Бывают исторические моменты, когда внешний ход политических событий обманчив. Кажется, что выборы завершились, мандаты распределены, послевыборная напряженность спала, установилось относительное затишье; власть распределяет должности, а политические силы перегруппировываются, чтобы найти свой путь дальнейшей борьбы.
Но в действительности под покровом тишины, в глубине страны происходит нечто совершенно иное. Трещит фундамент государства. После 7 июня Армения достигла именно такого драматического рубежа.
Сложившаяся ситуация — это одновременный кризис легитимности, правового государства и государственности. А когда эти три кризиса совпадают, государство начинает существовать скорее во внешних формах, нежели в своем внутреннем содержании.
Сегодняшняя власть удерживает в своих руках систему государственного управления и силовые структуры, суды и парламентское большинство, но этот контроль еще не есть государственность. Государство существует до тех пор, пока власть опирается на доверие, справедливость и сознание общей судьбы. Когда эти основы утрачены, власть превращается в машину самосохранения, которая прикрывает кризис своей легитимности новыми репрессиями, уголовным преследованием инакомыслящих и распространением общественного страха. С этой точки зрения репрессии — это уже не политический выбор, а основной способ выживания системы.
Однако перед лицом кризиса стоит не только власть. Перед не менее судьбоносным выбором оказалось и все оппозиционное поле. Парламентские и внепарламентские силы должны решить: в состоянии ли они сформировать единую платформу и общую повестку борьбы или пойдут по пути децентрализованного сопротивления.
Единая борьба — это, безусловно, путь концентрации сил. Но и децентрализованная борьба также может быть эффективной, если она не превратится в удовлетворение частных амбиций, взаимную нейтрализацию и бесконечную конкуренцию за одну и ту же аудиторию. Необязательно, чтобы все находились в одной структуре, стояли на одной сцене или говорили на одном и том же языке. Обязательно, однако, чтобы самостоятельные повестки были синхронными, взаимодополняющими и направленными против одной и той же системной проблемы. Формы борьбы могут быть разными, но смысл борьбы не может быть противоречивым.
И объединяющей основой этих разных путей должно стать национальное начало. Не «национальное» как затертое в речах слово, а как защита идентичности государства, исторической памяти, суверенитета и права на существование.
«Антитурецкое» — не в смысле вражды к народам, а в смысле неприятия турецко-азербайджанской экспансионистской политики в отношении Армении, переписывания истории и планов по слому воли нашего национального сопротивления.
«Антиправительственное» — не в смысле личной ненависти или мести, а в смысле борьбы против той системы, которая представляет внешнее принуждение внутри страны как «мир», отступление — как «реализм», а национальное самоотречение — как «государственную мудрость».
Сегодня вопрос даже не в том, будет ли борьба единой или децентрализованной. История часто даже не спрашивает народы, готовы ли они. Она просто беспощадно ставит их перед выбором.
Наш выбор сегодня — между государством и системой, между национальным сопротивлением и адаптацией к поражению. Все остальные различия временны. Этот выбор — судьбоносен.
Давид Ананян, экс-глава КГД
ИАЦ «VERELQ»
