Никол Пашинян продолжает митинги, но… в «Фейсбук». Он уже не может собирать людей на площадях, так как революционный пыл улегся.
Он начал возлагать надежду на низкопробные ролики. Репертуар тот же – «ни одна мышь не проскочит, ни одна рыбешка не проскользнет».
Вопрос мышей и рыбешек еще не прояснился, но уже понятно, что «народный» премьер пытается скрыть за шумихой тему денег.
Речь не о финансировании фондов его супруги Анны Акопян («Мой шаг» и «Город улыбок») и муссируемой вокруг этих структур реальной и ложной информации. Эти фонды, по всей видимости, работают практически по чистой схеме, но, согласно канонам жанра, госпоже Акопян начали приписывать линию поведения «в духе Сашика». Однако эта линия была настолько же реальной, насколько реальными оказались 50/50 Сашика (с мая 2018 не раскрыто ни одного случая вхождения Сашиком в долю в чужих бизнесах по варианту 50/50).
Тема реальных денег находится в совсем другом месте. В партии «Гражданский договор». Разговоры о фондах Анны Акопян как будто вытесняют на второй план саму тему «Откуда у партии «Гражданский договор» деньги?»
В парламентских выборах 2017 года партия Никола участвовала в составе альянса, и даже в этих условиях ее агиткампания получилась довольно скромной (в президентском дворце решили провести николовцев в НС, но в финансовом плане не особо баловали). Аналогичной картина была также в ходе выборов Совета старейшин Еревана в 2017-ом: Никола бросили скитаться, и ему не оставалось ничего другого, кроме как скакать по крышам гаражей и бесталанно исполнять песню «Эребуни-Ереван».
Что до муниципальных выборов 2016-го в Гюмри и Ванадзоре, то «Гражданский договор» тогда пребывал в «бомжевском» состоянии и набрал мизерное количество голосов.
После смены власти 2018-го возглавляемая Николом Пашиняном команда провела на внеочередных парламентских и столичных муниципальных выборах уже олигархические агиткампании. Контраст между событиями с разницей в год колоссальный. Дорогостоящая агиткампания бросалась в глаза. Вчерашние скромные и ложившиеся на асфальт парни и девчата в рамках рейтинговой избирательной системы наводнили своими фотографиями улицы страны, не уступая в плане расходов предыдущим мажоритариям. Возникает вопрос: откуда у «Гражданского договора» появились деньги?
Откуда у ГД деньги, раз он открывает столь дорогостоящие территориальные структуры? Возможно ли, что ставшие предпринимателями бывшие олигархи рюкзаками приносят деньги в офис «бархатной» партии? Или те мыши и рыбешки, которые платят в кассу партии необольшевиков наших дней, получают возможность проскальзывать?
Многие гоняются за фондом «Мой шаг», забыв при этом о финансировании альянса «Мой шаг» и стоящей в его основе партии «Гражданский договор».
Реальные вопросы касаются денег ГД. Фонды Анны Акопян сравнительно прозрачные, и при желании можно выяснить, кто сколько проплатился, но в случае с партией Никола всё закрыто. Тем не менее, после отстранения Никола все будет раскрыто, и тогда ни одна рыбешка и ни одна мышь действительно не проскользнут. То есть будут раскрыты источники финансирования ГД, и Пашиняну не удастся молчать, как рыба, и прятаться по щелям, как мышь, чтобы не отвечать на весьма конкретные вопросы.
Следовательно, ни одна мышь и ни одна рыбешка.
Айк Усунц, https://www.7or.am