Ряд реалий внешней политики Армении, будь то визит Ангелы Меркель или не столь деликатные намеки Александра Лукашенко, дают повод для размышлений вокруг некоторых вопросов. Судя по всему, мы должны констатировать, что у Армении в настоящий момент нет концепции внешней политики, и в целом, и в отношении конкретных стран и организаций. В лучшем случае во внешних политических контактах мы становимся свидетелями всего лишь реакции и применения механизма ответных заявлений. Это, конечно, в каком-то смысле логично и вытекает из предыдущей системы.
До смены власти в системе управления Армении наблюдались определенные элементы авторитаризма, подчеркнем это, потому что независимо от тенденций и элементов, в Армении не было авторитарной системы управления. Однако даже авторитарных тенденций было достаточно, чтобы иметь и во внутренних, и во внешних реалиях конкретного адресата – в свое время президента страны. Именно президент порой на уровне личных отношений решал разные вопросы, сглаживал противоречия и вообще вел переговоры.
После смены власти прежняя система перестала работать, что привело к прекращению функционирования различных имеющихся институтов и каналов для решения различных проблем. В результате сегодня Армения как минимум должна откорректировать концепцию своей внешней политики. Причем, речь не идет об изменении векторов. В настоящий момент есть настоятельная необходимость уточнить повестку внешних контактов, прояснить ожидания и предложения, как с союзными, дружественными, так и нейтральными государствами, международными организациями и другими силовыми центрами.
Именно при наличии такой концептуальной повестки нашему внешнеполитическому ведомству не придется по разным поводам реагировать в ответ на заявления президента Беларуси или, скажем, идее присоединения Азербайджана к ОДКБ. Концепция внешней политики должна попросту исключать возникновение подобных проблем и противоречий, или, по крайней мере, их публичности. То же самое касается, скажем, визита Ангелы Меркель. Совершенно очевидно, что при наличии четкой концепции и программы контактов с Германией или Европейским союзом, не возникали бы вопросы о том, почему Меркель дала грузинам деньги, а нам нет, или что дал нам визит немецкого канцлера, или вообще, что должен был дать визит канцлера Германии в целом, и чего можно было ожидать? Наконец, более проще, если повестка визита была просто ознакомительной и знакомством канцлера с армянскими реалиями, то это должно было быть понятным для всех.
Это, конечно, не может исключать распространение различных комментариев и оценок, но, по крайней мере, для общественности были бы понятны цель и содержание визита. А поскольку этого не было, сегодня мы, каждый из нас в меру наших представлений, пытаемся интерпретировать и представлять воспринятое нами содержание. Чтобы избегать такой субъективной ситуации, концепция внешней политики должна быть понятной. Несомненно, понятно, что внешняя политика является закрытой сферой, и не все должно говориться и публиковаться, но здесь речь не о деталях и подробностях, а чисто о принципах и программах, которые позволят избегать дезинформации и разного рода комментариев и пропаганды.
Газета "Паст"
https://www.aravot-ru.am/