"Нельзя поэтапный вариант урегулирования путать с пошаговой реализацией достигнутых в результате переговоров окончательных договоренностей. Это разные вещи. И меня тревожит то, что, таким образом, снова расчищает себе путь поэтапный вариант, в основе которого заложен принцип территориальной целостности", - отметил в беседе с "Голосом Армении" экс-депутат, бывший премьер-министр РА Хосров Арутюнян, поделившись своими наблюдениями, впечатлениями от прошедшей на полях Мюнхенской конференции по безопасности встречи премьер-министра Армении Никола Пашиняна и президента Азербайджана Ильхама Алиева.
- Первое впечатление: Пашинян, казалось, пытался предстать перед международным сообществом с очень оригинальным, отличным от очень многих, особенно от позиций прежних руководителей Армении, подходом. В частности, речь о термине "микрореволюция", который в переговорном процессе неуместен, даже несовместим в содержательном плане и который вызывает неразбериху. Если речь о креативных, неординарных шагах, нужно так и говорить, но никак не "революция". Очевидно, что майские события 2018-го, преподносимые как бархатная, ненасильственная народная революция, Пашинян продолжает расценивать как преимущество. У меня на этот счет иное мнение, и, думаю, я в этом не оригинален: многие считают иначе, в том числе международные партнеры. Реакция зала тоже была примечательной.
Что касается содержания, то Пашинян воспроизвел мысли, объясняющие суть карабахского конфликта, что конфликт не между Арменией и Азербайджаном, а между Арцахом и Азербайджаном. Однако ему не удалось четко сформулировать это. Алиев был четок: проблема - территориальная, спор - между Арменией и Азербайджаном, Армения заняла наши территории. Все изложено предельно четко. Ответ Пашиняна, касающийся того, что Нагорный Карабах никогда не находился в составе независимого Азербайджана, хотя и прозвучал, однако четких постулатов, что смысл карабахского конфликта не территориальный спор, а безопасность и физическое существование народа, озвучено не было. Четких формулировок - так, чтобы международному сообществу была ясна позиция армянской стороны, не прозвучало, одни намеки. Возможно, это было обусловлено уровнем английского языка Пашиняна, который, как говорят специалисты, не для международных площадок.
К сожалению, Алиев показался более четким, более смелым в своих формулировках, чем Пашинян. Хотя, повторюсь, Пашинян озвучил и про причины возникновения карабахского конфликта, и про этнические чистки (к сожалению, эта формулировка им и не была использована). Создалось впечатление, что Пашинян плохо подготовился к этой встрече, говорил, формулировал мысли, как говорится, с ходу.
Специально это или нет, затрудняюсь сказать. Может, подготовился, но вот так. Мы с вами можем судить лишь по тому, что видели. В конечном счете цель не предстать там отличающимся ото всех и вся революционером, а представить суть и предмет конфликта и ожидания Армении и Арцаха от международной общественности. Никто не может обвинить Армению в неприверженности мирному урегулированию конфликта, так что не было необходимости выступать с "миротворческих" позиций.
Ответ на вопрос об ожиданиях от международной общественности был неудовлетворительным, поскольку заявление, что конфликт не имеет военного решения, давно признано, оно должно было иметь продолжение. Потому что если и международная общественность уверена, что карабахский конфликт не может иметь военного решения, то выступающая с позиции приверженцев гуманизма эта общественность должна понять: об успехе всех мирных инициатив можно говорить лишь в случае исключения в действительности или хотя бы нейтрализации всех возможных путей военного решения. А для этого прежде всего нужно претворить в жизнь достигнутые в Вене и Санкт-Петербурге договоренности, которые позволят держать Азербайджан в дипломатической смирительной рубашке. Реализация этих договоренностей дала бы возможность привлечь к ответственности Азербайджан перед международным сообществом в случае любых отклоняющихся с мирного процесса шагов. Так что, если мы говорим о подготовке народов к миру, преследующих эту цель разнообразных акциях, все это может дать плоды, если совершенно исчезнет соблазн решить проблему военным путем. Необходимым предусловием чего было претворение в жизнь Венских и Санкт-Петербургских договоренностей. Чтобы азербайджанская сторона знала: нельзя одной рукой воевать, а другой вести переговоры. Нельзя - и все! Только так можно получить серьезное преимущество позиции в переговорном процессе. Думаю, именно это премьер должен был очень четко изложить и потребовать от международного сообщества. К сожалению, этой четкости мы не увидели.
- Может ли высшее должностное лицо, не владеющее предметом, специально или без злого умысла плохо подготовившийся человек, весьма неоднозначно проявляющий себя и на внутриполитическом фронте, и во внешней политике, вести переговоры от имени Республики Армения и Республики Арцах?
- Мы имеем то, что имеем. В этих переговорах Армению представляет премьер-министр. Каков он по своим человеческим качествам, профессиональным способностям и умениям, опыту, интеллекту - это наша внутренняя задача. В данном случае у нас факт несостоятельности налицо. И было бы правильно, чтобы перед подобными встречами премьер-министр серьезно подготовился, изучив в том числе формулировки и постулаты, которые ранее использовались руководителями нашей страны в ходе переговоров и которые понятны общественности.
Принцип права на самоопределение иногда пытаются затенить принципом территориальной целостности. Тогда как всем известно, что весь XX век - это век победного шествия права народов на самоопределение. В ООН было представлено около 50 государств. Сегодня в ООН 193 государства. Повторюсь, весь XX век - это век победного шествия права народов на самоопределение. Следовательно, как можно этот политический, правовой принцип ставить под сомнение?! И сегодня мы видим вполне конкретные проявления права народа на самоопределение в Британии, Испании… В начале 2000-х есть история Эритреи, Восточного Тимора. Не говорю уж о Косово. Это все исторические факты, которые свидетельствуют о реальных исторических развитиях, и, думаю, это аргументы, против которых никто не может возразить. Очевидно, что принцип территориальной целостности никогда не может стать препятствием праву человека на жизнь и праву на свободу. Именно на верховенстве этих принципов базировался весь поствоенный мир. О какой нерушимости границ может идти речь, если дело касается физического существования и безопасности?! Вот в чем вопрос. Считаю, так нужно было представлять. Чего не было сделано.
Проблема Нагорного Карабаха уже решена де-факто и де-юре, мы ведем переговоры для того, чтобы эта реальность стала узаконенной, что позволит народу Арцаха жить в безопасности и беспрепятственно развиваться. Для этого необходим международно признанный статус. Азербайджану нужно с этим смириться. Тем более что декларация о провозглашении НКР была принята 2 сентября 1991 г., а путем права народов на свободное волеизъявление на состоявшемся 9 декабря 1991 года референдуме была провозглашена независимость НКР, согласно действующему тогда закону о выходе из состава СССР. В отличие от НКР, Азербайджан де-факто стал независимым в результате развала СССР, а не референдума. Следовательно, Нагорный Карабах еще до развала СССР являлся субъектом международного права, самостоятельным государством.
Если от услышанного в Мюнхене даже у нас, владеющих предметом разговора, возникают вопросы, нетрудно представить аудиторию, которая не владеет предметом разговора. А ведь задача состоит еще и в том, чтобы убедить эту аудиторию, в этом ведь смысл дебатов…
И еще. Отвечая на вопрос о плане Лаврова, Алиев увел разговор в сторону поэтапного варианта урегулирования. Есть золотое правило: если хотя бы один вопрос не обсужден, то считаем, что ничего не переговорено. Следовательно, речь не о решениях поэтапного варианта, а обо всем политико-правовом каркасе - вплоть до сроков проведения референдума в Арцахе. И лишь после этого можно разработать дорожную карту и шаг за шагом ее реализовывать. Меня во всем этом более всего тревожит то, что поэтапный вариант урегулирования путают с пошаговой реализацией достигнутых в результате переговоров окончательных договоренностей. Это разные вещи. И меня тревожит то, что, таким образом, снова расчищает себе путь поэтапный вариант, в основе которого заложен принцип территориальной целостности.
Аревик Чилингарян, "Голос Армении"