Почему перед протестующими против эксплуатации Амулсара, против Стамбульской конвенции ворота Баграмяна, 26 и парка Национального Собрания закрылись? Что, эти территории перестали быть общественными или власть дифференцирует общественность на тех, кто может находиться в парке НС, и на тех, кому это делать запрещается?
ПО КАКОЙ ЛОГИКЕ толпа, руководимая премьером, могла 2 октября прошлого года открыть закрытые тогда еще на нормативно-правовом уровне ворота НС и остаться при этом безнаказанной, а теперь уже открытый для общественности парк закрывают на замок и ставят полицейский кордон перед митингующими по той или иной причине людьми?
Напомним, 1 октября прошлого года фракция "Елк" запустила в обращение проект решения НС о том, чтобы открыть ворота НС и сделать прилегающий к парламенту сад доступным для общественности. Однако законодательной инициативе своих соратников Пашинян обрезал крылышки, взяв осуществление популистского проекта на себя. 2 октября, в день, когда по его призыву был осажден парламент, перед пришедшей на проспект Баграмяна толпой ворота открылись, вопрос был решен Пашиняном без закона...
Вчера вопрос закрытых ворот НС перед приехавшими из Джермука пикетчиками подняла председатель парламентской комиссии по правам человека, депутат фракции ППА Наира Зограбян. "Когда парк открывали, говорили людям: это ваш парк, сад около президентского дворца тоже ваш. Как же так случилось, что сейчас это не их парк?" - спросила охраняющих парк полицейских Зограбян. Если бы депутат была знакома с правовым режимом этой территории, то такого вопроса не задавала бы - так весьма неопределенно парировал один из правоохранителей, тем не менее не разъяснив, что за правовой режим на территории открытого после 2 октября прошлого года парка перед Национальным Собранием.
Полицейские сопроводили Зограбян к работникам службы безопасности, которые и дали разъяснения депутату. Последние, по словам Зограбян, сводились к следующему: оказывается, в феврале текущего года президент подписал указ, согласно которому в подобных форс-мажорных ситуациях эти территории перестают быть общественными и входить туда запрещается. Что за форс-мажор? По каким критериям и кем ситуация квалифицируется как форс-мажорная, - когда пикетчиков двое или четверо, когда у них в руках плакаты или рупор и кепка с надписью "духов", когда они выражают недовольство в пределах нормативной лексики или ругаются матом?
ПРИМЕЧАТЕЛЬНО, что на сайте президента среди подписанных им документов - указов и распоряжений - ничего подобного не нашлось. Нет ничего подобного и в числе февральских решений премьера. Зато есть решение спикера НС Арарата Мирзояна от 12 февраля, касающееся правил безопасности в здании парламента и прилегающей к нему территории. Здесь, кстати, нет ни слова о форс-мажорных ситуациях. И, следовательно, нет определения этому понятию. Так что абсолютно неясно, что имели в виду в службе безопасности, когда втирали депутату Зограбян про форс-мажор, а она, приняв этот треп за чистую монету, передала пикетчикам и журналистам.
В абзаце, касающемся открытой для общественности прилегающей к НС территории, написано лишь о том, что "определенная часть парка НС ежедневно с 10.00 до 22.00, а в зимние месяцы с 10.00 до 20.00 служит как общественная территория и контролируется в установленном законом порядке силами государственного уполномоченного органа, вход в указанное время свободен для всех посетителей".
Что касается акций протеста, то, согласно документу, "организуемое на данной территории мероприятие - предусмотренный законом митинг, акция протеста, съемка фильмов и клипов, концерты и прочее могут осуществляться только с ведома председателя НС - при разрешении руководителя аппарата НС и согласии начальника службы охраны". Иными словами, на открытой для общественности территории проводить акцию протеста этой самой общественности - экологам, людям, которым небезразлична судьба курортного Джермука, на самом деле запретили спикер НС Арарат Мирзоян, руководитель аппарата парламента Тигран Галстян и начальник службы охраны НС. А никакой не форс-мажор. Так же, как и ранее протестующим против принятия Стамбульской конвенции, перед которыми захлопнули ворота НС. Чтобы они не собирали подписи на территории парка, который, как говорится в документе, открыт перед посетителями ежедневно с 10.00 до 22.00.
ПОЧЕМУ председатель НС Арарат Мирзоян, представитель политической силы, избранной в парламент 9 декабря 70 процентами, сегодня, спустя всего лишь 8 месяцев, закрывает ворота НС перед протестующими, отмежевывается от людей полицейским кордоном? Почему сегодня к протестующим не выходят депутаты составляющей парламентское большинство фракции "Мой шаг", которые очень любят по каждому поводу высокопарно напоминать своим оппонентам, что они избраны народом? Почему к этому народу не вышел ни один его избранник из фракции "Мой шаг"?
Наконец, почему толпа, руководимая премьером, могла 2 октября прошлого года открыть закрытые тогда еще на нормативно-правовом уровне ворота НС и остаться при этом безнаказанной, а теперь уже "законодательно" открытый для общественности парк отгораживают полицейским кордоном, а протестующих подвергают приводу в полицию? И это, повторюсь, спустя менее года…
Аревик Чилингарян, "Голос Армении"