Армения предлагает развивать интеграцию с Евразийским таможенным союзом, дав республике особый статус. Заинтересовать страну войти в экономическое пространство, которое территориально удалено, можно через определенные субсидии, дотации, помощь, льготы – об этом в интервью «Газете.Ru» рассказал премьер-министр Армении Тигран Саркисян.
– Россия говорит о преобразовании ЕврАзЭс в Евразийский союз – более тесное объединение, подобное Таможенному союзу России, Белоруссии и Казахстана. Об этом шла речь в одной из предвыборных статей Владимира Путина. Об этом же заявил на последнем саммите ЕврАзЭс Дмитрий Медведев. Он предупредил об определенных сложностях, которые могут возникнуть и уже возникают у государств, которые не являются членами ТС. Армения выступает наблюдателем в ЕврАзЭс. Рассматриваете ли вы возможность более тесной интеграции?
– Мы очень четко сформулировали нашу позицию, что мы заинтересованы в интеграционных процессах в рамках ЕврАзЭс. Вопрос в следующем: как будет происходить процесс интеграции и какие формы он будет приобретать? Это нетривиальный вопрос. Например, сегодня Киргизия и Таджикистан заинтересованы в том, чтобы как можно быстрее стать членами Таможенного союза, но Россия, Белоруссия и Казахстан говорят, что они не готовы к этому. Эти страны должны пройти определенный путь, провести необходимые реформы, принять нужные документы, создать соответствующую инфраструктуру, которая обеспечивала бы единство таможенного пространства. Что касается Армении, то у нее свои проблемы, связанные с Таможенным союзом: в мировой практике нет примера, чтобы страна становилась членом такого союза, не имея с ним общей границы. Иначе выгоды от вступления в такой союз отсутствуют, потому что это означает, что товаропроизводители, когда они экспортируют или импортируют свои товары, вынуждены проходить процедуру растаможки через третьи страны. В итоге вы имеете вместо плюсов минусы: вы не получаете свободного передвижения товаров, но должны при этом согласовывать таможенные тарифы с другими участниками таможенного союза. Поэтому мы предложили российским коллегам разработать другую платформу взаимоотношений между Арменией и Евразийским таможенным союзом, придав ей особый статус.
– Что вы конкретно имеете в виду? Как это можно сделать?
– Существует опыт удаленных территорий. Они получают определенные субсидии, дотации, помощь, льготы, если они интегрируются в экономическое пространство, которое территориально удалено.
Это означает, что со всеми участниками этого сообщества необходимо вести переговоры: для интеграции нужно создать экономические стимулы.
– И ваш подход находит понимание у партнеров?
– Да, мы со своими российскими коллегами находимся в прямом диалоге, наши рабочие группы обсуждают эти вопросы. Мы изучаем мировой опыт, предлагаем свои подходы. Есть абсолютно четкое представление, потому что опыт, который накопили Россия, Казахстан и Белоруссия при создании Таможенного союза, уже показывает преимущества этого процесса – все можно детально просчитывать. Наши коллеги подробно, по огромной номенклатуре товаров, просчитывали выгоды, минусы, плюсы, которые они получают при создании единого экономического пространства.
– Одновременно вы говорите об интеграции с Европейским союзом. В этих двух процессах нет противоречий?
– Мы уверены, что нет. Россия тоже, несмотря на то что создавала Таможенный союз, параллельно продолжала работать над вступлением во Всемирную торговую организацию и рассматривала эти процессы не как взаимоисключающие, а как взаимодополняющие. Так же и мы подходим к вопросу: Армения заинтересована в расширении своих рынков.
– Но Россия, Казахстан и Белоруссия, создавая Таможенный союз, еще не были членами ВТО. Россия только сейчас фактически завершила процесс вступления в организацию, и теперь Белоруссия и Казахстан, присоединяясь к ВТО, будут гармонизировать свои условия с теми, на которых приняли в нее Россию. А Армения уже член ВТО – она не может менять условия.
– Хотя Армения член ВТО, это не мешает ей ратифицировать в рамках СНГ соглашения о свободной торговле. Это взаимодополняющие соглашения, а не взаимоисключающие.
Точно так же мы рассматриваем наше желание стать членами свободной экономической зоны в рамках Европейского союза: это, конечно же, даст мощный толчок развитию нашей экономики. По этому же пути идут Украина, Молдавия: они тоже заинтересованы в том, чтобы у них была зона свободной торговли с ЕС.
– 3 апреля завершился визит в Армению министра иностранных дел России Сергея Лаврова, отсюда он отправился в Азербайджан. Главная тема визитов – проблема Нагорного Карабаха. Есть ли какие-то новые предложения, которые помогут сближению позиций сторон?
– Я думаю, что благодаря инициативам Российской Федерации уже сформирована платформа переговорного процесса и концептуально все вопросы оговорены. Сейчас необходимо прийти к согласию по деталям реализации этого соглашения – здесь нужна политическая воля.
– У вас есть ощущение, что позиции могут сблизиться?
– У нас есть такое желание.
– В мае в Армении парламентские выборы. Подготовка к ним и их результаты могут повлиять на внешнеполитическую линию республики, в частности на подходы к решению карабахского конфликта?
– Конечно могут. Вопрос в том, как выборы пройдут и какими будут их результаты. Мы надеемся, что наша партия сможет укрепить позиции, которые сегодня имеет, и продолжить развитие, в котором страна шла в последние годы – и с точки зрения международного сотрудничества, и в решении проблемы Нагорного Карабаха.
– В среде экспертов все чаще говорят об ужесточении позиции Азербайджана по Нагорному Карабаху и о возможном возобновлении военной стадии конфликта нынешней осенью. Как вы относитесь к этим прогнозам?
– С 1994 года, как поддерживается режим прекращения огня, таких прогнозов было очень много. Но «если хочешь жить в мире, готовься к войне». Поэтому мы учитываем эти риски и угрозы и усиливаем обороноспособность нашей страны. Это является основной гарантией того, что войны не будет.
– В связи с обострением ситуации вокруг Ирана возникает много вопросов, как будет развиваться обстановка на Южном Кавказе. Какие меры для защиты национальных интересов Армении рассматриваются ее властями на тот случай, если ситуация вокруг Ирана будет ухудшаться и дальше – вплоть до военного конфликта?
– Если будет попытка какого-то военного решения – это самая нежелательная ситуация для нас. Наши отношения с миром строятся через Иран и через Грузию, потому что Турция продолжает блокаду Армении, а с Азербайджаном у нас нет никаких экономических связей.
Армения жизненно заинтересована в том, чтобы в Иране все было стабильно. Конфликт очень сильно ударит по нашей экономике, политической, социальной ситуации. Конечно, мы очень внимательно следим за ситуацией и учитываем эти риски.
– Каковы перспективы строительства железной дороги из Армении в Иран (проект, о котором говорится много лет) и нефтепровода из Ирана в Армению? В связи с обострением ситуации вокруг Ирана эти планы отодвинуты?
– Нет, не отодвинуты. Эти два проекта идут вперед. Мы подписали меморандум о взаимопонимании с Ираном. Иранская сторона взяла на себя обязательства построить ветку на своей территории. Мы ведем переговоры с инвесторами относительно начала строительных работ, очень тесно контактируем с «Российскими железными дорогами» по поводу этого проекта – детально его прорабатывали, российские специалисты нам помогали экономическим расчетами. И мы благодарны за ту техническую помощь, которую нам оказала российская сторона. Точно так же продвигается и проект по продуктопроводу. Сегодня мы также реализуем с Ираном проект по строительству высоковольтной линии передач, что позволит увеличить объем экспорта электроэнергии из Армении в Иран, и проект по строительству электростанции на границе между странами. Все наши проекты находятся в стадии реализации.
– О каких сроках можно вести речь?
– В этом году строительство электростанции уже ведется, по высоковольтной линии старт тоже будет в этом году. По продуктопроводу в этом году будут завершены все технические характеристики, и надеемся заключить соглашения с инвесторами по железной дороге.
– Власти Армении одобрили новую промышленную политику, которая делает ставку на экспортоориентированные отрасли. Какие рынки и для каких товаров вы считаете приоритетными?
– Мы выделили 12 отраслей, которые на сегодняшний день обладают потенциалом с точки зрения преимуществ наших производителей, задействованных мощностей, имеющихся инвесторов и управленцев. Весь потенциал – интеллектуальный, производственный, финансовый – был оценен, проект был разработан при содействии Всемирного банка. Это точное приборостроение, производство коньяка и виноделие, фармацевтика (где у нас четыре крупных проекта), обработка драгоценных камней, ювелирная отрасль, производство часов. Это те отрасли, которые мы сегодня имеем и где совместные проекты реализуем.
Рынки – это европейский и СНГ. Для коньяка мы также пытаемся наладить дистрибуторскую сеть в Китае. Это очень перспективный для нас рынок, но проект необходимо серьезно проработать. С частным сектором есть договоренность, что мы совместно будет предпринимать усилия для создания соответствующей дистрибуторской инфраструктуры. Нужна пиар-кампания, чтоб этот рынок стал для нас досягаем.