В ходе ежегодной пресс-конференции, отвечая на вопрос, как Москва будет восстанавливать отношения с Ереваном после выборов, президент России Владимир Путин ответил: «Армения — наш стратегический союзник, член ОДКБ, ЕАЭС. Что нам восстанавливать? Нам нужно развивать то, что уже создано прежними руководителями. Армения — ближайший наш союзник в Закавказье, так сложилось исторически. Мы это в ближайшее время обсудим с господином Пашиняном, который на следующей неделе должен приехать с визитом».
Сам характер заданного Путину вопроса говорит о том, что в Армении определенная часть общества считает, что в российско-армянских отношениях появились определенные сложности. Да и ответ российского президента многозначителен. При нормальной ситуации не было бы смысла напоминать об ОДКБ, ЕАЭС, исторических связях. Более того, когда Путин упомянул о том, что «уже создано прежними руководителями Армении» по этой части, это означает, что в диалоге с и.о. премьер-министра Николом Пашиняном он намерен продолжать прежний курс, а не начинать с чистого листа. Что характеризует некоторым образом предстоящую встречу двух лидеров, уже не первую личную встречу между ними. Вот почему бросается в глаза необычная интенсивность двусторонних контактов между Ереваном и Москвой.
Вместе с тем Путин и Пашинян встречаются впервые после состоявшихся в Армении внеочередных парламентских выборов, на которых победил возглавляемый Пашиняном блок «Мой шаг». Скоро в стране появится новое правительство, которое завершает эпоху «революционных лозунгов». Предстоит создать механизм эффективного управления в условиях нового политического ландшафта, когда нужно принимать важные решения, а не только бросать камни в огород предшественников. Мы специально обращаем внимание на этот аспект. Ведь в дальнейшем на формирование двусторонней российско-армянской повестки будут оказывать влияние многие факторы, одним из которых, возможно, важнейшим, является необходимость сохранения в Армении внутриполитической стабильности на фоне того, что итоги голосования 9 декабря 2018 года показали: говорить о всеобщей поддержке Пашиняна не приходится.
Потерпевшие поражение силы могут быстро прийти в себя и начать выстраивать контригру. Прав армянский политолог Александр Искандярян, когда говорит, что «чем сложнее будут проблемы, которые предстоит решать правительству, тем сложнее будет отмахнуться от критической контраргументации». Армения — страна маленькая, нет оснований говорить, что она смогла создать предпосылки для либерализации экономики, фактически осталась на месте старая олигархическая система. Поэтому заявленный Пашиняном курс на глубинную модернизацию национальной экономики так или иначе будет затрагивать внешнюю политику. Предполагается бороться с коррупцией и отсутствием прозрачности законов, а также за создание более благоприятных условий для развития предпринимательства и свободной конкуренции.
Это может вызвать введение норм Европейского союза, прописанных в договоре об ассоциации с ЕС. Дальнейшие шаги на этом направлении приведут к демонтажу прежней экономической системы, в перспективе — и политической. Очевидно, что для решения этой задачи Пашиняну потребуются очень значительные финансовые средства, которые могут быть предоставлены в русле поддержки США и ЕС процесса «демократических реформ» в Армении. Но вряд ли Запад в чистом виде будет оказывать реальную поддержку «демократическому эксперименту» Еревана без более глобального пересмотра армянской политики в Закавказье. Армения не самая привлекательная страна для инвестиций. Прежде всего в силу сложнейшего геополитического положения: отсутствие отношений с Турцией, фактическое состояние войны с Азербайджаном из-за нагорно-карабахского конфликта. Так что главным потенциальным источником финансирования реформ, скорее, могла бы стать Россия.
Москва способна оказать содействие Армении как стратегическому союзнику, оказавшемуся в крайне сложном положении. И в этой связи звучавшие до сих пор внешнеполитические заявления Пашиняна о желании со всеми выстраивать равноправный и равноценный диалог с упором на так называемую «армяноцентричность» сейчас воспринимаются всего лишь в качестве попытки лавирования между внешними центрами силы с очень малыми шансами на компромиссы между разными векторами. Отдаление от Москвы подрывает вес Еревана в региональных делах, в то время как приближение к ней создает ситуацию выбора. Причем многое оказывается завязанным на нагорно-карабахский конфликт, где Турция и Азербайджан занимают однозначную позицию.
Между тем Путин является единственным лидером из стран — сопредседателей Минской группы ОБСЕ, который взял на себя посредническую миссию для налаживания диалога между Пашиняном и президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым. Тем самым демонстрируя, что проблемы Степанакерта не являются для него второстепенными, а Пашиняну необходимо действовать на этом направлении чрезвычайно взвешенно и осторожно. Так что предстоящая их встреча обещает стать насыщенной и интересной. Москва будет вести речь о необходимости сохранения преемственности внешнеполитического курса, склонять Ереван в его же интересах к реализации того потенциала в отношениях двух стран, который прежде был ограничен в силу разных причин.
Теперь премьер получает возможность опереться на Россию и более смело действовать при проведении внутренних реформ. Но это случится, если отношения между Путиным и Пашиняном станут более открытыми и более искренними.
Станислав Тарасов,ИА REGNUM