Штык в русской армии ввёл Петр I, а при Суворове, в жилах которого текла и армянская кровь, стал грозным оружием атаки. Так, как им владели в России - не владели нигде! Дошло до того, что в 1864 году европейцы, шокированные русскими штыковыми в Крымскую войну, по Женевской Конвенции обязали Александра II отказаться от суворовской школы. Если раньше били в брюшную полость, то теперь следовало колоть в грудь. Нарушение грозило санкциями цивилизованной Европы! Но наивно полагать, что в последующих войнах противники сходились в рукопашной строго по женевским правилам.
Пару лет назад я готовил телеочерк об истории штыка в России и помню как удивлялся этому профессор Академии военных наук РФ, участник Великой Отечественной Александр Лови: «И кто ж меня наказал, за то, что я фашиста не туда пырнул? Наоборот, медаль дали»!
Вот так и меня сейчас одолевает скепсис в оценке предложения Действующего Председателя ОБСЕ Аудрониуса Ажубалиса отвести в одностороннем порядке карабахских снайперов с линии соприкосновения. Идея, безусловно, красивая. И надо отдать должное министру иностранных дел Литвы: обратившись первым к Бако Саакяну, он подчеркнул, что Ильхаму Алиеву подобное предлагать заведомо бесполезно. А вот армянская сторона благородную европейскую инициативу возможно и поддержит. Спасибо соотечественнику (я сам на четверть литовец) за доверие. Кроме того, публично заявив, что не поехал в НКР из соображений безопасности, он невольно дал понять Европе: угроза в Карабахе в том, что с сопредельной строны всё ещё стреляют. Бако Саакян, как известно, ОБСЕ отказал. Мотив простой: призыв синхронно отвести снайперов с передовой из Степанакерта звучал неоднократно, но в Баку он ни разу так и не нашёл понимания. Президент НКР особо подчеркнул, что Азербайджан за эти годы несколько раз нарушал достигнутые ранее принципиальные договоренности, поэтому в подобных условиях Карабах не может позволить себе в одностороннем порядке принять такое решение. Казалось бы, обычное политическое заявление. Но по-моему оно очень чётко характеризует принципы хвалённой восточной дипломатии, взятой на вооружение Азербайджаном, стремящимся при этом к европейской прозрачности.
В этой связи припоминаю случай. Как-то будучи приглашённым на открытие очередной выставки в музее МИД России встретил дипломата на пенсии Владимира Казимирова, который долгое время сопредседательствовал в Минской группе ОБСЕ. Разговорились. Естественно, о том, как шли переговоры по Карабаху. И он, совершенно искренне выразил сожаление, что несмотря на глубокое уважение к Алиеву-старшему, тот часто срывал достигнутые конфиденциальные соглашения. То публично высказывал противоположную точку зрения, то просто уходил от темы. Причём, так он вёл переговоры ещё будучи лидером Нахичеваньской автономии. Подобного, по словам Владимира Николаевича, ни разу не случалось в отношениях с руководством Армении и НКР: там данное слово умели держать. Так, что нет никаких сомнений: односторонний отвод снайперов не усилит сближение в переговорах, а вот позиции Карабаха в непрекращающейся стрелковой войне - ослабит.
В перемирие я дважды во время съёмок на передовой становился свидетелем гибели карабахских бойцов. Снайперская активность противника обычно совпадала со знаковыми календарными событиями. В одном случае это была очередная годовщина взятия Шуши с парадом в Степанакерте, в другом - день президентских выборов в Карабахе. Выстрелы объяснялись банальными реваншисткими настроениями. Для кого - праздник победы, для кого - день позора, провоцировавшего жажду мщения. Только вот мщение получалось мерзко-каверзным. Вернуть Карабах одним выстрелом невозможно. Можно только не вернуть солдата домой. Вряд ли уничтожение рядового является боевой задачей для настоящего снайпера. Что это даст в расстановке сил на участке? Только приведёт к ответным мерам и как следствие - потерям в собственных рядах. Именно так и было в тех двух злополучных случаях - на Мартунинском и Аскеранском направлениях, когда рядом с нами от снайперских пуль гибли молодые ребята. Их командиры долго наблюдали за передвижениями в азербайджанских окопах, потом брали в руки СВД и просили нас не снимать дальше...
Дмитрий Писаренко - журналист. Родился и вырос в Армении. Освещал карабахскую войну, события на Южном и Северном Кавказе. Долгие годы работал в телекомпании НТВ. Живет в Москве, работает в области общественных коммуникаций.
Медиамакс.