Обострение украинского конфликта вновь продемонстрировало готовность элит ряда постсоветских стран к использованию ограниченного военного конфликта как средства для решения тех или иных внутри- и внешнеполитических задач. Ранее аналогичная тенденция была очевидна и в действиях руководства Азербайджана в ходе апрельского обострения в зоне карабахского конфликта. При этом необходимо отметить, что задача внутренней консолидации собственной власти занимает в действиях верхов отмеченных стран не менее, а возможно, и более приоритетное место, чем достижение определенных внешнеполитических дивидендов.
КОСВЕННО НА ЭТО УКАЗЫВАЕТ ВРЕМЯ РАЗВЯЗЫВАНИЯ ВОЕННЫХ КОНФЛИКТОВ. В обоих случаях - в ходе апрельского конфликта и нынешнего обострения на Украине - возобновление боевых действий происходило на фоне кризисных процессов в социально-экономической сфере, ставящих под угрозу стабильность правящих режимов. Так, в случае с Украиной наряду со стремлением не допустить неблагоприятного для Киева развития процессов вокруг урегулирования конфликта и достижения внешними игроками договоренностей без учета мнения украинской стороны в действиях Киева, скорее всего, ключевую роль играли и внутренние приоритеты.
Возобновление боевых действий произошло на фоне расширяющегося социально-политического кризиса на Украине. Данная ситуация стала непосредственным результатом неолиберального экономического курса, особенно интенсивно реализуемого после смены власти в стране в 2014 году. Важным фактором в этом плане является расширяющееся сотрудничество Киева с МВФ и ЕС, предоставляющих кредиты и финансирование в обмен на проведение целого комплекса антисоциальных реформ, на проведение которых в свое время не решался режим Януковича.
В результате в стране наблюдается резкий рост цен на ряд социально значимых товаров, параллельно правительство проводит политику резкого повышения тарифов на электроэнергию, воду, газ, отопление, а осенью прошлого года было отменено госрегулирование цен на продукты питания. Планируется отказ от выплат стипендий студентам, а в рамках требования МВФ власти страны готовятся к повышению пенсионного возраста.
В СОЧЕТАНИИ ВСЕ ЭТИ ФАКТОРЫ ВЕДУТ К РОСТУ НЕДОВОЛЬСТВА И ПРОТЕСТНЫХ НАСТРОЕНИЙ, проявлению которых все меньше мешает жесткий режим подавления инакомыслия, введенный в стране в 2014 году на волне военной истерии. Практически все соцопросы фиксируют в последние месяцы крайне низкий рейтинг действующих властей страны при одновременном росте в обществе недовольства и пессимизма. В сочетании с действиями внутренних конкурентов все это создает кризисную ситуацию для правящего украинского режима, делая реальной возможность смены власти в стране, в особенности в случае достижения западными кураторами Украины соответствующих договоренностей с российской стороной.
В результате украинские верхи прибегают к единственному оставшемуся средству сохранения своей власти – к эскалации военного конфликта. Последнее, видимо, рассматривается и как средство срыва возможных договоренностей между Западом и РФ, а также как инструмент для консолидации населения против внешнего врага и отвлечения народа от ухудшающегося социально-экономического положения в стране. Между тем схожие соображения, скорее всего, руководили и азербайджанской элитой в ходе апрельского конфликта.
В данном случае речь также шла о достижении определенных внешнеполитических задач. Правда, Баку наверняка стремился обеспечить не срыв возможного урегулирования конфликта, а импульс переговорному процессу для его дальнейшего развития в интересах Азербайджана. Однако при возобновлении боевых действий в зоне карабахского конфликта правящие круги Азербайджана, как и их украинские коллеги, конечно же, преследовали и внутренние цели, имеющие не менее решающее значение.
Эскалация конфликта последовала за экономическим кризисом в Азербайджане, вызванным резким падением цен на нефть, ударившим по сырьевой экономике страны. Кризисные процессы в экономике в свою очередь вызвали падение уровня жизни населения страны, которое продолжается и в настоящее время. Непосредственно апрельской войне предшествовали крупнейшие за последние годы массовые акции протеста азербайджанцев, недовольных падением уровня жизни и последствиями экономического кризиса. В результате резкий рост социального напряжения неизбежно подтолкнул Баку к локальному возобновлению боевых действий как средству компенсации внутренней напряженности.
ВСЕ ОТМЕЧЕННЫЕ СХОДСТВА МЕЖДУ ДЕЙСТВИЯМИ УКРАИНСКОЙ И АЗЕРБАЙДЖАНСКОЙ ЭЛИТ на практике отражают их общую природу и особенности генезиса большинства постсоветских режимов. Придя к власти на волне националистической истерии и в условиях военного конфликта, режимы Киева и Баку реализовывали курс на максимальную интеграцию своих стран в мировую экономику в качестве зависимой периферии. Оборотной стороной этого курса стал резкий рост социального расслоения, деиндустриализация и падение уровня жизни большинства населения бывших советских республик.
И на Украине, и в Азербайджане, да и в ряде других республик бывшего СССР, единственным средством ослабления социального напряжения, порожденного в результате экономической политики властей, стал поиск внешнего врага и разжигание националистических настроений для консолидации власти в руках новой элиты. В настоящее время указанные социальные проблемы еще более обостряются с учетом продолжающегося экономического кризиса и курса властей, стремящихся переложить пагубные последствия кризиса на плечи населения. А это означает, что разжигание военных конфликтов и использование образа внешнего врага будут по-прежнему оставаться в арсенале элит этих государств.
Давид Арутюнов, "Голос Армении"