Незнакомые лица, когда видишь их часто, воспринимаешь как знакомые, а когда это лица героев, то принимаешь их за родные. Так было со мной и фотографией Вити Айвазяна, выставленной на перекрестке улиц Московян и Спендиаряна, по которому проходил каждое утро и в разные времена года. Мужественное лицо, молодцевато закрученные усы, взгляд мужчины, не готового соглашаться с тем, что слышит только потому, что «так надо».
В 1989 году Вите Айвазяну посоветовали не перечить советской власти, выйти из комитета «Карабах», он не согласился, был арестован, отсидел свое, после чего пошел воевать за Карабах реальный, без всяких кавычек. Стал депутатом тогда еще Верховного Совета Армянской ССР, убит в августе 1990 года, за выдающиеся заслуги перед родиной удостоен звания «Национальный герой Армении».
Ничего такого на стенде с фотографией Вити Айвазяна не написано, но когда видишь снимок каждый день, хочется узнать больше. Когда узнаешь, начинаешь понимать, как важно знать о жизни героев подробности и спрашивать себя, а сам ты смог бы так?
Сегодня, когда встречаю на улицах изображения великолепного Тата или голосистого Арменчика, понимаю, что я так не смогу. Вопрос: а надо ли?
Стенд с Витей Айвазяном убрали уже давно и в сей час проходишь по голому перекрестку как будто Вити и не было. В эти дни исчез и портрет генерала Андраника, его убрали с фасада сельской школы.
Панно с девятнадцатилетним артиллеристом Альбертом Ованнисяном зачистили тоже недавно. Фото необыкновенно эмоционально, равно по воздействию знаменитому снимку Макса Альперта времен Великой Отечественной «Комбат», на котором командир с пистолетом в руке поднимает солдат в атаку.
На том, изъятом из обращения армянском снимке, артиллерист Ованнисян в не по размеру большой каске отворачивается от выстрела орудия. Зажмурился, чтобы пыль не попала в глаза, рот открыт, чтобы от ударной волны не лопнули барабанные перепонки. За спиной, на заднем плане полыхает стена огня. Застывшее на фоне ада лицо выражает ярость и страдание, решимость и страх.
Незабываемое фото о незабвенном воине, нашем защитнике, павшем на арцахской земле, которая, получается, не армянская была. Албанская, что ли?
Нет сегодня Вити Айвазяна на Московской улице Еревана, убрали фото Альберта Ованнисяна, остается (пока) безусый Абрам Саргсян на стене здания в проходе улицы Саят-Нова по соседству с домом Хорового общества. Парень, которому тоже едва стукнуло девятнадцать, изображен на фоне государственного флага Армении. Смотрит недоуменно, даже обиженно, как бы предчувствуя, что вскоре придет и его черед быть убранным с глаз долой, чтоб потом из сердца вон.
В армян же тем временем лошадиными дозам вспрыскивают что-то серо-буро-малиновое: винно-шашлычные фестивали, концерты с уже не первой свежести Дженнифер Лопес, рэп-исполнителя Моргенштерна (признан иноагентом в РФ), утомленного женским вниманием вокалиста Меладзе, долгоиграющего юмориста Геннадия Хазанова. В небо Еревана запускают петарды, шутихи, фейерверки, все, что может летать, гореть, греметь. Гуляют все!
Часть привечаемых в Ереване «звезд» уже на стадии угасания, другая еще светится, но в большинстве случаев видим и слышим тех, кто так или иначе от России отвернулся. Своих, настоящих героев из армян соскребаем со стен и из памяти, но что и кого предлагаем вместо? Не дают ответа… Неужто Полада Бюльбюль оглы?
У входа в супермаркет Ереван-сити на проспекте Маштоца все еще можно видеть настенные фотографии наших самых-самых: великого астрофизика всех времен, многолетнего президента Академии наук Армении Виктора Амбарцумяна. Рядом в такой же рамке Вильям Сароян, тут же Шарль Азнавур. Честь и хвала! Дальше ничем не уступавшие им в своем деле воины страны Леонид Азгалдян, Монте Мелконян.
Делом этих полевых командиров было громить на поле боя врага и у них это получалось лучше лучшего. Сегодня, выходит, громили не тех, освобождали не свою, а чужую землю? Как так? Прямо по песне Высоцкого «если друг оказался вдруг и не друг, и не враг, а так…». Как объяснить отцам и матерям, братьям и сестрам погибших изымание лучших из лучших армян из памяти современников.
Пытаются выбить из памяти не только жизнь замечательных людей, но и целые страницы славной истории государства. Вроде бы все начинается со времен так называемой четвертой республики, а до того у армян ничего путного не было. Ни взлетов науки, пришедшихся на середину прошлого века, ни славных имен маршала Баграмяна, Мартироса Сарьяна, Альберта Азаряна, ни кольцевого ускорителя ереванского физического института и радиотелескопа Париса Геруни, а было лишь ожидание явления Никола Пашиняна народу с миссией ввести народ в золотой век под номером «четыре».
Соседние народы ищут в прошлом подтверждение своего героического, армянская власть упивается тем, что провела в Ереване саммит Европейского политического сообщества, в котором принял участие сам Зеленский. Сами собой восхитились, сами поставили себе высшие баллы по успеваемости и поведению.
Саммит закончился, гости разъехались, абрикосы с помидорами и всем остальным остаются при себе, велосипедные пробеги дорогам Армении тоже, Пашиняна в Москве пока не ждут.
Тем временем в Раздане в школе номер десять ликвидировали уголок Славы. Оппозиционные СМИ сообщили, что директор учебного заведения (она же член совета общины Цахкадзор от фракции ГД) распорядилась убрать портреты героев, погибших за освобождение и оборону Арцаха.
Долгие годы в школе существовала традиция – учащиеся приносили живые цветы к портретам героев. Теперь не приносят.
Сергей Баблумян
