6 января, в Рождество, Никол Пашинян организовал и провел публичную молитвенную службу в Ереване, завершив ее выступлением во дворе католического храма Пресвятой Богородицы. Мероприятие было официально представлено как символический шаг веры и мира, но его содержание и формат вышли за рамки чисто религиозных кругов и сопровождались четкими политическими месседжами, адресованными высшему духовенству Армянской Апостольской Церкви, Его Святейшеству Патриарху и всей системе церковного управления.
В речи Пашиняна выделились три ключевые тезиса:
- Церкви необходимы «реформы»,
- недопустимо использование Церкви в качестве инструмента «гибридной борьбы»,
- государство готово реагировать на эту проблему на политическом уровне.
Таким образом, религиозно-обрядовая форма фактически превратилась в средство продвижения политической повестки, стирая границу между верой и властью.
Крестный ход и выступление имели место на фоне уже обострившихся отношений между церковью и властью. Со стороны Первопрестольного Эчмиадзина и части духовенства они были расценены как вмешательство государства во внутренние дела Церкви нарушение конституционного принципа отделения церкви от государства в Республике Армения.
В то же время в провластных СМИ мероприятие подавалось, как инициатива «вернуть церковь народу», создавая ложную дихотомию между церковью и ее паствой.
Прямое вмешательство политической власти во внутренние церковные дела создает ряд глубоко укоренившихся рисков.
Во-первых, институциональный риск: нарушается конституционная граница между государством и церковью, что ставит под угрозу автономию духовного института.
Во-вторых, углубление социальной поляризации. Общество разделено не только по политическим, но и по духовным и ценностным признакам, что особенно опасно во времена национального кризиса.
В-третьих, опасный прецедент: использование религиозной символики политическим лидером может легитимизировать дальнейшее давление на другие автономные и пользующиеся общественным доверием институты.
Данный крестный ход трудно рассматривать как естественное проявление веры. Это политико-предвыборная коммуникационная акция, где религиозная форма поставлена на службу продвижению властной повестки. Это не попытка общественного единства, а выражение углубляющегося кризиса управления и институциональной слабости.
Повестка Никола Пашиняна, направленная на превращение церкви в поле политической борьбы, нацелена на удар по одному из последних жизнеспособных институтов национальной и общеармянской идентичности. При этом подобное поведение углубляет апатию уже отстранённого от политических процессов электората, окончательно делая его равнодушным к происходящему в стране и снижая возможности общественного участия.
Давид Ананян, экс-глава КГД
ИАЦ «VERELQ»