Один из первопроходцев в деле популяризации в России армянской литературы, поэт, переводчик, литературовед и гуманист Юрий Алексеевич Веселовский (1872-1919) гневно осуждал султанских и младотурецких палачей за варварское уничтожение армянского народа, его духовных и материальных ценностей.
Активно сотрудничавший с различными российскими и иностранными изданиями Ю.Веселовский, вместе с другими видными представителями русской передовой интеллигенции того времени, играл огромную положительную роль в деле ознакомления русской общественности с историей и культурой армянского народа, с его многовековой борьбой за свободу своей родины.
Автор первой русской монографии об армянском поэте Смбате Шах-Азизе, создатель сборников «Очерки армянской литературы и жизни» и «Армянская муза» Ю.Веселовский публиковал в журнале «Армянский вестник» не только филологические, но и критико-исторические работы. Среди них особое место занимает статья «Страдающие дети (из мира ужасов турецко-армянской действительности)», в которой раскрывается трагедия армянских детей - жертв политики геноцида, и разоблачаются турецкие власти, ссылавшиеся на государственную необходимость обезвредить армян.
В 1916 году на страницах журнала «Вестник Европы» вышла очередная большая статья Ю.Веселовского - «Литературное творчество турецких армян», и изданная отдельной книгой ценная работа «Дети обездоленного края», за год до которой вышел в свет фолиант «Трагедия Турецкой Армении».
На страницах книги «Трагедия Турецкой Армении», так же как в монографии «Положение армян в Турции до вмешательства держав», созданной еще в 1895 году, Ю.Веселовский обстоятельно представил возникновение и историю Армянского вопроса, дипломатическую борьбу вокруг него. Коснулся проектов реформ в Западной Армении и «гарантий» со стороны турецкого правительства, которые вылились в бесчеловечный Геноцид армян 1915 года.
«….Даже пресловутая турецкая конституция, которая должна была, как полагали, гарантировать равенство перед законом всем подданным Османской империи, вообще утвердить царство законности, веротерпимости, начала культуры и прогресса, не изменила в корне застарелого порядка вещей. Уже один тот факт, что при новом режиме могли, хотя бы изредка, происходить, как и раньше, при Абдул-Гамиде, погромы, вроде Аданского - одного из самых кровопролитных, - красноречиво свидетельствует о том, какое бесплодное занятие - вливать новое вино в старые меха, как неосторожно возлагать надежды на отвлеченные принципы, когда общий дух и строй государственного организма остается неизменным. Слишком ясно также, что турецкая конституция, предоставляя известные права турецким гражданам, была в то же время проникнута стремлением нивелировать национальные особенности подвластных Турции народов, свести на нет те преимущества и особые узаконения, которых еще при старом режиме, так или иначе добились если не провинциальные, то константинопольские христианские общины. Таким образом, и в 20 веке Турция всё еще является каким-то анахронизмом, пережитком варварского прошлого; уже почти изгнанная из Европы, утратила там постепенно все свои владения, она точно старалась все время отыграться на своих азиатских провинциях, показать, что там, по крайней мере, никто ей не указ, что она там может действовать, как ей вздумается, прикрывая иногда свои поступки громкими фразами и торжественными заверениями, которые, как она знала по опыту, всё равно ни к чему не обязывают…
…Турецкие бесчинства и поборы, удержавшиеся и в наши дни, служат, однако, красноречивым доказательством того, что одна внешняя культура еще ничего не означает, и что известные технические усовершенствования и благообразие внешнего облика могут уживаться с душевною грубостью и отсутствием истинной человечности!
Когда о бедствиях армянского населения Малой Азии мы узнаем из произведений романистов и поэтов, может появиться подозрение, вполне ли точную картину дают нам писатели, нет ли в данном случае преувеличений, чрезмерной однотипности картин и характеристик, совершенно невольных, быть может, отступлений от подлинной, неприкрашенной действительности. Но, увы!
То, что мы находим в литературных произведениях, иногда поразительно совпадет с фактическими данными, приводимыми в дипломатических документах, в Синих книгах, донесениях консулов и послов, протоколах следственных комиссий…
Иногда подлинные, голые сухие факты действуют на нас не менее сильно, чем отголоски тех зверств и притеснений в художественном творчестве.
…Если бы нужно было угадать одну из главных причин, основных причин всех этих бедствий и невзгод, несомненно следовало бы назвать, в первую очередь отсутствие законности и правосудия, фактическое господство и преобладание одних, и бесправие, беззащитное положение других, никогда не чувствовавших, чтобы их жизнь, семья, собственность, чем-либо охранялись…
Наконец, турецкий строй отражался и на умственной духовной жизни армянского народа, на всём том, что носило отпечаток национальности, и вместе с тем связано было с известными культурными задачами и традициями. Пусть это происходило не повсюду, и не при всех султанах в одинаковой степени, - можно без труда привести длинный ряд фактов, характеризующих проявления фанатизма, нетерпимости, подозрительности по отношению к армянской церкви, школе, литературе, печати.
Само слово «Армения», даже как географическое или историческое название, подвергалось запрету, - можно было говорить только о Ванском, Эрзерумском, Битлисском вилайетах, или о «Курдистане», - как в европейских дипломатических сферах ошибочно именовали иногда историческую Армению. (Ю.Веселовский. Трагедия Турецкой Армении, М., 1915.)
В публицистических статьях «Участь армян в изображении американского писателя», «На заре лучших дней», «Участь армян и подрастающее русское поколение», «Судьба Турецкой Армении» и многих других, Веселовский с подлинным гуманизмом и симпатией к многострадальному народу обличал политику турецкого правительства, затрагивал вопросы общественно-политического значения Армении, ее настоящего и будущего.
Материал подготовила Ашхен Аванесова