Завтра в Ереване ожидают министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова. О его визите в Армению ранее сообщила официальный представитель МИДа Мария Захарова. Главная тема, которую министр будет обсуждать с армянским руководством, – конечно, карабахский конфликт, притом что перемирие нарушается постоянно. Во вторник Ереван сообщил о гибели армянского военнослужащего на линии соприкосновения в результате «хаотичной стрельбы азербайджанской стороны»,пишет Независимая газета.
Отношения России и Армении с разморозкой карабахского конфликта оказались в непростой фазе. Военные действия были прекращены во многом благодаря Москве, но при этом выяснилось, что она не обладает таким влиянием на Баку, чтобы рассчитывать на прочный мир. В связи с этим актуализировался «зажеванный» было властями Армении острый вопрос общественности о российских оружейных поставках Азербайджану, о смысле союзных отношений Еревана и Москвы. Испытав чувствительный удар на линии соприкосновения в непризнанной Нагорно-Карабахской республике (НКР), армянская сторона заговорила о насущной необходимости модернизировать свои вооружения. Естественно, с помощью России – стратегического партнера и союзника по ОДКБ.
Ереван разочарован реакцией Москвы как на саму лав«четырехдневную войну», так и на сопутствующие события, полагая, что она, согласно союзническому долгу, могла быть куда более проармянской. Во-первых, особую озабоченность вызвали заявления некоторых российских высокопоставленных лиц о том, что поставки оружия в Азербайджан будут продолжаться. Во-вторых, не меньшим разочарованием стал перенос саммита ЕАЭС из Еревана в Москву в угоду Казахстану, занимающему проазербайджанскую позицию и бойкотировавшему это мероприятие в столице Армении.
Армянская сторона объявила было об ответном бойкоте саммита, но впоследствии воздержалась от этого шага. Надо полагать, не без подачи Москвы, озадаченной расползанием по швам только что созданного ЕАЭС. Но Россию, конечно, вряд ли должна удовлетворить только покладистость партнера. Ее, претендующую на полное восстановление геополитического влияния в регионе, не может не волновать всплеск антироссийских выступлений в союзной стране. Как отметил видный армянский историк Айк Демоян, «русофобских настроений в республике нет, но рост недовольства российской политикой налицо».
Следствием этого стали три акции протеста, прошедшие у посольства РФ в Ереване в последние несколько дней: две из них были посвящены упомянутому оружейному сотрудничеству России и Азербайджана, а третья – судебному приговору Левону Айрапетяну – бизнесмену и меценату, не жалеющему средств для НКР, осужденному в Москве на четыре года за мошенничество. Попутно в Национальном собрании (парламенте) одна из оппозиционных партий настояла на рассмотрении инициативы о денонсации договора о членстве Армении в ЕАЭС. Очевидно, Сергею Лаврову полезно будет узнать о причинах возникновения подобного тренда непосредственно от руководства республики.
Но главное все-таки в программе визита российского министра – проблема Нагорного Карабаха. Накануне пресс-секретарь президента Армении Владимир Акопян, отвечая на соответствующий вопрос журналистов, заявил, что Ереван не обсуждал с сопредседателями Минской группы (МГ) ОБСЕ, курирующей мирное урегулирование конфликта, возможность и сроки встречи на высшем уровне. Сопредседатели МГ ОБСЕ, побывав в регионе после «четырехдневной войны», не предложили сторонам ничего нового, кроме как продолжить обсуждение Мадридских принципов, предполагающих возвращение беженцев, возврат азербайджанских районов, составляющих «пояс безопасности», установление промежуточного статуса НКР и рассмотрение вопросов, связанных с референдумом по статусу в будущем. Отсутствие конкретики, однако, уже не устраивает участников конфликта. И азербайджанская, и армянская стороны настаивают на скорейшем и окончательном урегулировании ситуации. Естественно, каждая в своих интересах. Для Азербайджана это восстановление юрисдикции в НКР, для Армении – суверенитет НКР.
«Четырехдневная война», новые жертвы радикализовали стороны, довели взаимную ненависть народов до запредельного уровня. С армянской стороны слышны сетования на то, что под давлением России, как в 1990-х годах, опять пришлось остановить успешное контрнаступление. А в азербайджанской среде звучат вопросы о том, для чего властям понадобились жертвы, если в карабахском направлении ничего не изменилось. Население и Азербайджана – с одной стороны, и Армении и НКР – с другой, в карабахском вопросе консолидировано и готово поддерживать свои власти. На таком фоне предложения МГ ОБСЕ восстановить доверие народов представляются в лучшем случае наивными. Или циничными, если посмотреть под другим углом. Или же свидетельствуют о беспомощности и признании в этом.
Позиция России, как известно представленной в группе сопредседателей МГ ОБСЕ, без привязки к этому институту выглядит более активной. Хотя бы на декларативном уровне. Москва объявила о желании или даже готовности сдвинуть с места зашедший в тупик переговорный процесс. Что компромиссного может предложить Москва конфликтующим сторонам? В околопереговорных кругах с разной степенью активности обсуждается «модернизированный» вариант Мадридских принципов: возвращение Азербайджану пяти районов из буферной зоны, возвращение туда беженцев, заключение мирного договора, введение миротворческого воинского контингента. Вероятно, российского. О статусе НКР, очевидно, речь на данном этапе идти не может, так как любое конкретное решение в пользу одной из сторон немедленно отвернет от России другого участника конфликта. А это никак не в ее интересах.