Позиция премьер-министра Армении Никола Пашиняна о необходимости возвращения Арцаха в переговорный процесс в качестве полноправной стороны полностью совпадает с подходами властей Арцаха, заявил министр иностранных дел Республики Арцах Масис Маилян агентству News.am.
- Официальный Ереван заявляет о необходимости возвращения Арцаха за стол переговоров. Насколько это возможно? Представьте, пожалуйста, позицию Арцаха по данному вопросу.
- Позиция премьер-министра Армении Никола Пашиняна о необходимости возвращения Арцаха в переговорный процесс в качестве полноправной стороны полностью совпадает с подходами властей Арцаха. Необходимость восстановления полноценного трехстороннего переговорного формата неоднократно отмечалась президентом Арцаха Бако Саакяном и другими официальными лицами как в публичных заявлениях, так и в ходе переговоров с сопредседателями МГ ОБСЕ на протяжении последних двух десятилетий. Прежние власти Армении также поднимали этот вопрос. Возможность восстановления трехстороннего переговорного формата допускали и международные посредники — сопредседатели Минской группы ОБСЕ.
Несколько лет назад, выступая в качестве независимого эксперта, в интервью СМИ мною властям Армении и Арцаха было предложено четко распределить роли и полномочия двух армянских государств в процессе мирного урегулирования конфликта с Азербайджаном. В итоге, Республика Армения могла бы отказаться от обсуждения с Азербайджаном и посредниками тех ключевых вопросов урегулирования, которые по договоренности были бы отнесены в сферу исключительной компетенции властей Республики Арцах. Тогда у посредников и третьей стороны не осталось бы другого выхода, как пригласить официальную делегацию Арцаха за стол переговоров.
Сделанные в Степанакерте и в Национальном Собрании Армении заявления нового премьер-министра Армении о готовности вести переговоры с руководством Азербайджана исключительно от имени Республики Армения актуализируют необходимость поиска механизма восстановления полноценного трехстороннего переговорного формата.
- Почему азербайджанская сторона противится восстановлению полноценного переговорного формата и что даст участие Арцаха в переговорах?
- Парламентская делегация Нагорно-Карабахской Республики участвовала в переговорах под эгидой председательства Минской конференции СБСЕ с лета 1992 года. Руководство Нагорного Карабаха было признано странами МГ СБСЕ в качестве одной из основных сторон конфликта в сентябре 1993 года. В дальнейшем, в рамках СБСЕ-ОБСЕ, ООН и Межпарламентской ассамблеи СНГ принимались различные документы, свидетельствующие о Нагорном Карабахе как стороне в конфликте. В частности, в марте 1995 года Действующий председатель ОБСЕ в своем Пражском резюме подтвердил «ранее принятые ОБСЕ решения о статусе сторон, т. е. об участии двух вовлеченных в конфликт государств-участников, а также третьей стороны в конфликте (Нагорного Карабаха) во всем процессе переговоров, включая Минскую конференцию». Следует отметить, что до декабря 1994 года, параллельно с минским процессом, проводились трехсторонние переговоры при посредничестве МИД и Министерства обороны России. Помимо трехсторонних переговоров, в 1993 году состоялся целый ряд двухсторонних переговоров между Арцахом и Азербайджаном, включая встречу на высшем уровне в Москве в сентябре 1993 года. По итогам некоторых переговоров между Степанакертом и Баку были подписаны документы.
Кроме итогового документа Будапештского саммита ОБСЕ 1994 и трехстороннего и бессрочного Соглашения о прекращении огня от 12 мая 1994 года можно привести много примеров признания НКР в качестве конфликтующей стороны официальным Баку и международным сообществом. Статус Арцаха в переговорном процессе по урегулированию азербайджано-карабахского конфликта легитимен и неоспорим.
Трехсторонние переговоры, которые велись до апреля 1997 года, зарекомендовали себя как наиболее оптимальный формат для достижения конкретных результатов в переговорах. Каждая из сторон вела переговоры по вопросам, входящим в сферу своей компетенции, и брала на себя ответственность за их реализацию. Именно в данном формате были достигнуты самые ощутимые результаты переговоров — Соглашение о прекращении огня в 1994 году, а также договоренности об укреплении режима прекращения огня в 1995 году.
Для выхода из сложившейся ситуации и обеспечения прогресса в процессе переговоров считаем необходимым вернуться к трехстороннему формату урегулирования, уже доказавшему свою эффективность. Этот подход важен также с точки зрения разделения ответственности за имплементацию мирного договора. Власти Арцаха готовы де-юре взять на себя свою долю ответственности за поддержание региональной стабильности.
Фактический отказ Азербайджана от проведения полноформатных переговоров с участием официальных представителей Арцаха означает отсутствие у азербайджанских властей воли решить конфликт путем мирных переговоров, а также то, что эту страну устраивает сложившийся статус-кво, который позволяет им выиграть время для подготовки новой вооруженной агрессии против суверенного Арцаха. Об этом свидетельствует, в том числе, нежелание азербайджанских властей предпринять практические шаги для реализации договоренностей, достигнутых в Вене (16 мая 2016 года), Санкт-Петербурге (20 июня 2016 года), Женеве (16 октября 2017 года) и Кракове (18 января 2018 года), относительно расширения офиса Личного представителя Действующего председателя ОБСЕ и внедрения механизмов расследования нарушений режима прекращения огня для создания конструктивной атмосферы в процессе урегулирования. Подобное поведение азербайджанских властей вызывает закономерный вопрос относительно договороспособности официального Баку.
В дни инициированной Азербайджаном апрельской войны 2016 года мировые силовые центры, руководители авторитетных международных структур и отдельных государств призвали стороны к сдержанности и возвращению в русло исключительно мирного урегулирования конфликта. Очевидно, что эти призывы оказались недостаточны и были открыто проигнорированы властями в Баку. Необходимы новые международные политико-дипломатические меры сдерживания Азербайджана, включая шаги по признанию независимости Арцаха, что обеспечит необратимость мирного процесса и безопасность в регионе.