Арест, суд, судья, прокурор, СНБ, прослушка, следственный: сегодня это самые распространённые, часто употребляемые слова в армянском языке.

Формирование новой солидной власти в Армении — единственный способ обрести родину. Но на любительском уровне достичь этого не получится. Донести это до широкой общественности, в том числе до государственной системы, до тех, кто «политикой не занимается», не получится. Да, социология говорит, что этой власти пришел конец, но для того, чтобы это стало реальностью, необходимы серьёзные шаги.

Если рассматривать результаты выборов в Вагаршапате без традиционного армянского траура, проклятий и отчаяния, то сделаем рациональные выводы.

Заявления министра финансов Ваге Ованнисяна, ответственного за государственные финансы Армении, о государственном долге, прозвучавшие в Национальном собрании Республики Армения, по меньшей мере, вводят в заблуждение.

«Многоуважаемый» официально заявил вчера, что отказ от Арцаха (хомута) – это миссия его и его команды. Тем самым он фактически взял на себя ответственность за это «историческое достижение». Тем не менее, члены его команды по инерции продолжают озвучивать старую, устаревшую пластинку о том, что «Арцах сдали Дашнакцутюн, бывшие, русские».

Как развеять пашиняновскую ложь о выборах 2026 года про мир или войну? Есть один путь - сформулировать собственное содержание выборов.

Заявление Алиева о «Гёйче» имеет ещё один важный нюанс. А где именно прозвучала эта мысль? Алиев сделал это заявление на мероприятии, посвящённом 80-летию Национальной академии наук Азербайджана. С одной стороны, это было подчёркивание значения Академии, с другой — постановка перед научным сообществом государственной задачи.

Сложилась очень интересная ситуация: ни один шаг власти не приносит социального позитива. Абсолютно ни один шаг не приводит к позитивным изменениям в результате в общественной атмосфере, а следовательно, не приводит к росту рейтинга или авторитета правительства. Власть это понимает и не находит решений, кроме арестов. С другой стороны, никакие безобразия со стороны власти не приводят к взрыву: сформировался своего рода общественный баланс, временный национальный консенсус «кое кaк выживаём».

Тотальная прослушка, шантаж на этой основе и публикация, как правило, приводят к оскотиниванию и личным трагедиям. Навязываемому оскотиниванию необходимо противостоять, оставаясь человеком и гражданином.

Чем занята власть? Власть прекрасно понимает, что в нынешних условиях у неё нет шансов на воспроизводство, и идёт по пути создания «иных условий». И все шаги, которые власть предпринимает и предпримет, возможные и маловероятные продолжения – аресты, репрессии, социальные подкупы, ложные обещания, внешнеполитические авантюры, безграничный популизм и т. д. – укладываются в эту логику.

На фоне текущих безобразий формируется новое армянское общество, которое наконец-то начинает осознавать, что с ним происходит. На пороге выборов из этого общества должны сформироваться мотивированные избиратели, осознающие свою роль на пути к переменам. Это и есть способ победить.

Очевидно, что Никол будет до конца настаивать на дебатах между собой и бывшими президентами, будучи уверенным, что они не состоятся. И чем ближе к выборам, тем всё громче и интенсивнее он будет настаивать.

Предстоящие парламентские выборы определят не только ближайшие пять лет, но и, как минимум, жизнь нескольких последующих поколений. В этом смысле они имеют поистине историческое значение.

Мы упорно игнорируем самый главный вопрос: а кто будет голосовать, какое общество пойдет на выборы? А ведь именно от этого зависит итог этих самых выборов.

Есть ли жизнь после 2026 года? Конечно, есть. Проблема лишь в выборе образа жизни и сценариев.