Как стало известно 2 мая, Азербайджан, по всей вероятности, вознамерился "выдворить" из древнего армянского монастыря Дадиванк священнослужителей Армянской Апостольской Церкви. В частности, председатель госкомитета по работе с религиозными организациями Мубариз Гурбанлы заявил, что "армяне не имеют никакого отношения к этому монастырю", поскольку "он относится к Кавказской Албании, и управление им, рано или поздно, будет осуществляться албано-удинской религиозной общиной".
Новости Арцаха - https://yerkramas.org/tag/37467/novosti-Arcaxa
Новости Армении - https://yerkramas.org/tag/37462/novosti-Armenii
УТВЕРЖДЕНИЕ ОБ ИСТОРИЧЕСКОЙ И КОНФЕССИОНАЛЬНОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ Дадиванка Кавказской Албании и в особенности "албано-удинской общине", безусловно, просто смехотворно и не выдерживает никакой критики. В доказательство армянской идентичности монастыря существует огромный массив научной литературы, исторические данные, артефакты и т.д.
Однако в данном случае вопрос не в этом. Едва ли заявление Гурбанлы было продиктовано лишь желанием азербайджанской стороны на публичной площадке дать новый импульс многолетнему спору, результаты которого, как это постоянно было в прошлом, заведомо проигрышны для Азербайджана. Очевидно, что Алиев движим несколько иными намерениями, нежели просто демонстрация очередного акта фальсификации истории и экспроприации древней армянской святыни силой. Вовсе неслучайно заявление о Дадиванке прозвучало именно сейчас, когда Баку, казалось, полностью сосредоточен на вопросе легитимации незаконно сооруженного КПП в Лачинском коридоре.
Следовательно, на то у алиевщины есть особый политический мотив. И этот мотив становится понятным, если вспомнить договоренности по итогам 44-дневной войны.
В подписанном 9 ноября 2020 г. трехстороннем заявлении ничего не было сказано о судьбе армянских историко-религиозных памятников, оставшихся на занятых азербайджанскими войсками территориях. Этот документ был составлен, можно сказать, второпях, наспех, учитывая быстро меняющуюся ситуацию на фронте и, соответственно, настроения "главнокомандующих". Поэтому многие аспекты фиксации кардинальных перемен "на земле", включая вопрос древних армянских святилищ, остались вне рамок соглашения.
И только потом, когда упущение стало очевидным, российская сторона была вынуждена "вдогонку" письменному документу, но на сей раз уже устно закрепить договоренность о сохранении архитектурного облика и хотя бы временной консервации статуса оказавшихся под реальной угрозой уничтожения, осквернения или присвоения выдающихся памятников армянского культурно-религиозного наследия.
В частности, речь шла о соборе Всеспасителя Казанчецоц в Шуши и монастыре Дадиванк в Карвачаре, возле которого российские миротворцы установили один из своих блокпостов. И дабы устная договоренность имела равносильную письменному документу силу, гарантом выступил сам президент РФ Владимир Путин, заявивший, что берет соблюдение договоренности под личную ответственность. Тем самым был установлен своеобразный статус-кво, дающий надежду на то, что цивилизационное и духовное достояние армянского народа не будет варварски уничтожено, подобно тем же хачкарам Старой Джуги и сотням других памятников, оказавшихся на территории Азербайджана и Турции.
Однако надежда эта теплилась недолго.
ПРАКТИЧЕСКИ СРАЗУ ПОСЛЕ ДОСТИЖЕНИЯ ДОГОВОРЕННОСТИ азербайджанская сторона бросилась переделывать шушинский собор Всеспасителя Казанчецоц, ссылаясь на необходимость реставрации в "первозданном виде", и изуродовала святыню. Многочисленные требования и протест армянской стороны в Баку, естественно, проигнорировали, ну, а в Москве сделали вид, будто не заметили явных нарушений договоренности, поскольку шушинский собор, дескать, не был полностью снесен.
Со временем Степанакерт и ААЦ перестали сильно педалировать тему нарушения договоренности по части храма Казанчецоц. Возможно, это было продиктовано нежеланием создавать дополнительные политические проблемы для России, которая, как считалось, и без того выполняет сложнейшую работу по сохранению хрупкого мира в Арцахе. Тем самым выражалось понимание и подспудно подчеркивалось уважение к Путину, авторитет которого никто в Арцахе не хотел ставить под сомнение заявлениями о фактическом игнорировании Азербайджаном личных гарантий российского лидера.
Однако, как показывают новые развития на сей раз вокруг монастыря Дадиванк, в Баку действительно плевать хотели на публичные путинские гарантии. И это пора уже признать не только официальному Степанакерту, но и собственно Кремлю. Ведь вряд ли Гурбанлы сделал заявление по своей инициативе. Как показывает практика, Алиев всегда анонсирует те или иные свои решения устами чиновничьей челяди, и затем только отдает приказ к действию.
В данном случае это означает, что вскоре, как и в случае с установленным в Лачине КПП, бакинский диктатор без каких-либо церемоний прибегнет к прямому захвату армянской святыни и силовому выдворению монастырской братии под носом у российских миротворцев. И сделано это будет демонстративно, со смаком, исключительно ради того, чтобы подчеркнуть свое полное пренебрежение авторитетом Путина и обнуление данных им гарантий. Ведь если установкой КПП средь бела дня Алиев грубо и пока без последствий нарушил фундаментальный пункт письменного соглашения, то почему бы ему не наплевать на устные договоренности?
Пусть если даже их гарантом выступает личность такого масштаба, как президент Владимир Путин, для которого попрание данного им слова, как утверждают российские СМИ, политики и эксперты, равнозначно попранию чести.
В случае захвата Дадиванка Алиев открыто продемонстрирует свое неуважение к России и лично ее лидеру, и именно это будет главным посылом его действий, а не просто жажда завладеть уникальным монастырем. Алиеву нужно всеми способами показать России, что ее карта бита в игре за Арцах, и что российский миротворческий контингент должен убраться оттуда раньше задокументированных сроков. Армяне же Карабаха, по замыслу Баку, должны окончательно убедиться, что результат российских гарантий безопасности – шмонающий арцахца азербайджанский пограничник в Лачине, а итог личного поручительства Путина - стирающий армянские письмена на стенах Дадиванка удинский активист на службе азербайджанских спецслужб.
Осталось только окончательно уяснить: согласны ли с такой перспективой в Кремле?
Богдан Атанесян, "Голос Армении"