Из военных партнеров по сирийскому конфликту Россия и Иран постепенно становятся экономическими соперниками. Такими доводами делится американская газета Wall Street Journal, отмечая растущие разногласия между двумя странами. Москва не только наращивает добычу нефти в условиях, когда Тегеран совсем скоро – 4 ноября – должен подвергнуться жесткой экономической изоляции, но и увеличивает торговлю со странами, которые традиционно считаются врагами Исламской Республики.
Первое, на что обращают внимание американские аналитики, – это увеличение добычи нефти, которое продемонстрировала Россия за этот год. Это происходит на фоне беспрецедентных санкций, которым должен подвергнуться Иран уже к 4 ноября. Соединенные Штаты вводят строгий запрет на покупку иранского черного золота, угрожая односторонними ограничительными мерами тем государствам, которые посмеют нарушить эти требования. В этих условиях увеличение нефтедобычи со стороны России официальные лица в Тегеране трактуют как попытку воспользоваться слабостью Исламской Республики. Эта точка зрения совпадает с позицией западных аналитиков. «Иран находится в незавидном положении, – цитирует Wall Street Journal профессора Университета Джорджа Мейсона Марка Каца, который является экспертом в области российской политики на Ближнем Востоке. – И Москва использует эту ситуацию».
Главным фактором, который усиливает конфронтацию между Москвой и Тегераном, является нефть, пишет Wall Street Journal. Анонсированное американским руководством намерение возобновить антииранский санкционный режим к ноябрю этого года уже привело к тому, что экспорт иранского черного золота упал примерно на 40% – в среднем до 1,5 млн барр. в день. После 4 ноября, когда другие страны по требованиям США должны прекратить закупать нефть у Исламской Республики, ее экспорт должен достичь показателя в 1 млн баррелей. А вот проблемы Ирана Россию, которая выступает с ним на одной стороне в Сирии, похоже, не волнуют. За последнее время она нарастила нефтедобычу на 250 тыс. барр., достигнув, по открытым данным, отметки в 11,6 млн барр. в день. Наблюдатели обращают внимание, что часть российской нефти идет к покупателям, которые сократили закупки черного золота у Ирана.
Не случайно министр нефти Ирана Бижан Намдар Зангане отменил участие в заседании ОПЕК+, которое прошло в минувшие выходные в Алжире. Накануне переговоров в Северной Африке иранская сторона сделала немало заявлений о том, что решения ОПЕК+ о перераспределении нефтедобычи незаконны, и обвиняла Россию вместе с Саудовской Аравией в потворстве США, которые хотят при помощи ОПЕК+ опустить цены на нефть. Впрочем, это не единственное, что должно волновать Тегеран. Как обращает внимание Wall Street Journal, в прошлом году торговля России с Израилем, злейшим врагом Ирана, выросла на 25%. Успехи в области торговли российская сторона демонстрирует и в отношении Саудовской Аравии. Так, в 2017 году Москва согласилась продать королевству системы С-400, которые, как нетрудно понять, превосходят С-300, проданные Россией Ирану. Все это только отягощает атмосферу в отношениях двух стран, воюющих в Сирии.
Игорь Субботин, http://www.ng.ru