Главный экономический вопрос сейчас — как далеко может зайти эскалация между Россией и странами Запада? Отвечать на него должны специалисты, однако всё отчётливее на горизонте маячит точка невозврата. Она означает, что при нынешней обстановке ждать снижения напряжённости не стоит. Железный занавес нового поколения будет всё плотнее опускаться. И западные товары и услуги, к которым привыкли покупатели по всему миру, окончательно запретят продавать в России.
В ТАКОЙ СИТУАЦИИ МЕЖДУНАРОДНЫЕ КОМПАНИИ, по сути, присоединяются к санкциям в отношении нашей страны. Следовательно, у России есть моральное право для ответа. И наиболее сильным ответом может стать отказ нашей страны от признания интеллектуальных прав в отношении таких компаний. То есть разрешение производить и распространять копии продукции, в том числе с сохранением бренда.
В целом институт интеллектуальной собственности нужно сохранить, но не использовать его в подсанкционных случаях. Такие решения могут быть адресными и применяться к конкретным компаниям и продукции в ассортименте с контролем качества. К примеру, определённым производителям одежды, бытовой химии, продуктов питания, напитков. Зачастую их технологии для специалистов — секрет полишинеля. Реализовать можно в форме легальных инвестиционных проектов, задачей которых станет насыщение рынков знакомым товаром.
При этом копии цифровой продукции, такой как операционные системы или программное обеспечение, могут копироваться и распространяться бесплатно или условно бесплатно. С них должны сниматься установленные производителем защитные механизмы.
Ушедшая с российского рынка крупная мебельная компания много лет сохраняет ассортимент с незначительными изменениями, каждая деталь в котором известна покупателям. Ответом на её недружественные действия может стать открытие производства копий этой продукции. Другой мерой к производителю может стать запрет на поставки сырья — российского и белорусского леса.
Да, такой подход — удар ниже пояса. Но и экономические санкции к России ровно того же порядка. И если цивилизованно договариваться не получается, нужно действовать просто и эффективно. Хватит гражданам России терпеть — натерпелись.
И не только российский рынок примет такую продукцию. Её могут полюбить и в зажатых санкциями Иране, Сирии, КНДР, Кубе, Венесуэле, Никарагуа, в странах Африки, а, возможно, в Китае и Индии, если там решатся на новый виток противостояния с Западом. Потребителю нет смысла оплачивать весь пирог добавочной стоимости, включающий многослойные интересы различных лиц и структур. Он сможет купить почти по себестоимости.
Инвесторы, которые захотят заниматься такими проектами, могут оказаться в самых разных странах, в которых законодательство плотно охраняет интересы западного бизнеса. От России потребуется лишь предоставить возможности для открытия и масштабирования этой деятельности.
Как все помнят, производственная мощь Китая набрала мышцы именно на копиях и контрафактах. Но затем иностранные бренды и рынки сбыта купировали опасность, заставив работать по глобальным правилам. Но Россия в другой ситуации. Нам быть мягкими и послушными не нужно. Весь реальный сектор Запада основан на узаконенных привилегиях — интеллектуальной собственности и авторских правах. Непризнание этих прав нанесёт по экономике Европы и США сокрушительный удар.
Евгений ЦОЦ, ИА REGNUM