Авиаудары, осуществляемые в Сирии Парижем, Лондоном и Вашингтоном, вызвали негодование Москвы. Через семь лет после начала войны Кремль все еще поддерживает режим Асада. Свои объяснения этой позиции Москвы приводит журналистка Le Journal Du Dimanche Зоя Ластенне.
1. Россия видит себя в роли защитницы христиан Востока
Историк Фредерик Пишон в книге "Сирия: какова ставка для России?" пишет, что манера, в которой Кремль и РПЦ представляют свою роль в Сирии, "делает из России традиционную защитницу христианских меньшинств в арабском мире".
2. Экономические интересы России в Сирии имеют важное, но не решающее значение
В Сирии находится порт Тартус, единственная база ВМФ для российских кораблей, курсирующих по Средиземному морю, и единственный выход в "теплые моря". Авиабаза в Латакии представляет собой второй военный доступ России в регион, отмечает журналистка. Режим Башара Асада - заслуживающий внимания клиент для продажи российского оружия.
"Важная ставка, но все же не существенная", - замечает Фредерик Пишон.
3. Воспрепятствовать распространению сирийской нестабильности на соседние с Россией страны
"Россия много рассуждает в терминах буферных зон, - поясняет эксперт парижского Фонда стратегических исследований Изабель Факон, с которой контактировало издание JDD. - Она, прежде всего, хочет присматривать за соседними странами и держать их под контролем в ситуации нестабильности".
Объявленная Россией цель помешать развитию радикального ислама в постсоветском пространстве - не более чем повод, говорится в статье.
Не говоря уже о джихадистских группах, присутствующих на российской земле или в бывших советских республиках. По этой причине Владимир Путин воспринял волны "арабской весны" как угрозу для безопасности своей страны, указывает автор.
4. В пику американскому всемогуществу Россия хочет быть больше, чем "региональной державой"
В российском вмешательстве в Сирии Изабель Факон усматривает прямое следствие слов Барака Обамы, который в 2014 году назвал Россию "региональной державой". "Россия захотела сказать Обаме: мы мировая держава, способная вмешиваться, когда задевают ее интересы".
Путинская Россия также стремится вернуть себе свое место в миропорядке, из которого она была исключена из-за развала Советского Союза. Кремль стремится ослабить ощутимое американское всемогущество, с тем чтобы активнее развивать многополярный мир. В связи с этим страна нуждается в партнерах - их она ищет в своих отношениях с Сирией, Ираном, Китаем и др., считает Ластенне.
Посредством вмешательства в Сирии Россия также хотела подтолкнуть западные страны к диалогу с ней, полагает Изабель Факон. По мнению эксперта, имело место разочарование в "промежуточных преимуществах": "Санкции вовсе не отменены, а страны Запада не забыли об украинском досье".
5. Россия опасается смены режима в своей сфере влияния
Сценарий, которого надо избежать любой ценой: резкая смена режима. По мнению историка Фредерика Пишона, этот вопрос представляет собой "излюбленный аргумент в сирийском конфликте". Изабель Факон это подтверждает: "По мнению России, страны Запада вновь затевают смену режима, она считает, что пережила уже целую серию таких переворотов за несколько лет: "цветные" революции [Грузия, Украина, Киргизия, Белоруссия, Ливан. - Прим. JDD], Ирак, Ливия..." Подобные события, где западная роль представляется очевидной, отдалили эти страны от российской сферы влияния, говорится в статье.
6. Русские отвергают западную идею о вмешательстве с целью защиты
Помимо опасений утратить влияние, в Сирии налицо конфликт ценностей. Россия весьма скептично относится к границам "ответственности по защите", стоящей в центре западных оправданий в ситуациях вмешательства. Используемые критерии, на ее взгляд, слишком ненадежны, пишет журналистка.
Россия разочарована прецедентом войны в Ливии, отмечает Ластенне. "Кремль усмотрел в убийстве Муаммара Каддафи нарушение резолюции ООН и с тех пор налагает свое вето на любые действия в Сирии от имени ООН".
Источник: Le journal du dimanche au quotidien
https://www.inopressa.ru/