Ни один продукт питания не является таким олицетворением роскоши, как осетровая икра. Теперь лучшая в мире икра поставляется уже не из России, а из водохранилища в Китае.
Когда Ся Йонгтао (Xia Yongtao) берет в руки сито, сквозь отверстия струями стекает жир, и на сетке остается десять килограммов влажных бусинок. Эта скользкая темная масса стоит примерно десять тысяч евро. Обычно Ся носит голубой костюм и белую рубашку. Сегодня он поменял свой офисный костюм на резиновые сапоги по колено, белый халат и шапочку и пришел на фабрику в городе Сучжоу на востоке Китая. 43-летний мужчина является вице-президентом крупнейшего в мире производителя икры, компании Kaluga Queen.
Одни едят ее с лососем, другие — на русских блинах, некоторые — прямо с тыльной стороны ладони, чтобы маленькие бусины достигли идеальной температуры, так или иначе, икра является продовольственным воплощением роскоши и расточительства: осетровая икра украшает тарелки королей, знати и богачей.
Исконно икра приходила из региона возле Каспийского моря; там долгоживущие чувствительные к условиям окружающей среды обитатели морских глубин чувствуют себя особенно хорошо. Соответственно и производство икры на протяжении столетий прочно находилось в руках российских и иранских рыбаков.
Затем в XIX веке достоинства соленого деликатеса открыли для себя и американские бизнесмены. Они начали импортировать икру, да так усердно, что природные запасы осетра к концу прошлого столетия оказались на грани исчезновения.
Сегодня по всему миру съедается 170 тонн икры в год — общей стоимостью 890 миллионов долларов. По оценкам экспертов, учитывая рост верхнего слоя наиболее обеспеченных людей в Азии, в следующие годы ее потребление может вырасти еще на 60%. Спрос изменил предложение. Лучшая икра теперь поставляется уже не из Ирана или России — а из Китая.
Первые попытки разведения драгоценного осетра там начались в 1998 году, как это часто бывает в Китае, по приказу верховного вождя. Пекин поручил научно-исследовательскому институту Chinese Academy of Fishery Sciences проанализировать потенциал национальной икорной промышленности. Пять лет спустя группа китайских предпринимателей основала материнскую компанию компании Kaluga Queen под названием Hangzhou Qiandaohu Xunlong Sci-tech. И этот новичок в отрасли в течение 15 лет стал лидером по показателям качества и лидером мирового рынка вообще. Предприятие производит 60 тонн икры в год. 22 из 27 отмеченных звездой Мишлен ресторанов в Париже закупают роскошные жемчужины у Kaluga Queen, с 2011 года Lufthansa подает ее своим гостям в первом классе. Лидером продаж стала икра гибрида, называемого Huso Hybrid. Эту икру получают от гибрида калуги и амурского осетра, «единственного в мире», гордо говорит Ся. 30 граммов такой икры продают за 210 долларов.
Горы в озере
Тот, кто хочет понять, как менее чем за два десятилетия компании удалось стать лидером в глобальной отрасли производства роскоши, должен проехать пару часов на машине из Сучжоу на северо-восток. Там, примерно в 150 километрах от фабрики, на причале на коленях стоит Ван Сянь Цэ (Wang Xian Ce). Он руководит рыбоводческой фермой, расположенной на озере Циндао, в котором рыба живет около двух лет до убоя. Ван носит спасательный жилет, под ним — темный спортивный костюм. 33-летний мужчина каждый день ездит на спортивной лодке в маленькую бухту на озере, чтобы проконтролировать рост осетров. Он опускает руку в воду, через несколько секунд появляются темные тени. Крупные рыбины медленно проскальзывают под его рукой. «За два года рыба вырастает до таких больших размеров», — говорит Ван.
С тех пор, как в 2006 году Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения, СИТЕС запретила ввоз икры диких осетров, по всему миру в икорной промышленности царит аквакультура. Но то, что работает в других странах с помощью сложных установок, в Китае происходит несколько по-другому. Озеро площадью примерно 600 квадратных километров крупнее Боденского озера. Руководитель всего этого хозяйства Ван говорит, что здесь рыба живет в оптимальных условиях: «Совершенно без вмешательства человека».
С другой стороны, это озеро возникло не совсем естественным путем. В 1957 году китайское правительство приказало затопить долину, чтобы спустя три года открыть первую гидроэлектростанцию. Из-за такого масштабного проекта Мао тогда были вынуждены переселиться несколько сотен тысяч человек. Сегодня об этом напоминают лишь горные вершины, возвышающиеся над поверхностью воды. Поэтому его называют «озером тысячи островов».
Мао и не подозревал о том, что осетрам в этом озере будет особенно комфортно. «Температура воды сейчас 17 градусов», — удовлетворенно говорит Ван. Этим рыбам нужны низкие температуры. Ван вытаскивает руку из воды. «В этом месте глубина озера достигает 50 метров», — говорит он. При повышении температуры рыба может отплыть на более прохладную глубину. Но летом этого недостаточно. Когда тысячи туристов устремляются в эту зону отдыха, а температура воды поднимается до 34 градусов, рыбу на большом танкере перевозят в охлаждаемый бассейн.
Ван смотрит на часы. Поскольку племенная рыба разучилась охотиться, ее нужно кормить дважды в день. Ван бросает кусочки корма в воду. Осетры неторопливо хватают их и снова погружаются на глубину.
Первые пять лет своей жизни здесь живет около 100 женских особей осетров в 17 клетках, обтянутых рыболовными сетями. Последние два года они проводят недалеко от фабрики, где их искусственно оплодотворяют. Клетки с рыбой охраняются 24 часа в сутки. «Пока еще никто не пытался их украсть», — говорит Ван и смеется. Но никогда не знаешь, что может произойти.
Тем временем на фабрике в Сучжоу возле входа менеджер Ся Йонгтао несколько раз вымыл руки, продизенфицировал их и прошел через воздушный душ. Помещения фабрики своим белым кафелем напоминают операционную, что для китайских цехов скорее нетипично. «Сотрудники должны соблюдать гигиенические предписания ЕС», — говорит Ся, который изучал морскую биологию в Шанхае. Халатность — табу. Когда Ся проходит мимо рядов с продукцией, он то и дело берет некоторые банки в руки и критически их осматривает. Он резко отчитывает одного из работников, когда тот роняет резиновую прокладку банки на пол.
У Ся сегодня нет времени. Осетров потрошат всего несколько раз в год, в общей сложности процедура длится меньше получаса. До того, как икра окажется в голубой банке, ее посыпают солью, она придает икре ключевой вкусовой оттенок. Точное количество Ся предпочитает не разглашать. Затем икра неделю хранится на фабрике, потом ее запаковывают и рассылают по всему миру. Ее нужно употребить в течение следующих девяти месяцев.
Без иероглифов
Но страну происхождения «черного золота» клиенты узнают только по запросу. До сегодняшнего дня предприятие неохотно афиширует лейбл «Made in China» («сделано в Китае»). После инцидентов с мясом, вымоченном в отбеливателе, или обнаруженном антифризе в яблочном соке китайское производство продовольственных продуктов пользуется дурной славой.
Тогда разработку характерной голубой этикетки предприятие заказало у немецкого дизайнера за 20 тысяч марок. На ней изображена золотая русалка, держащая скипетр в правой руке. На голове у нее корона, которая должна напоминать характерную для осетров бородку. «Марка должна производить максимально международное впечатление», — говорит сегодня Ся о дизайне банки, на которой нет ни одного иероглифа.
Для особенных гостей он разместил возле фабрики небольшой белый павильон для проведения дегустаций. Здесь Ся в ближайшие годы хочет привлечь еще больше своих соотечественников ко вкусу своей продукции. Для него это больше чем бизнес-задача. «Мы продаем обещание нового стиля жизни, — говорит Ся, — однажды мы будем гордиться этим и в Китае».
Цитаты, факты, мнения
Наследие Мао, в 1957 году китайское правительство приказало затопить долину для строительства гидроэлектростанции. Сегодня на озере Циндао находится завод по разведению осетров. Осетры вырастают до трех метров длиной, весом до 50 килограммов. Чтобы не повредить дорогую икру, рабочие распарывают рыбе брюхо тупым ножом. Затем икру несколько раз просеивают, промывают и с щепоткой соли перекладывают в голубые банки.
Леа Дойбер, WirtschaftsWoche Heute, Германия
http://inosmi.ru/