Отец Ваан не спеша достает пузатую бутыль с густым содержимым. Десяток с лишним человек не могут оторвать глаз от красновато-коричневых лучей, играющих в бутылке на свету. "Внимание. Напиток очень крепкий", — говорит он.
Это сладко-пряный ликер Ордена мхитаристов – "Мхитарин". В Вене монахи братии живут больше 200 лет, пишет немецкий еженедельник Zeit.
Сам орден еще старше – ему более трех веков. В конце XVIII века часть братии отделилась, уйдя в земли Габсбургов – в Триест, а потом в Вену. Здесь основатель Австрийской империи Франц I пожаловал им заброшенный монастырь капуцинов. Но предупредил: больше на государство не рассчитывать.
Обживаться на новом месте армянам не привыкать. Братия открыла типографию. Книги здесь печатались на десятках языков — вплоть до китайского. Но вот типографий вокруг стало больше, доходов – меньше. И тогда монахи сменили крепость наборных литер на крепость хмельную. С 1889 года они начали продавать свой ликер по всему миру.
Как и положено в стенах монастырей, рецепт держали в строгой тайне. Посвященными в нее оставались не больше двух братьев одновременно. Но, как ни печально, земные немощи не обходят и людей духовных. Один из двух хранителей неожиданно скончался. У другого началась потеря памяти, и живет он теперь в пансионате для больных.
"Не знаю, как получилось, что рецепт не передали вовремя", — со вздохом говорит патер Ваан. Здесь он уже 44 года. Но в его немецкой речи до сих пор слышен певучий армянский акцент. Родом он из Сирии.
В год в монастырь мхитаристов в Вене приезжает по две-три тысячи туристов. Ваан, со своей неизменной улыбкой, водит их по лабиринту из четырех этажей и тьмы коридоров. Чтобы увидеть все хотя бы мельком, нужно не меньше двух часов.
Здесь — одно из крупнейших в мире собраний старопечатных армянских книг. В музее — экспонаты по истории, картины, костюмы, ковры, коллекции монет, керамика. Даже карикатуры. Есть необычные подарки: египетская мумия, средневековая кольчуга… Это от состоятельных армянских семей.
В одном из залов отец Ваан вдруг достает на свет из какого-то угла небольшую стеклянную бутылку с пожелтевшей этикеткой. "Считается, что в 1909 году отсюда пил кайзер Франц-Иосиф", — говорит он, улыбаясь.
Императоры свое уже выпили. А что осталось на долю современников?
…"Айва, это без сомнения айва", — говорит он, чуть заметно втягивая воздух в одном из подвалов. Сюда он входит на цыпочках, поднимает большую железную крышку и заглядывает в бочку в человеческий рост. Вокруг – 37 бочек из тяжелой глины, вместе они вмещают около 2 500 литров. В бочках настаиваются в коньяке бергамоты и инжир, тысячелистник, виноград, розы и флердоранж. "36 трав и двенадцать южных фруктов. Очень полезно. А кроме того, 100% органики", — улыбается он.
Что будет, если смешать все эти ингредиенты? Уж точно не "Мхитарин". Всему свое время. Что-то, как перечную мяту, настаивают неделю-другую, а что-то нужно выдерживать десятилетиями. Перед смешиванием ингредиенты нужно оставить отдохнуть и, наконец, профильтровать. "Вот эта бочка здесь года с 1920-го", — говорит патер. Кто-то коряво надписал на ней: "очень жирно".
…Армяне из Ливана и Аргентины выходят с экскурсии по монастырю. Прощаясь с отцом Вааном, они идут за ликером. И вот они выходят – у всех по увесистой сумке в каждой руке. О том, что их любимому ликеру может скоро прийти конец, они ничего не знают. Для них это обязательный армянский сувенир из Вены.
А у патера Ваана остается надежда. Каждый раз, посещая больного брата-хранителя, он надеется узнать еще хоть слово о рецептуре. Он и сам не опускает рук: настаивает, смешивает и испытывает. И так до тех пор, пока результат не вернется к тому, что известно во всем мире как Мхитарин.
Арам Гарегинян, Sputnik