довольно высокий уровень отношения с Россией, безоговорочная и всесторонняя поддержка Азербайджана во всех вопросах, думаем, свидетельствуют именно об этом.
И, нужно сказать, геополитическая ситуация складывается для Турции весьма благоприятно. Она выигрывает от ослабления региональных игроков. Один из наиболее опасных в свое время для Турции — Ирак — расколот и перестал быть полноценным государством. Позиции Ирана осложнены его жесточайшим противостоянием с Соединенными Штатами и необъявленной войной с Израилем. Последний в настоящее время больше сосредоточен на собственной безопасности. Сирия еще не скоро оправится от пережитых катастроф.
По мнению многих экспертов, инструментарий турецкой политики сегодня включает пантюркизм на Кавказе, в Центральной Азии и тюркских регионах России и «мягкий ислам» в экспортном исполнении.
«Нулевые проблемы с соседями», «многовекторность внешней политики», «мягкая сила», «региональная сверхсила» — это элементы продуманной и последовательно реализуемой политики, призванной закрепить за Турцией роль региональной сверхдержавы.
Таким образом, Турция целенаправленно и упорно пытается воплотить в жизнь свои неоосманистские идеи по созданию новой Оттоманской империи, а Армения — как кость в ее горле в нашем регионе. А кто с костью в горле строит нормальные и добрососедские отношения?
Гагик Мкртчян, «Голос Армении»