Губернатор Краснодарского края Александр Ткачев решил превратить Кубань в своеобразный миграционный «фильтр» и не допустить ее превращения в «российское Косово». Для реализации этой цели он предложил создание казачьей полиции, которая будет удерживать правильный, с его точки зрения, этнический баланс. К каким последствиям может привести такая инициатива?
Этнонационалистические взгляды кубанского губернатора ни для кого секретом не являются. Еще в марте 2002 года на одном из совещаний по миграционным вопросам Ткачев без всяких двусмысленностей заявил: «Это – казачья земля, и все должны знать это. Здесь - наши правила игры». Однако в прежние годы губернаторский гнев был обращен, прежде всего, на «пришлые народы». Время от времени «под раздачу» попадали то армяне, то курды, то турки-месхетинцы. Эмиграция месхетинских турок в США стала первым после распада Советского Союза коллективным этнически мотивированным выездом за пределы новой России. Агрессивное отношение к позиции абхазских избирателей было воочию продемонстрировано Ткачевым и во время президентской кампании в Абхазии в 2004 году. И хотя в период с 1987 года по середину 2000-х годов процент русских в общем миграционном потоке на Кубань составлял порядка 80%, то есть соответствовал той доле, которую этническое большинство занимало в структуре населения края, кубанские власти, вместо интеграции пришельцев, нагнетали и раздували фобии и страхи.
Миграционный алармизм Александра Ткачева прежних лет, конечно, был в значительной степени раздут. Но его хотя бы можно было оправдать отсутствием общероссийской стратегии в этой области и нацеленностью на граждан иностранных государств. В августе 2012 года кубанский губернатор предлагает сделать миграционный фильтр для собственных граждан из северокавказских республик. По его мнению, Ставрополье с этой ролью уже не справляется, теряет свою «русскость». И если не предпринять экстраординарных мер, то и Краснодарский край пойдет по тому же пути. Идею эту новой не назовешь. «Казачья полиция» - это одна из форм закрепления де-факто режима апартеида между Северным Кавказом и остальной Россией. Про это сегодня говорят ведь далеко не только участники «русских маршей» и сторонники лозунга «Хватит кормить Кавказ!» Разве не о том же время от времени говорят чиновники в погонах, считающие необходимым или ограничить или вовсе свернуть призыв из северокавказских республик? Их ведь не отнесешь к деструктивной несистемной оппозиции. Разве не то же самое, пусть и в лайт-варианте вещает «национальный лидер», рассказывая о том, что на Кавказе есть свои «особые традиции», и что при условии качественного финансирования региона из Москвы миграционные потоки из него было бы целесообразно сократить. Кстати, практически синхронно с Ткачевым, правда, совсем по другому поводу Путин вновь вспомнил про истовое отношение кавказцев к духовным святыням, которое оказывается важнее и российской Конституции, и российского законодательства. И это уже не первый раз, когда глава государства и профессиональный юрист высказывается в том духе, что некие «правила» для «местных» и «пришлых» намного важнее, чем пункты писаных законов. Так получилось, что «креативные» идеи Ткачева пришлись на самый разгар летних Олимпийских игр в Лондоне. На тот момент в «золотой копилке» россиян было всего три награды. И все, как на грех, завоеваны кавказцами, представляющими Россию на крупнейшем международном форуме, значение которого уже давно выходит за рамки чистого спорта. Вопрос в задачке: «Кого собирается "выдавливать" с Кубани губернатор? Олимпийского чемпиона по дзюдо Галстяна?» Как видим, ткачевская идея и кавказские победы во имя общей страны обнажили огромный зазор между официальным «патриотизмом» с его пафосом «давай, Россия, давай, давай» и мощной ксенофобией. Но двум богам служить нельзя. Либо мы радуемся нашей общей победе наших граждан во славу России, либо пытаемся строить совсем другой государственный проект.
Инициативы Ткачева опасны даже не столько с точки зрения дефицита демократии в стране. Во-первых, очевидны попытки мобилизации населения на негативной основе. После таких провалов власти, как Кущевская или Крымск, Ткачев не нашел ничего лучше, чем переключить массовое внимание на «национальный вопрос». Кстати, а разве пресловутые Цапки родились в Хасавюрте или в Грозном? Или, может быть, мигранты помешали оповещению жителей пострадавшего от наводнения города или состряпали фальсифицированные документы? Во-вторых, такие инициативы ведут к дроблению единого политического и правового пространства. У Ткачева «казачья полиция», у Кадырова свои «силовики», в Дагестане своя особая роль МВД. Как говорится, кто следующий? В-третьих, все это вызывает ответную националистическую волну. Вот уже сегодня в интернете появился поток публикаций о том, что Кубань - это исконная земля черкесов, и не казакам определять, кто там хозяин. И все это накладывается на «сочинский вопрос».
И последнее (по порядку, но не по важности). Перед глазами россиян прошли два распада. С карты мира исчезли их собственная страна, СССР, и Югославия. И у многих, кажется, от слесаря до губернатора, это никакой рефлексии не вызвало. Как понимания, почему так произошло. «Говорящие головы» на экранах все занимаются поисками тайных сценариев и «геополитических пружин», забывая фундаментальный момент. Если вместе людей ничего не держит, то никаких «сценаристов» и не нужно. На всякого Милошевича найдутся свои Туджман и Изетбегович, а на каждого Ткачева свои защитники «свободного Кавказа». Хорошо бы в очередной таким вот образом раз не «профильтровать» собственную страну!
Сергей Маркедонов, http://www.ekhokavkaza.com