В Брюсселе в очередной раз завели любимую шарманку про демократию, суверенитет и борьбу с иностранным вмешательством – в контексте Армении. Именно под этими «неувядающими» лозунгами ЕС официально запустил в Армении новую партнерскую миссию, призванную помочь армянскому руководству противостоять «гибридным угрозам», кибератакам, дезинформации и внешнему влиянию. Глава европейской дипломатии Кая Каллас, даже не потрудившись скрыть политический подтекст происходящего, заявила, что Евросоюз не позволит Армении в одиночку противостоять внешнему давлению, то бишь России. Эксперты миссии будут консультировать армянские власти по вопросам информационной безопасности, противодействия иностранному вмешательству и незаконным финансовым потокам.
СКЛАДЫВАЕТСЯ ПАРАДОКСАЛЬНАЯ СИТУАЦИЯ. ЧЕМ ГРОМЧЕ В БРЮССЕЛЕ ЗВУЧАТ СЛОВА О ЗАЩИТЕ АРМЯНСКОГО СУВЕРЕНИТЕТА, тем очевиднее выглядит факт того, что Евросоюз, обвиняющий других во вмешательстве во внутренние дела государств, сам последовательно расширяет свое присутствие в наиболее ключевых сферах армянской государственности.
Речь на сей раз идет уже не только о политических декларациях, грантах и программах реформ. Нынче ЕС вознамерился «помочь» Армении управлять госграницей. Каково? В рамках диалога о либерализации визового режима представители СНБ, Совета безопасности, МВД, МИД и Комитета государственных доходов совместно с международными (западными) экспертами уже обсуждают стратегию комплексного управления государственными границами.
Вопрос: если европейские специалисты участвуют в разработке стратегических документов по управлению армянской границей, консультируют силовые структуры и получают доступ к вопросам национальной безопасности, то чем это принципиально отличается от того самого иностранного влияния, против которого Евросоюз предлагает бороться? Ну да, еврочиновники заявят, что делают это по приглашению армянского руководства, «не вмешиваются в принятие решений и лишь делятся опытом». Да ладно.
Дикость ситуации заключается в том, что ЕС взял на себя миссию «защищать Армению от России» (а как иначе это назвать?) в стране, официально являющейся (во всяком случае пока) членом ЕАЭС и ОДКБ. На территории Армении продолжает действовать 102-я российская военная база в Гюмри, сохраняются союзнические обязательства перед Москвой, а российские структуры по-прежнему участвуют в обеспечении безопасности армянской границы.
И одновременно именно в эти сферы Ереван приглашает главного на сегодняшний день геополитического противника России – Запад. С одной стороны, это США и «Маршрут Трампа» (TRIPP), с другой – очередная миссия ЕС.
Представьте обратную ситуацию: что произошло бы, если бы Польша, Литва или, скажем, Румыния объявили о совместной работе с Россией или ОДКБ над стратегией управления государственной границей? Что было бы, если бы, положим, в Варшаве российские специалисты консультировали силовые ведомства по вопросам кибербезопасности и борьбы с информационными угрозами? Каю Каллас, а вместе с ней и всю европейскую политическую братию хватил бы удар, а с руководством штаб-квартиры НАТО случилась бы истерика. Заголовки газет пестрели бы словами «вмешательство», «угроза национальной безопасности» и «подрыв европейского единства»! Но когда аналогичные процессы происходят в Армении, те же самые действия получают совсем другое название: «укрепление демократии» и «поддержка суверенитета», бла-бла-бла.
Отдельная вишенка на торте очередной миссии ЕС в Армении – персонаж, которому поручено этой самой миссией руководить. Румынский дипломат Космин Джордже Динеску — бывший руководитель европейской миссии в Молдове, стоявший у истоков первой гражданской миссии ЕС, ориентированной на противодействие тем же пресловутым «гибридным угрозам» в Молдове. Случайность? Определенно — нет. В Брюсселе отлично понимают, что Южный Кавказ постепенно превращается в еще один театр геополитического соперничества. И опыт Молдовы, ставшей в последние годы лабораторией европейских политических и институциональных экспериментов, явно рассматривается как технология, пригодная для применения и в Армении. При полном согласии пашиняновской власти.
ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ: ЧТО В МОЛДОВЕ, ЧТО В АРМЕНИИ ДЕЙСТВУЕТ ТА ЖЕ ЕВРОМЕТОДИЧКА в контексте авангардной темы «гибридных угроз». Как в Молдове, так и в Армении евроструктуры вторгаются в сферу безопасности, информации и государственного управления. Как в Молдове, так и в Армении, звучат заявления о необходимости защитить страну от российского влияния. И, наконец, как и в Молдове, политическая поддержка Брюсселем действующей власти становится все менее завуалированной.
Вспомним, что происходило аккурат перед парламентскими выборами в Армении 7 июня 2026 года. За месяц до выборов в Армению (как и в Молдову) прибыли европейские лидеры, прошел масштабный саммит ЕС, звучали громкие заявления о стратегическом партнерстве и европейском будущем страны. Много риторики и обещаний светлого европейского будущего при отсутствии конкретных гарантий, много «плевков» в адрес России и комплиментов в адрес Пашиняна и его команды за «смелость» в деле избавления от «имперского российского влияния». Словом, знакомый молдавский сценарий, в рамках которого поддержка «правильного геополитического выбора» начинает подменять собой политический нейтралитет.
При этом многочисленные сообщения о нарушениях в ходе выборов 7 июня в Армении, использовании административного ресурса и давлении в ходе избирательной кампании не помешали европейским структурам признать результаты выборов. Что это, как не явные двойные стандарты? Брюссель крайне чувствителен к нарушениям там, где у власти находятся неудобные ему политические силы, но почему-то в упор не видит нарушений у «удобных».
А слепота Европы в контексте поствыборных процессов в Армении и вовсе из области очевидного-невероятного. Политически мотивированные преследования, давление власти на оппозицию, репрессии, демонтаж системы сдержек и противовесов — в ответ Европа хранит молчание. На этом фоне заявления о борьбе с иностранным влиянием звучат просто анекдотично, хотя в самой ситуации нет ничего смешного.
С одной стороны, Армения связана с Россией множеством факторов – экономических, военно-политических, безопасностных, с другой, ЕС напрямую вторгается в те же сферы, не предлагая никаких конкретных гарантий. С третьей – за происходящими в Армении процессами следит соседний Иран. Ясно, что для Тегерана усиление западного присутствия на Южном Кавказе является не просто вопросом внешней политики, а проблемой национальной безопасности. Последние заявления иранского руководства ясно показывают: перспектива превращения Армении в очередной форпост западного влияния вызывает у Ирана серьезную тревогу.
Армения сегодня оказалась на крайне опасном пересечении соперничества геополитических титанов, каждый из которых толкает речи о демократии, безопасности и суверенитете, но прежде всего руководствуется собственными стратегическими интересами. Это естественно и вполне понятно. А вот какими интересами руководствуется Армения, действиями пашиняновской власти постепенно превращаясь в пространство, где внешние центры силы насаждают свою повестку под красивыми лозунгами «борьбы за демократию» — это непонятно.
США действует в интересах США, ЕС — в интересах ЕС, Россия — в интересах России. Иран, Турция и Азербайджан руководствуются собственными стратегическими расчетами. Но что является стратегией Армении, какова наша конечная цель? Сохранить многовекторность, окончательно встроиться в западную архитектуру безопасности (в которую нас никто не зовет), сохранить союзнические отношения с Россией, одновременно идя по пути евроинтеграции (что по определению невозможно)?
Или всё это — лишь набор ситуативных решений без единой концепции? Выглядит именно так.
Зара Геворкян, "Голос Армении"