Профессия врача — одна из древнейших на земле. Армяне, как народ с многотысячелетней историей, начали вносить свой фундаментальный вклад в мировую медицину еще на заре человеческой цивилизации. От успешных трепанаций черепа в бронзовом веке до передовых теорий инфекционных заболеваний в Средневековье — армянская медицинская школа развивалась как уникальный синтез смелой хирургии, глубокого знания природы и высокой христианской этики.
Дошедшие до наших дней артефакты Урарту (Араратского царства), свидетельства античных историков и бесценные рукописи, хранящиеся в ереванском Институте древних рукописей имени Месропа Маштоца (Матенадаране), позволяют воссоздать масштабную картину врачебного искусства предков. Среди таких артефактов особое место занимают найденные каменные и металлические изваяния матери с младенцем на руках, служившие древним символом плодородия, материнства и культа здоровья.
Хирургия древности: трепанации, анестезия и протезирование
Археологические раскопки на Армянском нагорье доказывают, что жители этих земель обладали поразительными для своей эпохи практическими знаниями. Исследователь и антрополог Анаит Худавердян в своей научной публикации 2021 года описывает 14 трепанированных черепов из регионов Гегаркуник и Лори, датируемых периодом от четвертой четверти II тысячелетия до первой четверти I тысячелетия до н. э. Примечательно, что у девяти индивидов операция завершилась успешно — на костной ткани видны следы репарации.
Трепанация методом сверления: 1 – череп ребенка из могильника Ширакаван, 2 – взрослый мужчина из Перге
Древние хирурги, среди которых встречались как мужчины, так и женщины (в эпоху жреческой, храмовой медицины), владели техниками выскабливания, сверления и пиления. Они делали надрезы округлой, овальной и прямоугольной форм. Кроме того, лекари успешно извлекали стрелы и останавливали сильные кровотечения.
Хирургические инструменты древних армян
Богатый арсенал археологических находок включает в себя множество специализированных инструментов: ланцеты, ножницы, бритвы, эпиляторы. При раскопках памятника Лори-Берд археолог С.Г. Деведжян обнаружил уникальный бронзовый медицинский инструмент, изготовленный методом литья: на одном его конце располагалось лезвие конической формы, перпендикулярное рукоятке, а на другом — пинцет для извлечения волос или инородных предметов из раны. Подобную конструкцию имеет лишь знаменитый церемониальный нож инков.
Медицинский инструмент из могильника Лори Берд (сверху) и церемониальный нож инков со сценой трепанации на рукоятке из Перу
Уже 6000 лет назад на территории Армении умели пломбировать зубы. Стоматологии уделялось огромное внимание: в поздние века зубы чистили специальными метелочками с золой из шкурок баклажанов или тыквы с солью, применяли травяные ополаскиватели, а с конца XIV века в обиход вошли скребки для языка. Существовало и качественное протезирование.
Операции на поле боя и в мирной жизни требовали обезболивания. Для снижения болевого шока армянские врачи использовали индийскую коноплю, белладонну, лактуарий, диспакус (ворсянку), опий, белену и настой из корней мандрагоры. Как свидетельствуют исследования Венского университета, в кувшинах-карасах эпохи поздней бронзы и раннего железного века из пещеры Арени-I найдены следы конопли, смешанной с вином. Манускрипт № 838220 из Матенадарана прямо предписывает давать больным отвары на вине для общей анестезии перед репозицией костных отломков при переломах.
С развитием науки в XI–XII веках хирургия и гинекология вышли на новый уровень. Врачи давали гигиенические советы беременным, а при патологиях практиковали сложные акушерские маневры: поворот плода на ножку, кесарево сечение и эмбриотомию. В рукописях XVII века описаны сложные аппараты: от фиксирующих повязок из холста со смесью спирта и ладана (яху) для лечения врожденного вывиха тазобедренного сустава, до деревянных протезов нижних конечностей с округлыми приемными площадками для культи и костылей. А манускрипты, переписанные Галустом Амасиаци (XVII в., рукопись № 7049) и другими авторами, детально описывают методики зашивания сабельных и кинжальных ран стальной иглой и тонкими шелковыми нитями.
Царские лечебные сады и экспорт здоровья
Флора Армении была столь богата эндемичными целебными растениями, что ими восхищались античные авторы: Геродот, Страбон, Ксенофонт, Тацит в «Анналах», Диоскорид в «Materia medica» и Плиний Старший в «Естественной истории». Диоскорид, в частности, писал: «Самый лучший амом – армянский, он золотистого цвета, с желтоватой древесиной и довольно приятным запахом». Плиний Старший отмечал, что Армения была родиной ценного сильфия (лазера), высоко ценимого римлянами. Ксенофонт в «Анабасисе» восторгался армянским скипидаром (терпентином), пивом, кунжутным и миндальным маслами.
Армянские монархи династий Арташесидов, Аршакидов, Багратидов, Рубенидов и Лузиньянов возвели заботу о здоровье нации и культивацию полезных растений в ранг государственной политики. Историк V века Мовсес Хоренаци свидетельствует, что царь Вагаршак (II в. до н. э.) оздоровил болотистые местности Тайка и Кога, заложив там великолепные лечебные сады и цветники. А историк Товма Арцруни пишет, что царь Арташес (I в. до н. э.) создал вокруг крепости Артамет сады «из различных цветистых, благовонных растений… для приготовления из них лекарств».
За царские угодья отвечал особый чиновник — «бастанжи», который совмещал навыки ботаника, фармакогноста, почвоведа и химика. Историк Лазарь Парбеци упоминает, что в Айраратской области находили корни трав, из которых «бжшкапеты» (ученые врачи) изготавливали пластыри, быстро излечивающие недуги. Именно из трав армянской флоры понтийский царь Митридат Евпатор (тесть Тиграна II Великого), имевший личный серпентарий, готовил свой знаменитый «териак» — легендарный универсальный антидот.
Экспонаты древнеармянской медицины в Матенадаране
Армения стала мировым экспортером медицинского сырья, прочно вошедшего в древнейшие фармакопеи Востока и Запада. Из портовых городов Киликии — Сиса и Тарса — вывозили готовые лекарства. Из армянской Каппадокии поставляли мумие, камедь, верблюжью колючку и лечебные камни для «каратерапии». С родины ученого Амирдовлата Амасиаци привозили внутренности гигантских сомов. Во многие фармакопеи мира прочно вошли нашатырь, бура, препараты из железа (что актуально и в современной доказательной медицине), ртутные экстракты (киноварь) и знаменитая армянская глина — bolus armena.
При этом армянские экспедиции, спонсируемые монархами Европы и Востока, сами привозили редкости со всего света. С Араратского плато доставляли частицы Ноева ковчега (смолу которых считали целебной, о чем писали Иосиф Флавий, Александр Полистор, Абиден и Евсевий Кесарийский). Из Ширвана везли армянский буш и панданус, с острова Самос — греческую глину, из Египта — «мемфисский камень», золу лечебных деревьев и ладан. У купцов заказывали африканскую красную глину, бальзамное дерево, повилик для лечения опухолей и траву «иовлевы слезы» («умитариен»), растущую, по описаниям, у храма Воскресения в Иерусалиме.
Госпитали, этика и религия: феномен христианского врачевания
Принятие христианства дало колоссальный импульс развитию институциональной медицины в Армении. Религиозные верования древности (например, культ богини здоровья и гигиены Астхик) сменились христианским милосердием.
Уже в III веке при армянских монастырях начали открываться первые гражданские лечебницы и приюты для немощных, финансируемые за счет населения. В 260-х годах княгиня Агвида Салахуни, супруга нахарара Сурена Салахуни, открыла в Арбенуте первый в мире лепрозорий на 35 мест. Для сравнения, в Европе подобные учреждения появились лишь три века спустя. В 365 году на Аштишатском церковном соборе было принято историческое постановление, поддержанное светской властью: «Для пресечения распространения заразных заболеваний соорудить для прокаженных лепрозории, для больных — больницы, для хромых и слепых — приюты. Для содержания этих учреждений установить на города и селения повинности и подати… В каждом местечке… открыть больницы», а также назначить специальных смотрителей.
Историк Фавстос Бузанд (V в.) отмечает, что инициатором повсеместного строительства больниц и богаделен стал патриарх Нерсес Великий. Огромной славой пользовались больничные комплексы с госпитальными корпусами и изоляторами в Себастии и Кесарии (знаменитая больница «Базилеас», открытая в конце IV века). В Византии первую больницу также открыли армяне-халкидониты. Опыт армянских врачей был востребован на всем Ближнем Востоке: первая в современном понимании больница в Багдаде была создана около 800 года по инициативе халифа Харун ар-Рашида выдающимся врачом армянского происхождения Джибраилом ибн Бахтиши.
Армянская Апостольская Церковь не только не препятствовала науке, но и активно поощряла ее. В Анийской, Санаинской и Ахпатской монастырских академиях естественные науки и медицина фундаментально преподавались наравне с теологией и философией. Греческое влияние (через труды Гиппократа и Галена) органично вплелось в армянскую терминологию благодаря таким мыслителям, как Давид Анахт (V–VI вв.) и Григор Магистрос Пахлавуни (989–1058 гг.), оставивший графические зарисовки оспы. Накопленные академические знания нашли отражение в фундаментальных трудах великих армянских врачей средневековья, среди которых, помимо Мхитара Гераци и Амирдовлата Амасиаци, был также выдающийся лекарь Григорис (XII в.).
Ахпатский монастырский комплекс, включающий академию
Медицина носила глубоко нравственный характер. Согласно строгому «Кодексу армянского врача», лекарь был обязан оказывать медицинскую помощь неимущим абсолютно бесплатно; тот, кто отказывал в помощи больному, навсегда лишался своего врачебного звания и практики. Армянские врачи рассматривали первопричину болезней в духовном срезе — через нарушение библейских заповедей, чревоугодие, стяжательство и тяжкие грехи. Церковь поощряла посты, что служило отличной физиологической разгрузкой. В питании армяне отдавали предпочтение афродизиакам, зелени, орехам, рыбе и мясу птицы, прибегая к красному мясу лишь по праздникам или в ходе обряда «Матах».
Также в средневековой Армении зародилась судебная медицина, правила которой четко регламентировались. В судебнике Мхитара Гоша (XII–XIII вв.) прописана обязательность участия врача (закрепленная на законодательном уровне) в расследовании причин смерти или выкидыша у женщины после физического удара. Закон допускал медицинское исследование как самой пострадавшей, так и плода, чтобы установить точную причинно-следственную связь. Врачи определяли точный срок беременности, от чего напрямую зависела тяжесть наказания для преступника.
Великий Мхитар Гераци и «Утешение при лихорадках»
Эпоха расцвета армянской медицины (XII–XIV вв.) неразрывно связана с Киликийским армянским государством, где здравоохранение было возведено в ранг вопросов государственной важности. Больницы («бжшканоцы»), ранее опекаемые исключительно духовенством, перешли под прямой контроль государства. При них действовали высшие медицинские школы, где будущие специалисты изучали анатомию, физиологию и проходили строгую практическую подготовку. Доказательством этого служат хранящиеся сегодня в ереванском Матенадаране более ста специализированных рукописей по данным дисциплинам.
Истинным отцом-основателем классической армянской медицины стал Мхитар Гераци (ок. 1120–1200 гг.), родившийся в иранском городе Гер и получивший звание «бжшкапет» в Киликии. Мхитар Гераци сделал для армянской науки то же, что Гиппократ для греческой, Гален для римской и Ибн Сина для арабской. Он был свободен от схоластических догм и прекрасно знал философию и медицину Востока и Запада. Его главным трудом стал трактат «Утешение при лихорадках» (1184 г.), написанный при поддержке католикоса Григора Тга (Отрока). В предисловии автор обращается к читателю: «Сочинили мы эту книгу и назвали ее “Утешение при лихорадках”, ибо она утешит врача увеличением его познаний, а больного — излечением».
Фрагмент рукописи Мхитара Гераци "Утешение при лихорадках"
Гераци совершил невероятный научный прорыв: он первым выдвинул теорию «плесневого» фактора. Он считал, что существует какой-то живой возбудитель — плесень, которая проникает в кровь и вызывает болезни. Этой идеи не было ни у Галена, ни у Гиппократа. Как отмечал доктор медицинских наук, историк медицины Левон Оганесян, анализируя этот трактат, средневековый армянский врач «максимально близко подошел к причине возникновения инфекционных заболеваний задолго до открытия бактерий». И только через 300 лет после Мхитара Гераци, уже в XVI веке, итальянский ученый Фракасторо Джироламо написал об инфекционных болезнях. Но такая гипотеза впервые зародилась именно в Армении.
Мхитар Гераци выделил малярию, тиф, чуму, оспу и корь в инфекционные заболевания, определив заразность тифа. Он описал четыре стадии болезни и применял методы пальпации, перкуссии (выстукивания) и прослушивания. В своем трактате он описывает терминальные стадии тяжелых инфекций: «Если больной будет очень страдать от жара… а живот вздуется, и когда постучишь по нему, он издаст барабанный звук, определенно знай, что он умрет… Следует избегать и не соприкасаться с ним».
Лечил Гераци по принципу «противоположное противоположным». Применял диетотерапию (кориандр, базилик, бамия, гранат, легкоусвояемое мясо цыплят и свежая рыба), ингаляции, гидротерапию. Гераци на 300 лет раньше европейца Бернардино Рамаццини описал профессиональные болезни (например, лихорадку стекловаров). Более того, он создал национальную музыкальную терапию. «Развлеки больного играми и шутками… Пусть возможно больше слушает гусанов, звуки струн и приятные мелодии», — советовал лекарь.
Его труды, переведенные в 1907 году на немецкий язык врачом и востоковедом Эрнстом Зайделем, принесли переводчику Пушмановскую премию. Немецкий исследователь писал: «Мы должны решительно предоставить пальму первенства армянскому мастеру за основательное знание природы, последовательное самостоятельное мышление и полную свободу от схоластической кабалы». Сегодня именем Мхитара Гераци назван Ереванский государственный медицинский университет. В Ереване установлен его бронзовый бюст, а с 1993 года в Армении учреждена государственная медаль его имени за заслуги в здравоохранении.
Памятник Мхитару Гераци в Ереване
Интересный исторический парадокс: армянские врачи уже в XI веке были доподлинно убеждены, что сердце состоит из особых, плотных гладких мышц. В то же время в Европе, опираясь на ошибочную парадигму римского медика Галена (считавшего, что мышечная ткань не выдержала бы столь колоссальной нагрузки), вплоть до XVI века доминировали иные воззрения. Даже гениальный Леонардо да Винчи на раннем этапе своих исследований предполагал, что структура сердца подобна хрящу, прежде чем детально описать его истинную мышечную природу.
Геронтология и наследие Амирдовлата Амасиаци
Падение Киликийского царства стало трагической вехой, лишившей Армению возможности планомерно развивать национальную науку. Многие выдающиеся армянские ученые и врачи были вынуждены покинуть родину и эмигрировать в страны Европы. Там, вдали от дома, их знания, опыт и уникальные медицинские трактаты легли в основу формирования уже европейской научной мысли, навсегда вписав армянский след в мировую историю исцеления.
Своеобразным мостом между эпохами стал Амирдовлат Амасиаци (1420–1496 гг.) — основоположник армянской школы фитотерапии. Будучи вынужденным скитаться, он обосновался в Константинополе, где его талант оценил султан Мехмед II, назначив армянина своим главным хирургом-окулистом и «бастанжи-пашой» (лейб-медиком).
Фрагмент рукописи Амирдовлата Амасиаци
В труде «Польза медицины» (1459 г.) Амасиаци систематизировал лечение более 200 болезней. А венцом его жизни стала монументальная энциклопедия «Ненужное для неучей» (1482 г.). В ней собран словарь на пяти языках (армянском, греческом, латинском, арабском, персидском), содержащий свыше 3500 названий лекарственных растений, минералов и животных. Профессор Стелла Варданян, которая в 1990 году перевела этот труд на русский язык, отмечает уникальную структуру книги: названия даны в алфавитном порядке от «айб» до «фе», с точным описанием терапевтического и токсического воздействия каждого элемента.
Сам Амасиаци сформулировал высочайшие требования к этике врача: «Врач должен быть разумным и исполненным чувства долга… Он ни в коем случае не должен быть пьяницей, алчным и корыстолюбивым. Следует ему любить бедняков… А если он не сведущ, то лучше не призывать его к больному».
Особое развитие в армянской медицине получила геронтология. Горная Армения издревле славилась долгожителями, что объяснялось физической активностью и специфическим лечебным питанием. Гериатрические средства армянских врачей базировались на растениях семейств зонтичных (Apiceae), астровых (Asteraceae) и лилейных (Liliceae). Для замедления старения, сохранения ясности ума и слуха активно применялись камедесмолы (ферул), плоды эмблических миробланов, дикий и садовый инжир, а также обычный репчатый лук, богатый йодом и витаминами. Антиоксидантные свойства облепихи, шиповника и грецких орехов помогали справляться с остеопорозом, катарактой и атеросклерозом.
В наши дни в лабораториях Матенадарана ученые продолжают изучать манускрипты, воссоздавая по древним рецептам армянских светил целебные эфирные масла, бальзамы и травяные чаи. Опыт врачевателей древней Армении, заложивших фундамент для развития многих отраслей современной науки, доказал: истинная медицина рождается на стыке смелого эксперимента, глубокого уважения к природе и безусловной любви к человеку.
ИЦ «ЕРКРАМАС»