Новая концепция внешней политики Российской Федерации, которая недавно была утверждена президентом Путиным, содержит несколько моментов, которые обращают на себя внимание. Но для начала следует дать пояснение, что такое концепция внешней политики России. К какому жанру относится этот достаточно объемный документ.
Концепция – свод основных магистральных принципов и задач международной деятельности государства, трактовок событий и процессов, угроз, потенциальных направлений сотрудничества с отдельными государствами, блоками и региональными объединениями стран. Это документ, который формулирует дипломатические ответы на весь спектр вопросов внешнеполитической повестки в рамках определенного исторического периода. Он четко отражает изменения не только внешней, но и внутренней политики России, обозначает официальную позицию в отношении главных вызовов современной международной жизни.
Следует учесть, что Концепция внешней политики - это текст, который составляется и утверждается не только для внутреннего пользования сотрудниками МИДовских структур. Содержание документа должен знать каждый государственный служащий, осуществляющий международные контакты, в том числе руководители субъектов Российской Федерации, представители госкомпаний.
Именно Концепция служит основой для дискуссионной позиции экспертов и представителей НПО, которые стремятся поддерживать государственную линию либо оппонировать ей. Несмотря на декларативность и достаточно обобщенное содержание, Концепция внешней политики не должна недооцениваться. Напротив, она служит наиболее четким камертоном государственного курса в международных делах.
Концепция 2016 года имеет ряд отличий от предыдущей версии, которая была принята в 2013 году. Действительно, за эти три года в мире произошло много событий, начиная с активизации запрещенного «Исламского Государства», заканчивая конфликтом в Украине и апрельской агрессией Азербайджана против Нагорно-Карабахской Республики.
Первое из различий, которое бросается в глаза, - из Концепции внешней политики исчезло понятие "русская диаспора". Она заменена на "российскую диаспору". Слово "русский" в новой редакции употребляется исключительно по отношению к языку. Данное уточнение может вызывать различные трактовки и эмоциональные оценки. С технической точки зрения такая поправка очевидно призвана систематизировать работу с соотечественниками, расширить их круг, подчеркнуто избегая чисто этнического толкования. Это серьезная заявка на глобальную диаспоральную работу, поскольку «русская диаспора» в ее классическом понимании, формировалась и базировалась на основе иммигрантских сообществ XX в. И если за этой существенной смысловой поправкой не последует активная и качественная организационная работа, то возникает риск размывания и утраты системы плодотворного взаимодействия с соотечественниками всех условных категорий.
В Концепции 2016 года международный экономический кризис перестал быть основным фактором, который влияет на отношения между государствами и народами. При этом, как и в версии 2013 года, Россия официально озвучивает снижение влияния стран Запада на мировые процессы. Продолжается смещение "центра тяжести" в Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР).
В тексте 2013 года Россия обозначала себя, как "неотъемлемую, органичную часть европейской цивилизации", одновременно с этим подчеркивая принадлежность к Азиатско-Тихоокеанскому региону. В Концепции 2016 года указания на цивилизационную принадлежность к Европе больше нет, притом, что привязка к АТР осталась практически в той же формулировке. Такое изменение можно трактовать двояко.
С одной стороны, это авторы Концепции могут подразумевать изменение цивилизационного кода в обществах западноевропейских стран, которые все дальше отходят от общехристианских корней, связывающих Россию и другие государства Старого Света.
С другой, очевидно, что Россия в последние годы стремится подчеркнуть свою самостоятельность и независимость от представителей западных элит в принятии тех или иных решений. Как бы то ни было, такое изменение самоидентификации может иметь серьезные последствия цивилизационного характера.
При этом, несмотря на в целом "антизападную" интонацию, в качестве главного регулятора международных экономических отношений указана Всемирная торговая организация – один из институтов Бреттон-Вудской системы, которая традиционно ориентирована на игроков из северной Атлантики.
Угроза номер один – международный терроризм. Впервые в Концепции указывается идеологическая основа современного терроризма – искаженное толкование религиозных ценностей. Речь в первую очередь идет о религиозных мотивах деятельности исламистов из ИГ и аналогичных структур. Подобная формулировка открывает серьезную глобальную дискуссию по поводу толкования норм Ислама. В обществе давно назрел запрос на четкое определение границ между мирными, цивилизованным мусульманскими общинами и экстремистскими объединениями. И, в первую очередь, это необходимо для нормального существования приверженцев традиционного Ислама, в том числе и проживающих в России.
Еще одно новшество Концепции - прямое указание на недопущение неконституционной смены власти под внешним влиянием. Характерно, что сделано оно в разделе, посвященном "Верховенству международного права". Таким образом указывается, что "экспорт революций" является не просто политически нежелательным явлением, а прямым нарушением универсальных международно-правовых принципов и норм. Подобное развитие понятийного аппарата может иметь весьма существенное значение для и для Международного права, как научной дисциплины.
Обращает на себя внимание абзац, который указывает, что Россия выступает категорически против использования террористических организаций для политических и иных целей. Этот пассаж можно воспринимать как официальное заявление о том, что подобные методы существуют и активно распространяются. По этому поводу острые вопросы могут быть заданы не только крупным мировым игрокам, которые в геополитической борьбе не брезгуют никакими средствами, но и в адрес Азербайджана, который во время апрельской агрессии задействовал боевиков-исламистов, о чем существует немало свидетельств.
Россия подчеркивает свою приверженность политико-дипломатическому урегулированию конфликтов. Свое место в тексте, как и в 2013 году, нашли ситуации вокруг Нагорного Карабаха и Приднестровья. К ним в 2016 году добавился и "внутриукраинский конфликт". Формулировки в этом разделе предсказуемо обтекаемые, что соответствует принципам всех задействованных миротворческих форматов.
Как и в 2013 году, в новой Концепции приоритетной территорией российских интересов остается пространство СНГ, в том числе страны, которые входят в евразийские интеграционные проекты и ОДКБ. В отличие от текста 2013 года, новая версия Концепции упоминает Армению в числе стран, с которыми Россия намерена расширить интеграционные процессы в первую очередь. Помимо Армении в их число входит Белоруссия, Казахстан и Киргизия.
Наиболее важный раздел касается информационной деятельности, гуманитарного сотрудничества, продвижения русского языка. Особое внимание обращает на себя пункт, который касается информационной политики: «Россия добивается объективного восприятия ее в мире, развивает собственные эффективные средства информационного влияния на общественное мнение за рубежом, содействует усилению позиций российских и русскоязычных средств массовой информации в мировом информационном пространстве, предоставляя им необходимую для этого государственную поддержку, активно участвует в международном сотрудничестве в информационной сфере, принимает необходимые меры по противодействию угрозам своей информационной безопасности».
Данный абзац Концепции 2016 года звучит как прямое руководство к действию. Сегодня на примере Армении мы можем наблюдать пассивность российских официальных ведомств по отношению к русскоязычным СМИ, ко многим медийным и гуманитарным проектам, творческим объединениям. Весьма значительный потенциал продвижения объективной информации, позитивного имиджа России, в том числе в русскоязычном сегменте, сегодня не используется. Как следствие, упускаются многие уникальные возможности. Хотелось бы надеяться, что вслед за декларативным пассажем начнется реальное внедрение новых эффективных подходов в сфере гуманитарного, информационного и академического сотрудничества. Изменится мотивация ответственных исполнителей и тех, кто принимает решения.
Концепция внешней политики - документ, который в том числе рассчитан и на внешнюю аудиторию. В какой-то степени это форма заверения в мирных намерениях, демонстрация желания нормализации отношений и развития сотрудничества. Концепция 2016 года традиционно перечисляет страны, международные интеграционные объединения и организации, которые имеют значение для российской внешней политики.
Большой фрагмент традиционно посвящен отношениям с США, ЕС. Отдельно выделены Китай, Япония, Канада, многие другие ведущие страны, относящиеся к разным континентам и регионам. Важный момент, что среди стран, с которыми Россия изъявляет желание нормализовать отношения есть Украина и Грузия. При этом, в отличие от Концепции 2013 года в тексте не нашлось места для Великобритании. Хочется надеяться, что имеет место ситуационный момент. -0-
Денис Дворников, член Российской Ассоциации международного права, к.ю.н., публицист
Новости-Армения