12 декабря для участия в работе очередного заседания Совета министров иностранных дел государств – членов Организации Черноморского экономического сотрудничества (ОЧЭС) в Армении побывал министр иностранных дел Турции Ахмет Давутоглу. Это первое с 2008 года посещение Армении высокопоставленным турецким должностным лицом. Армения и Турция до сих пор не восстановили дипломатические отношения, не открыли сухопутную границу, ни на шаг не сблизили позиции по вопросу об отношении к геноциду армян в Османской Турции. После долгого пребывания процесса нормализации армяно-турецких отношений в тупиковом состоянии визит Давутоглу не мог не вызвать интереса.
В ходе состоявшейся месяцем ранее российско-турецкой встречи на высшем уровне (4-е заседание Совета сотрудничества высшего уровня в Санкт-Петербурге) был обсуждён широкий круг внешнеполитических вопросов. Стороны обменялись мнениями и по текущим процессам на Южном Кавказе. Во время работы саммита и после него ощущалось стремление Анкары продемонстрировать свою вовлечённость в дела региона – с расчётом на то, что Россия, как хотели бы думать в Анкаре, с растущим пониманием отнесётся к подобной активности турецких партнёров (1).
Оживление темы нормализации армяно-турецких отношений известными заявлениями Ахмета Давутоглу о якобы ведущейся Турцией подготовке к разблокированию границы с Арменией, встреча президентов Армении и Азербайджана 19 ноября в Вене, состоявшаяся сразу после визита Ильхама Алиева в Турцию, укладываются в русло попыток турецкой дипломатии утвердить свою роль в региональной политике на Кавказе. Вероятно, сказываются здесь и те трудности, которые Анкара стала испытывать в другом регионе – на Ближнем Востоке. В какой-то момент немецкие СМИ высказались по этому поводу очень жёстко, написав, что «турецкий премьер Реджеп Эрдоган добился того, что на Ближнем Востоке не осталось практически ни одного правительства, которое было бы готово с ним разговаривать» (Die Tageszeitung, 04.12.13). Это, безусловно, преувеличение, но не замечать, что политика Анкары на сирийском направлении встречает всё большее сопротивление, нельзя. Это подталкивает Анкару к некоторому перераспределению региональных приоритетов. Одним из регионов, на который Анкара в последнее время явно переключает своё внимание, является Южный Кавказ. Динамика событий здесь к концу года возросла. С одной стороны, Армения быстро приближается к вступлению в Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, с другой стороны, Грузия продолжает делать авансы в сторону евроатлантического центра силы. Такая разнонаправленность внешнеполитических ориентаций двух республик увеличивает возможности Анкары искать и находить свои ниши влияния в регионе, разделённом внутренними границами и внешнеполитическими приоритетами.
Одна из таких возможностей – примерка Турцией роли проводника интересов Евросоюза на Южном Кавказе. В своё время Брюссель, продвигая программу «Восточного партнёрства» на Кавказе, профинансировал обустройство отдельных участков армяно-грузинской границы, модернизацию контрольно-пропускных пунктов между двумя потенциальными, как тогда казалось, кавказскими участниками политической ассоциации с ЕС. Модернизация КПП финансировалась Евросоюзом в рамках программы «Управление интегрированными границами». Ныне, когда обрисовалась перспектива установления на границах Армении нового таможенного режима, эти вложения представляются Брюсселю если и не «деньгами на ветер», то как минимум не оправдавшими себя. В условиях ожидаемого возникновения на Южном Кавказе двух разных режимов управления границами Брюссель и Анкара вполне могут прийти к определённым договорённостям в отношении Армении. Турция связана с ЕС таможенным союзом и имеет тесные торгово-экономические связи с Грузией - единственной южнокавказской республикой, которая парафировала на Вильнюсском саммите «Восточного партнёрства» Соглашение об ассоциации с Евросоюзом. Турция – крупнейший торговый партнёр Грузии, и прочные позиции турецкого капитала здесь могут рассматриваться Брюсселем как стартовая площадка для турецкой экономической экспансии в Армению… Даже в условиях закрытой сухопутной границы турецкий экспорт в Армению выражается достаточно внушительной цифрой в $240 - $250 млн.
Вырисовывается интересная для Турции схема, сулящая ей в перспективе усиление торгово-экономических позиций в регионе. С окончательным приобщением Грузии к зоне свободной торговли с ЕС, которое ожидается к концу 2014 – началу 2015 года, позиции Турции в Грузии окрепнут ещё больше. Проникновение турецких государственных и частных инвестиций в грузинскую экономику усилится. К административному контролю за потоком товаров из Европы в Армению турецкая сторона, так или иначе, будет причастна. Не исключены попытки подключения турецких представителей к растаможиванию импорта и экспорта на армяно-грузинской границе.
Нельзя исключать также попыток Анкары выйти на более высокую ступень диалога с Россией по Южному Кавказу, улучшить отношения с Арменией, перевести их исключительно в торгово-экономическое русло до наступления 100-летней годовщины геноцида армян. От «футбольной дипломатии» предыдущих лет Турция, скорее всего, постарается перейти к розыгрышу на Южном Кавказе сложной шахматной партии.
(1) При этом турецкое руководство сохраняет доверительные отношения с Вашингтоном. Накануне вылета в Ереван Давутоглу имел обстоятельную телефонную беседу с госсекретарём США Джоном Керри. Как передавали турецкие СМИ, основными темами беседы были Кипр, Сирия и ситуация на Кавказе.
Михаил АГАДЖАНЯН, http://www.fondsk.ru