В предыдущем материале мы рассмотрели некоторые вопросы, связанные с вероятностью применения военных действий против Ирана со стороны Тель-Авива и Вашингтона. Каким образом возможная агрессия в отношении нашего южного соседа может отразиться на Армении?
Неоднократно анонсируемое намерение расчленить это государство по "национальным квартирам" и учредить в тюрконаселенных северных провинциях некую модель "южно-азербайджанской государственности" чревато полной изоляцией Армении, если даже в обмен на столь лакомый "азербайджанский кусок" иранского пирога армянам пообещают признание Нагорного Карабаха в границах, подконтрольных Армии обороны НКР. Вполне допустимо, что урегулирование карабахской проблемы рассматривается западными аналитиками именно в плоскости иранского передела. Это в худшем случае.
Что касается, менее радикальных сценариев развития, то любая агрессия против Ирана чревата замораживанием жизненно важных для армянской государственности проектов и блокировкой уже существующих. Что это за проекты?
К моменту установления в феврале 1992 г. дипломатических отношений между Арменией и Ираном в регионе сложилась сложнейшая обстановка. Распад СССР сопровождался также боевыми действиями на Кавказе, в том числе кровопролитной Карабахской войной. Москва тогда оказалась несостоятельной на предмет предотвращения войны, и в целом складывалось впечатление, что после 200-летнего политического присутствия Россия постепенно покидает регион. Турция, которая столетиями воевала с Персией и Россией за контроль над Кавказом, резко активизировала свои усилия с целью занять "опустевшее", казалось бы, место.
Положение отягощалось блокадой армянских железнодорожных выходов со стороны Турции и Азербайджана и полным обесточиванием республики. В этих условиях и были установлены дипломатические отношения между Ереваном и Тегераном. Едва ли подлежит сомнению тот факт, что если бы не сбалансированная политика Ирана в регионе, то новая армянская государственность столкнулась бы с несопоставимо более тяжкими проблемами. Достаточно отметить, что Исламская Республика Иран воспрепятствовала усилиям Азербайджана и Турции объявить на весь мусульманский мир джихад армянам и придать Карабахской войне религиозный окрас.
На изначально сбалансированную позицию Тегерана указывает и факт подписания в 1992 году первого документа о поставках иранского газа в Армению, хотя активные боевые действия, которые велись тогда по всему периметру фронта, не позволили согласовать некоторые важные вопросы, в том числе маршрут прокладки трубопровода.
Тем не менее уже после приостановления активных боевых действий Ереван и Тегеран подписали в 1995 году новое межправительственное соглашение, представляющее собой доработанный вариант прежнего, с уточненным маршрутом перспективного газопровода (впрочем, и этот текст остался лежать в архиве, в том числе и по причине того, что предметом внешнеполитического торга в переговорном процессе по карабахскому урегулированию стал приграничный с Ираном Мегринский район Армении, по которому и должна была пролегать труба).
Огромное значение в процессе обеспечения стабильного выхода Армении во внешний мир имело строительство моста на приграничной реке Аракс. Работы были начаты еще в 1994 году, в завершающий период активной фазы Карабахской войны. Открытие этого важнейшего коммуникационного коридора в 1996 году стало первым крупным и вместе с тем реализованным совместным проектом, призванным смягчить жесточайшие реалии блокады и найти просвет в темных коридорах армянского "геополитического лабиринта".
Немаловажное значение имела и первая линия электропередачи Иран - Армения, введенная в эксплуатацию в 1995 году. Она способствовала выходу армянской энергосистемы из состояния паралича и полной изолированности. Эта линия была построена еще до запуска в ноябре того же года второго блока Мецаморской атомной станции, приостановленной в феврале-марте 1989г. после Спитакского землетрясения.
Важнейшим событием для Армении стала и наметившаяся в 1997-1998гг. тенденция постепенного возвращения России в регион. Именно в этот период Москва подписала с Ираном контракт на строительство АЭС в Бушере и обратилась к коммуникационным вопросам. Благодаря этому Ереван и Тегеран вернулись к старому газовому проекту, причем это сопровождалось появлением нового игрока - российско-армянского предприятия "АрмРосгазпром". Тогда же стали анонсироваться сообщения о других совместных проектах, в том числе строительстве ГЭС на приграничной реке Аракс.
Однако новые санкции в отношении Ирана вынудили на неопределенное время "заморозить" большинство разработок. Сложность ситуации обуславливалась высокой вероятностью американской агрессии против Ирана, параллельным использованием азербайджанского фактора в северных провинциях страны и очередной попыткой расчленения Ирана. Именно тогда Москва и Тегеран предприняли попытку вывести Баку из возможной игры, "привязав" Азербайджан к своим геополитическим проектам.
В мае 2004 года в Москве была достигнута договоренность между Россией, Ираном и Азербайджаном о строительстве железнодорожного полотна Астара-Решт-Казвин (предусматривающего выход российских грузов в акваторию Индийского океана) и о продлении железнодорожного участка Нахиджеван-Тебриз до Тегерана.
Вместе с тем необходимо отметить, что именно в 2004 году Тегеран и Ереван наконец-таки подписали основной контракт о поставках газа и договор о строительстве газопровода, тогда же состоялась официальная церемония закладки новой трубы на армянской территории и началось строительство первого армянского участка газопровода Мегри - Каджаран протяженностью в 40 километров. Это свидетельствует о сбалансированной политике Тегерана в регионе.
Уже в марте 2007 года в приграничном городе Агараке в присутствии президентов Роберта Кочаряна и Махмуда Ахмадинежада состоялась церемония запуска первого армянского участка (Мегри-Каджаран) газопровода Иран-Армения. Значение этого события трудно переоценить, если вспомнить, какой долгий путь с 1992 года пришлось пройти этому проекту, позволяющему свести к минимуму армянскую зависимость от единственного источника поступления природного газа - из России по территории весьма далекой от стабильности Грузии.
Исключительное значение для Армении имеет и перспектива строительства железной дороги, связывающей республику с Ираном и портами акватории Индийского океана. Иран вообще готовится стать главным железнодорожным перекрестком в центре Азии. За последние пятнадцать лет он вдвое увеличил свою железнодорожную сеть. Сегодня в стране более 9 000 км стальных магистралей европейского стандарта. Ежегодно вводятся 300 - 500 км новых железных дорог, перестраиваются и модернизируются старые линии. Мощный сырьевой комплекс страны заинтересован в развитой внутренней логистике и обеспечивает щедрое финансирование. Планируется, что к 2020г. протяженность сети Ирана достигнет 25 000 км.
Окончательная договоренность о строительстве железной дороги Иран-Армения была достигнута между президентами Армении и Ирана Кочаряном и Ахмадинежадом 19 марта 2007 года. Уже подготовлено технико-экономическое обоснование проекта по прокладке железнодорожного полотна (протяженность составит около 540 км, из которых более 460 км приходится на территорию Армении; вероятнее всего, он будет проложен по маршруту Гагарин – Гавар – Мартуни – Джермук – Вайк – Сисиан – Капан – Мегри, а иранская часть будет пролегать до станции Мерант). Армения и Иран приступили также к реализации еще одного крупного проекта - строительства нефтепровода от иранского города Тебриза до армянской станции Ерасх.
Таким образом, любая форма агрессии против Ирана способна заморозить все проекты, не говоря уже о тех политических последствиях, которые могут иметь место в случае развития более радикальных сценариев.
Арис КАЗИНЯН, "Голос Армении"