После того как Гагик Царукян заявил, что их фракция не будет участвовать в голосовании по вопросу о лишении полномочий председателя Конституционного суда Грайра Товмасяна, власть объявила настоящую войну "Процветающей Армении".
ПЕРВОЙ БРОСИЛАСЬ в атаку председатель фракции "Мой шаг" Лилит Макунц, которая тут же объявила подобную позицию ПА "политической", правда, так и не сумев объяснить толком, что под этим понимает. Боевую подругу поддержали соратницы. "Эти люди просто пытаются сориентироваться в данной ситуации, а не проводить свою четкую линию. В моем представлении оппозиция должна быть другой. Она должна приспособиться к новой действительности, к новым временам" (Арпи Давоян). "Как судебный процесс над Кочаряном, так и лишение полномочий Грайра Товмасяна - это, по сути, люстрация, квазиправовые обоснования бессмысленны" (Гаяне Абрамян).
Подобные оценки скорее отражают природную пылкость их авторов, нежели способность к элементарному анализу, так что от цитирования других представителей парламентского большинства мы, пожалуй, воздержимся. Нам и так уже полагается целая цистерна бесплатного молока.
Заметим только, что идеальной оппозицией власть считает (и не скрывает этого) "Светлую Армению", хотя оппозиционной эту политическую силу невозможно назвать даже в рамках самого страстного преувеличения. Правда, иногда СА перечит власти в каких-то вопросах, но это классическая борьба нанайских мальчиков. Для молодого поколения читателей расскажем, что в свое время так назывался акробатический номер художественной самодеятельности, когда артист надевал наряд оленевода, отороченный мехом халат, но не обычный, а с двумя капюшонами и четырьмя рукавами - и в таком виде извивался и катался по полу. Со стороны это должно было выглядеть так, будто два мальчика дерутся друг с другом не на жизнь, а на смерть. Однако зрители, конечно, понимали, что мальчик один, и аплодировали ему за гибкость.
ВЗАИМНАЯ КРИТИКА "Светлой Армении" и "Моего шага", свидетелями которой мы порой становимся, - вылитая борьба нанайских мальчиков. Возможно, кто-то и впрямь думает, что этих мальчиков двое, но в действительности он один. Причем, исполняя свой номер, даже не сильно старается.
Сколько раз Эдмон Марукян заявлял с парламентской трибуны: "Мы делаем большую стратегическую ошибку, мы против этого законопроекта". Но уже спустя полчаса "Светлая Армения" решала, что все же нужно сделать большую стратегическую ошибку, и голосовала за. А сколько раз после страстных выступлений депутатов СА мы начинали волноваться за жизнь и свободу этих проповедников нравственности. Но потом все эти опасения рассеивались, зато появлялось недоумение, ибо наблюдали между поборниками нравственности и представителями режима удивительное единомыслие.
А отношения между "оппозиционной" "Светлой Арменией" и Пашиняном описал еще Евгений Шварц в пьесе "Голый король". Там первый министр говорит королю: "Я старик честный, старик прямой. Позвольте мне сказать вам прямо, грубо: вы великий человек!" На что король ответил: "Дай я тебя поцелую! И никогда не бойся говорить правду в глаза!"
Как бы там ни было, "Процветающая Армения" на этот раз проявила решимость. Гагик Царукян открытым текстом заявил, что этот вопрос для них чисто юридический, а приведенные парламентским большинством обоснования слабы и неубедительны. И вообще не дело НС рассматривать вопрос о лишении полномочий председателя КС. А почему тогда ПА не участвует в голосовании и не голосует против инициативы "Моего шага"? "Мы считаем это бессмысленным. Мы не та политическая сила, которая механически участвует в процессе, только потому, что это инициатива власти... Если кто-то считает, что оппозиция должна механически танцевать под аплодисменты власти, то этих людей ждет разочарование", - заявил представитель ПА Геворк Петросян.
МОЖЕТ ВОЗНИКНУТЬ ВОПРОС: а почему власть так нервно отреагировала на отказ "Процветающей Армении" присоединиться к ней? Ведь у нее достаточно голосов для принятия "нужного" решения. Думаем, объяснений тут два.
Во-первых, вопрос устранения Грайра Товмасяна для власти чрезвычайно важен, и здесь ей психологически был необходим парламентский консенсус. "Процветающая Армения" могла пойти против власти в любом другом вопросе, и ей это, возможно, простили бы. Но не в данном случае.
Во-вторых, сегодня действующая власть заметно ослабла, внутри нее начались шатания и разброд, рейтинг Пашиняна опять падает, и ситуация постепенно выходит из-под контроля. В подобных случаях любой "удар" потенциального союзника воспринимается вдвойне болезненно. Даже микроизменение может кардинально поменять судьбу макрообъекта. Думаем, Пашинян это понимает - отсюда и граничащая с истеричностью нервозность.
Причем весьма примечательно, что раньше ближайшее окружение Пашиняна, будто специально задавшись целью опровергнуть слова о том, что не может из одного источника течь и сладкая, и соленая вода, одновременно и критиковало, и хвалило ПА. Сегодня их оценка однозначная: решение "Процветающей Армении" не участвовать в голосовании исключительно политическое. А если так, то Гагик Царукян со своей партией автоматически причисляются к темным силам.
ТРУДНО ПОКА СКАЗАТЬ, примут ли напряженные отношения между Пашиняном и Царукяном необратимый характер или стороны, помучившись, снова придут к согласию. В политике много подводных течений. Профессиональный политик обитает словно бы за флюидонепроницаемым стеклом. Его политический образ (что про него говорят, что пишут), в сущности, живет отдельно от него. Профессиональный политик как бы выносит и ставит посреди народа свою фанерную фигуру в натуральную величину. Рядом с ней можно фотографироваться, на нее можно плевать и даже изрезать перочинным ножиком на мелкие кусочки.
Сам политик (если он профессионал, конечно) в это время будет сидеть в уютном, отгороженном от посторонних глаз помещении неподалеку - возможно, в компании со своим непримиримым политическим противником. Между горячим и десертом они бросят короткий любопытствующий взгляд в окно - на кромсающих с ожесточением фанерку или защищающих фанерку от желающих ее покромсать.
Они понаблюдают за этим, усмехнутся и перекинутся парой остроумных реплик, а тут как раз и десерт.
Гагик Мкртчян, "Голос Армении"