Решение Международного суда (МС) ООН о признании правомерности провозглашения независимости Косова вызвало бурную реакцию в мире. Эксперты предрекают серьезные изменения в сфере международных отношений, снижение значения принципа территориальной целостности и возможный «парад суверенитетов» в связи с наличием целого ряда аналогичных проблем, причем не только на постсоветском пространстве. Это вызвало сильную обеспокоенность в Азербайджане и воодушевление в Армении. Наши политики заговорили о превалировании права на самоопределение над принципом территориальной целостности, о Косовском прецеденте как о появившемся в руках армянской дипломатии «оружии в вопросе международного признания Нагорного Карабаха».
Экс-глава МИД НКР Арман Меликян, к которому мы обратились за комментариями, считает, что об изменении системы международных отношений говорить не приходится. Эта система, по его словам, всегда имела склонность к приоритетам в русле интересов той или иной сверхдержавы или группы государств. И в этом смысле случай с Косово весьма показателен.
Идея независимости Косова зародилась на Западе. Косово за руку привели к статусу независимого государства.
Идея же независимости НКР родилась в сложных условиях, в период развала СССР. Альтернативы не было - прежние решения о воссоединении с Арменией не действовали, создалась предвоенная ситуация. На протяжении четырех лет, начиная с 1988 года, на территории Азербайджана проводились этнические чистки армянского населения, остановить которые международному сообществу даже в голову не пришло. И в этом также причина того, что армянские стороны ведут хронологию с 1988 г., а остальные пытаются взять за точку отсчета 1992 г., когда Азербайджан столкнулся с яростным сопротивлением карабахцев. По положению на июнь 1992 г. Азербайджан оккупировал около 40% НК, но в последующие годы он вынужден был отступить и имел территориальные потери за пределами бывшей НКАО.
Т. е. то, чего мы достигли своими силами, Косову было подарено. После одностороннего объявления независимости в феврале 2008 г. Косово признали около 70 государств. Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии, но международное сообщество в лице Западной Европы, Северной Америки, Японии не делает этого. Более того, американцы считают, что Абхазия и Южная Осетия являются территорией Грузии.
«Следует четко понимать, что признание Косова имело место в очень конкретном контексте политических интересов. То же самое можно сказать и в случае признания Россией независимости Южной Осетии и Абхазии. В этом плане проблема НК разнится с точки зрения геополитических факторов. Слава Богу, нам в свое время удалось выставить НК за рамки противостояния России и Запада в вопросе признания Косова, Южной Осетии, Абхазии и Приднестровья. Но от этого наша задача не становится легче. Хотя решение МС по Косову носит консультативный характер, оно все же дает возможность ввести в обращение новые аргументы, касающиеся прецедентности, и т. д. Но парадокс заключается в том, что Мадридские принципы, сформированная в рамках Минской группы ОБСЕ повестка переговоров, предложения, которые выдвигают на основе этих принципов сопредседатели и принимает Армения, совершенно иначе ставят вопрос НК»,- говорит А. Меликян.
Мадридские принципы, по мнению А. Меликяна, содержат формулировки, указывающие на Армению как на страну-агрессора. Косовский прецедент может оказаться не к месту, ибо здесь речь в большей степени идет о том, что Армения должна выводить свои войска из оккупированных территорий. И Армения на словах с этим согласилась. Правда, против этого работает другой аргумент - население Карабаха путем свободного волеизъявления должно определить будущий статус НК. Но здесь все туманно, в отличие от четкости в вопросе оккупации и вывода армянских войск. «Пока армянские стороны не преодолели это, ссылаться на прецедент Косова нам не придется. Это будет оспариваться, причем обоснованно. Поэтому я всегда говорю о необходимости изменения философии процесса переговоров. У нас есть необходимые аргументы, и мы можем в корне изменить ход процесса, вернув его в реальную конфигурацию, где есть причинно-следственная связь, где есть Азербайджан, который в 1988 г. начал внутреннюю агрессию против азербайджанских армян, а в 1991 г.- военную агрессию против НКР. Другой вопрос, что, судя по всему, наши власти просто связаны определенными обязательствами перед третьими силами, и эти обязательства не позволяют самостоятельно вести свою политическую линию»,- считает экс-министр иностранных дел НКР.
Отсутствие самостоятельности, по словам А. Меликяна, проявилось также в том, что в свое время власти РА отказались от озвучивания проблемы более чем полумиллиона беженцев-армян из Азербайджана, вследствие чего сегодня Армения предстает в качестве страны-оккупанта. Заявления главы миграционной службы Армении Гагика Еганяна и руководителя «Ассамблеи армян Азербайджана» Григория Айвазяна о готовности армянских беженцев вернуться не только в Шаумян, Геташен, Мартакерт, но и в Баку, озвученные на днях на пресс-конференции, А. Меликян расценил как «очередную глупую акцию, от которой даже не пахнет политикой». И на которую, кстати, незамедлительно отреагировал Азербайджан, заявив, что он никогда не выступал против этого, но сначала, мол, надо урегулировать конфликт, вывести армянские войска с оккупированных территорий, вернуть туда азербайджанцев, а потом можно подумать о возвращении беженцев.
«Заявления Еганяна - очередное свидетельство полного отсутствия понимания ситуации, проблематики беженцев, причем со стороны не только одного чиновника, но и государства в целом. Такие действия обычно согласовываются с высшими инстанциями. Если это действительно имело место, то люди просто сидят не на своих местах. Они не понимают, о чем говорят и какими могут быть последствия»,- отметил экс-глава МИД НКР.
Г. Айвазян, который бьет себя в грудь и говорит, что вернется в Баку,- одиночка. А в Сеть гражданского общества «Беженцы и международное право», которая долгие годы занимается разработкой этой проблематики, поступило 35 тысяч обращений беженцев, требующих компенсации со стороны Азербайджана. Среди них немало бакинцев. Но все они в один голос отказываются возвращаться в Баку и в другие города вне территории НКР.
То, что произошло на вышеупомянутой пресс-конференции,- явная дезинформация и лишь попытка дать ответ на заявление «руководителя азербайджанской общины НК» о готовности 70 тысяч азербайджанцев вернуться в Шуши. В ответ Г.Еганян озвучивает цифру в 50 тысяч армян, готовых вернуться в Шаумян. «Шаумяновцы действительно хотят вернуться в свои дома. Но бакинцы в Баку возвращаться не собираются. Поэтому мы рассматриваем вопрос в следующей плоскости: все освобожденные территории должны стать ресурсом компенсации беженцам из Азербайджана - из Баку, Сумгаита, Гандзака, Мингечаура и т. д. Что касается беженцев из Шаумяна, Геташена, Мартуни и Мартакерта, то нужно вести переговоры об их возвращении в места былого проживания», отметил А. Меликян.
«Валить все в одну кучу просто недопустимо. Свалили дело на средней руки чиновника и непонятно кого представляющего человека. И, как всегда, вышел казус, которым не преминул воспользоваться Азербайджан. Поэтому еще раз хочу предупредить всех, кто так или иначе пытается отхватить «свое» от проблематики беженцев: не нужно этого делать, потому что это идет во вред и интересам беженцев, и интересам государства»,- подчеркнул экс-глава МИД НКР.
Гаянэ МОВСЕСЯН, "Собеседник Армении"