Ни с точки зрения закона, ни с точки зрения нравственности проблем нет, вопрос в восприятии общественности. Речь, отметим, о баснословных по нашим меркам премиях в системе Комитета госдоходов, которые, как теперь заявляют в правительстве, были, есть и будут. И вообще это не поощрение, а дополнительная выплата для того, чтобы довести зарплату стоящих в авангарде госслужбы налоговиков до достойного уровня, убежден руководитель КГД Давид Ананян. Вопрос на засыпку: а что делать тем, кому «не повезло» с профессией?
НЫНЕШНЯЯ власть в бытность свою оппозицией часто педалировала вопрос привилегированных в сфере государственной службы. Наличие в системе особой касты должностных лиц, нуждающейся, согласно объяснению прежней власти, в особо трепетном отношении в силу коррупционной рисковости, всегда воспринималось оппозицией в штыки. И весьма справедливо, следует отметить, воспринималось. Ведь это «трепетное отношение» проявлялось в виде повышения в разы зарплат судьям и прокурорам, в виде их будущих пенсий, в десятки раз превышающих размер принятой по стране средней пенсии. Это при 10-летней выслуге лет-то! А объяснялось все тем же, что и сейчас: коррупционными рисками и борьбой со взятками.
Дальше – больше. Депутатский корпус, как принимающий законодательные инициативы правительства орган, 6 лет назад добился повышения зарплат для своих помощников и министерских окладов – для себя. Тогда же, в 2013-м, Национальное собрание пятого созыва осуществило депутатскую мечту, выбив высокие пенсии членам НС, просидевшим в парламенте хотя бы один срок – 5 лет. Опять же путем угрозы не одобрить законопроект, касающийся социальных гарантий лиц, занимающих государственные должности. Документ, отметим, касался социальных гарантий президенту, судьям, членам КС, служащим Специальной следственной службы, прокурорам, омбудсмену. После обсуждений к этому перечню «примазались» еще и депутаты, а на их фоне и должностные лица, проходящие по списку N1 закона об окладах должностных лиц.
То есть вся верхушка исполнительной и законодательной власти и органов местного самоуправления - от спикера, премьера и министров вместе с замами до марзпетов тоже вместе с замами и всех их советников и помощников, - в случае ухода на пенсию обеспечивается пенсиями отдельным "элитным" законом. Пенсиями, в разы превышающими принятую сегодня по стране среднюю пенсию. Для этого им нужно всего лишь 10 лет проработать на высоком посту. Речь, поясним на всякий случай, о тех, кто родился до 1974 года и не подпадает под накопительные пенсии. Тогда народные избранники обливались крокодильими слезами, дескать, повышение зарплат и пенсий должностных лиц необходимо, но как мы будем в глаза своим избирателям смотреть? Шкурный интерес, однако, как всегда возобладал над общественным...
Сегодняшняя власть в своем цинизме пошла еще дальше. Потому как бывшие не давали внятного ответа, почему одним можно вкалывать четыре десятка лет, а потом считать копейки, затягивая потуже пояс, а другим достаточно подепутатствовать один срок и жить потом на широкую ногу. Потому как в том, что высокая оплата труда судей и прокуроров – залог высокого профессионализма и минимизации коррупционных рисков, бывшие видели железобетонный аргумент. Довод, который нещадно и справедливо критиковался тогдашней оппозицией – сегодняшней властью. Взяток меньше не стало, просто выросли ставки. И теперь уже нынешняя власть приводит фактически тот же аргумент, пытаясь объяснить высоченные премиальные в системе КГД. Дескать, налоговые органы, в отличие от других институтов государственного управления, более всего подвержены коррупционным рискам.
Но цинизм даже не в этом. А в том, как руководитель КГД в интервью 5 каналу пытался объяснить разницу. Так вот раньше, оказывается, дискуссии, случившейся на заседании правительства, и обсуждения, развернувшегося среди общественности, не было. А теперь, мол, ситуация изменилась и люди об этом говорят. Во как! И что? Согласитесь, аргумент очень слабый, если дело ограничивается лишь словами – обсуждением, дискуссией, возмущением. Как говорится, а Васька-то слушает да ест.
В своем стремлении внятно объяснить, почему учитель, врач и все остальные, кому «не повезло» с профессией, должны получать зарплату куда меньшую, чем премии налоговиков, почему труд сотрудников КГД должен поощряться больше да лучше, чем труд учителя, врача и всех остальных, Ананян пошел еще дальше. И на полном серьезе принялся убеждать, что это потому, что источником доходной части бюджета являются выплачиваемые налоги, контроль над которыми осуществляет КГД. Иными словами, доказывал, что налоговик более важный и нужный специалист, ибо обеспечивает доходную часть бюджета, из которой оплачиваются учителя, врачи, инженеры и прочие люди, кому «не повезло» с профессией. Но ведь из той же, доходной части бюджета, то есть из средств налогоплательщиков, оплачиваются также и сами сотрудники КГД?!
Налоговый орган находится в авангарде госслужбы и соблазн договориться, вступить в преступный сговор велик, что поставит под удар процесс сбора бюджетных доходов, стоит на своем руководитель КГД. И добавляет: от хорошей работы налоговика зависит, вырастет ли в дальнейшем зарплата учителя. А также врача, инженера и тех, кому «не повезло» с профессией, добавим мы.
Трудно согласиться, что вопрос не лежит в нравственной плоскости, как на том настаивает Ананян, не правда ли? Ведь с тем же успехом можно уверять, что от хорошей работы учителя зависит, будут ли в страны хорошие, высокопрофессиональные налоговики. От хорошей работы повара кафе, в котором обедает налоговик, зависит его самочувствие. От хорошей работы врача зависит здоровье… Где же та черта, переходить или не переходить которую каждый так или иначе решает сам, исходя из собственного мерила ценностей, из личной шкалы нравственности – будь то судья, прокурор, налоговик или те, кому «не повезло» с профессией?
Кстати, прежние власти обосновывали повышение зарплат и пенсий правоохранителям именно хорошей работой в сложных трудовых условиях – ненормированным рабочим днем, тяжелым режимом работы, постоянным соблазном мздоимства. Теперь, получается, в касту привилегированных включили и налоговиков. Так в чем же отличие? В том, что тема премий вошла в общественный дискурс? А толку-то? Сказано же: премии были, есть и будут, сколько бы кто ни обсуждал и ни осуждал!
Здесь, пожалуй, стоит вспомнить касающееся премиальных заявление премьера Никола Пашиняна, сделанное в ходе обсуждения программы правительства в НС в феврале нынешнего года. По его словам, все, что в начале января было сказано общественностью, справедливо, но… Но нужно с пониманием относиться к необходимости как-то компенсировать получаемые ранее в конвертах прибавки к маленькой зарплате, невозможность совмещать бизнес с госслужбой. Выходит, что люди, самоотверженно стремившиеся прийти к власти и честно служить народу и родине, рассчитывали на все то, против чего боролись. И теперь уже им нужна компенсация?
Кстати, Пашинян, хотя и витиевато, подобную мысль высказал. Он заявил, что "контрреволюция имеет вполне конкретные параметры", что после прихода к власти ему доложили, что какие-то силы дали указание налоговикам не обеспечивать доходы бюджета. И да, признался тогда премьер, порой приходилось платить выкуп. Так что же делать учителям, врачам и все остальным, кому «не повезло» с профессией – переквалифицироваться в налоговиков?
Аревик Чилингарян, "Голос Армении"