Как сообщила пресс-служба президента Армении Сержа Саргсяна, глава государства посетит 5-7 мая с рабочим визитом США, после чего направится в Москву для участия в заседании Совета ЕАЭС и праздновании 70-летия Победы в Великой Отечественной войне. В Соединённых Штатах Саргсян проведет ряд встреч в Сенате, увидится с руководителями армянских организаций и представителями диаспоры, посетит музей Холокоста в Вашингтоне, в библиотеке Конгресса США ознакомится с хранящимися здесь экспонатами армянского происхождения, побывает в редакции газеты Washington Post. Запланировано также его встреча с сопредседателем Минской группы ОБСЕ от США Джеймсом Уорликом.
Отметим общий политический фон визита Саргсяна, поскольку в отличие от прежних времен, он приобретает характеристики нового качественного свойства. На днях Армения отметила печальную дату своей истории — 100 лет со дня Геноцида армян в Османской империи. Президент США Барак Обама в очередной раз, упоминая эту трагедию, не стал использовать «геноцид» в специальном обращении, как считается, из-за опасения потерять Турцию в качестве союзника. В то время как Европарламент большинством голосов принял резолюцию, призывающую Анкару «признать Геноцид армян» и «содействовать таким образом восстановлению мира между двумя народами». А президент России Владимир Путин не только приехал в Ереван, но и в своем выступлении квалифицировал события столетней давности словом «геноцид».
В воздействии на мировое общественное мнение Армения добилась больше исторической, нежели политической победы, поскольку, считает турецкая газета Zaman, перед Ереваном ещё долго будет маячить задача конвертации «успехов» в важное для себя качество. Проблема заключается в том, что с Арменией враждуют одновременно сразу два тюркских государства — Турция и Азербайджан. Для Анкары, по оценке издания, «как государству, ответственному за совершение геноцида, это может вылиться в следующие требования: принесение извинений и признание факта геноцида, выплата компенсаций, возможно, территориальные уступки, хотя границы установлены международным правом и, следовательно, охраняются, так что причин для серьезного беспокойства Турции в данном случае нет». Другое дело, что Анкара пытается «развести» проблему своих отношений с Ереваном на две части. С одной стороны, говоря о Геноциде армян, Турция имеет в виду прежде всего представителей западной армянской диаспоры, которая состоит в основном из потомков беженцев-армян, граждан Османской империи, с другой — «привязывает» дипломатическое решение с Арменией с урегулированием проблемы Карабаха, но по азербайджанскому сценарию. Таким образом, все армяне, как и сама Армения, вынуждены выстраивать позиции не просто по турецкому направлению, а турецко-азербайджанскому. Если в первом случае Ереван по случаю Геноцида армян добился консолидации мирового сообщества, то на втором направлении, азербайджанском, на наш взгляд, возможные перемены могут быть связаны только с изменениями геополитической ситуации на Новом Ближнем Востоке, где, как пишет канадское издание Global Research, «уже идут родовые схватки новых государств, о чём говорит появление новой политической фразеологии, совпавшей по времени с церемонией ввода в действие нефтяного терминала Баку-Тбилиси-Джейхан в Восточном Средиземноморье». Издание констатирует, что концептуализация Нового Ближнего Востока уже давно реализуется на пространстве «от Ливана и Палестины до Сирии, Ирака, Персидского Залива, Ирана, а теперь и Закавказья».
Так мы выходим на второй фоновый сюжет, связанный с визитом Саргсяна в США. 3 мая этого года в Карабахе состоялись парламентские выборы. Если вывести за скобки фактор формирования профессионального парламента в Степанакерте на постоянной основе, внесение некоторых технических новшеств (изменение соотношения мандатов, избранных по пропорциональной и мажоритарной избирательным системам), ничего особенно в этих очередных выборах не произошло, так как всё можно объяснить задачами улучшения и повышения эффективности управления данным государством. Однако накануне этого события на карабахском направлении без особой мотивации стала наблюдаться повышенная дипломатическая активность. Сопредседатели Минской группы ОБСЕ Игорь Попов (России), Уорлик и Пьер Андрие (Франция) по итогам отдельных переговоров в Париже с главами МИД Армении и Азербайджана Эдвардом Налбандяном и Эльмаром Мамедъяровым выступили с заявлением, в котором вновь призвали к «активизации диалога президентов Армении и Азербайджана», продолжили подготовку к следующей встрече на уровне глав государств в конце этого года. Было также сообщено, что речь идёт о «формировании повестки» встреч глав государств. В заявлении МГ ОБСЕ относительно парламентских выборов в Карабахе отмечается: «В контексте всеобъемлющего урегулирования конфликта мы признаем роль народа (! — ред.) Нагорного Карабаха в определении своего будущего. Тем не менее ни одна из трех наших стран, ни любая другая страна не признает Нагорный Карабах в качестве независимого и суверенного государства. Соответственно, мы не принимаем результатов этих „выборов“ в качестве фактора, влияющего на правовой статус Нагорного Карабаха. Они… ни в коей мере не предрешают статус Нагорного Карабаха или исход текущих переговоров, цель которых состоит в достижении прочного и мирного урегулирования конфликта».
В этой формулировке как раз и скрывается главная интрига. Прежде всего, использование термина «народ», а не армяне Карабаха, несет серьезную политическую нагрузку. Термин «народ» очень многозначный. В этнографии под ним подразумевают общность людей, осознающих свою принадлежность к определенной национальности. В то же время российские исследователи Сергей Кара-Мурза и Оксана Куропаткина обращают внимание на то, что какое-либо определение «народа» в юридической терминологии отсутствует, как отсутствует какое-либо общепринятое социологическое или политическое определение. Более того, ООН очень тщательно и преднамеренно избегала попытки дать определение слову даже при всем том, что она дала некоторым из них право на самоопределение. Поэтому смысл термина «народ» уточняется при помощи конкретного контекста. Часто под этим понимается население страны (территории) или вся совокупность тех, кто родился на этой части земли. Применительно к нашему случаю, речь о всех тех, кто родился когда-то в Карабахе, в первую очередь, армян и азербайджанцев. В понятиях политической философии Запада, народом (демосом) становятся лишь те, кто гражданин и совершил революцию. Если оценивать движение армян Карабаха как национально-освободительное, то всё становится загадочным, поскольку вести переговоры по карабахскому урегулированию в любом формате, включая Минскую группу ОБСЕ, без представителей «народа Карабаха» нонсенс, о чем не раз напоминал Уорлик, вводя в общий контекст новую характеристику. Неслучайно МИД Азербайджана официально опротестовал эту часть заявления МГ ОБСЕ по карабахскому урегулирования: «Использование сопредседателями Минской группы и Госдепом США в заявлениях в связи с проведением незаконных „парламентских выборов“ на оккупированных Арменией территориях Азербайджанской республики выражения „народ Нагорного Карабаха“ — неправильно и неприемлемо. В целом нет понятия „народ Нагорного Карабаха“. У Нагорно-Карабахского региона Азербайджанской республики есть свое население, которое состоит из армянской и азербайджанской общин. Данный факт должен быть выражен ясно».
Тем не менее Уорлик после проведения в присутствии личного представителя действующего председателя ОБСЕ Анджея Каспшика переговоров с министром иностранных дел Армении Эдвардом Налбандяном отписал в Twitter, что «в ходе встречи были обсуждены пути урегулирования нагорно-карабахского конфликта», добавив: «Во время встречи с Налбандяном были проведены плодотворные и положительные обсуждения, которые создадут новые возможности по урегулированию нагорно-карабахского конфликта». Какие и когда? Может быть в результате визита Саргсяна и его переговоров в Вашингтоне ситуация в этом отношении прояснится. Пока же Россия устами заместителя министра иностранных дел Григория Карасина заявила, что в рамках деятельности МГ ОБСЕ «накоплен уникальный посреднический опыт» и Москва «с учётом деликатности карабахской темы» не намерена поддерживать «любые попытки видоизменить формат», чтобы не «привести к размыванию переговорного процесса и откату назад в позициях сторон». Но очевидно, что контуры нового проекта начинают приобретать более четкое очертание.
Станислав Тарасов, шеф-редактор Восточной редакции ИА REGNUM