Президент Никарагуа Даниэль Ортега, вернувшийся к власти в 2006 году в результате свободных выборов, 19 июля заявил, что в стране «больше никогда не будет выборов». Его обоснование было крайне красноречивым: оказывается, оппозиция хочет прийти к власти через выборы.
Таким образом, Ортега невольно дал самое честное определение авторитарной власти, согласно которому конституционное право народа на мирную смену власти воспринимается таким руководством как попытка «захвата власти».
Диктатура не начинается в тот день, когда власть объявляет об отмене выборов. В этот день лишь заканчивается формальность. Диктатура начинается гораздо раньше — в тот момент, когда выборы еще проводятся, но власть уже полностью контролирует условия конкуренции, административный ресурс, информационное поле, правоохранительную систему и юридический инструментарий для произвольного утверждения нужного результата.
Никол Пашинян также пришел к власти на волне народного протеста и через выборы, пообещав вернуть государство и власть народу. Спустя восемь лет государство и власть не только не были возвращены народу, но и постепенно стали служить цели воспроизводства власти одного лица и одной политической силы. При этом любая реальная возможность смены этой власти преподносилась и преподносится как угроза государству, миру и самому существованию Армении.
Когда гражданин может проголосовать, но его голос не способен сменить власть, выборы перестают быть механизмом демократии и превращаются в ритуал легитимации авторитарного режима.
За этим следует следующий этап — последовательное подавление политических альтернатив. Уголовное преследование одного, обыск у другого, публичное обвинение со стороны госоргана против третьего, экономическое или административное давление на четвертого. Правоохранительные органы и суды перестают быть независимыми институтами правосудия, превращаясь в последнее звено, придающее юридическую форму политическим решениям.
Ортега уже снял маску, в то время как системе Пашиняна она всё еще необходима — для демонстрации «демократии» внешнему миру и представления процесса удержания власти внутри страны как «выбора народа».
Следовательно, разница между Никарагуа и Арменией на данный момент заключается не в характере власти, а в дистанции, пройденной по авторитарному пути.
Никарагуа — это не далекая латиноамериканская история. Это зеркало, установленное в конце выбранного нами пути. Ортега уже озвучил то, что система Пашиняна всё еще пытается скрыть за вывеской выборов: народ может голосовать, но власть больше не признает право народа её менять.
Давид Ананян, экс-глава КГД
ИАЦ «VERELQ»