Пресс-секретарь аппарата президента Турции Ибрагим Калын выступил со странным заявлением относительно присутствия военных Ирана на территории Сирии. По его словам, «аргументы о том, что они находятся в Сирии по приглашению властей, для нас не представляют какой-либо ценности». Калын подчеркнул, что «Иран является важным соседом Турции, но Анкара не намерена игнорировать его стремление укрепить свой авторитет в регионе». Помимо того, он коснулся и турецко-американских отношений, объективно интегрируя их в контекст отношений с Ираном, напоминая, что администрация президента США Барака Обамы «оставила нерешенными два вопроса, касающиеся курдской организации PYD и возглавляемой Феттулахом Гюленом (FETÖ), которые Турция считает террористическими». Пресс-секретарь заявил, что Анкара готовит встречу президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана с президентом США Дональдом Трампом, которая должна пройти в мае в рамках саммита НАТО.
Странным заявление Калына выглядит потому, что Турция состоит вместе с Ираном и Россией в альянсе на сирийском направлении, принимала участие вместе с ними в работе двух форумов в Астане, не говоря уже о том, что вместе с Москвой внесла заметный вклад в декларированном прекращении боевых столкновений в Сирии. Однако, выступая уже на конференции по безопасности в Мюнхене министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу высказал подозрение, что «Иран имеет намерение создать два шиитских государства — одно в Сирии, другое в Ираке», что, по его словам, «создает угрозу безопасности и стабильности в регионе». На эти слова соответственно отреагировал Тегеран. В МИД Ирана был вызван посол Турции Реза Хакан Текин, где ему выразили протест. Ранее официальный представитель иранского МИД Бахрам Гасеми заявил, что «Иран весьма терпеливо относится к поступкам и заявлениям турецких политиков, так как учитывает сложную обстановку внутри страны… Турция сейчас находится в хаотической ситуации и из-за политических ошибок не может избавиться от водоворота, и для того, чтобы отвести взор от своей беспомощности, обращается к подобным заявлениям».
В этой связи некоторые эксперты заявляют, что «не стоит придавать особое значение вспыхнувшей политической перепалке между Анкарой и Тегераном, которая скоро завершится». Однако мы попытаемся воссоздать более объемную панораму формирующейся ситуации, чтобы выйти на какие-либо выводы. В глаза бросается следующее. Предыдущий выпад Турции в сторону Ирана был в декабре прошлого года, а политическая атака Анкары против Тегерана возобновилась почти сразу после антииранских заявлений президента Трампа. На днях председатель Комитета начальников штабов вооруженных сил США генерал Джозеф Данфорд, выступая в Институте Брукингса, заявил, что «Иран в первую очередь является распространителем пагубного влияния по всему региону, в Сирии, в Ливане, а также в Ираке и других странах региона». Ранее вице-президент США Майкл Пенс и премьер-министр Турции Бинали Йылдырым рассмотрели в ходе встречи на полях Мюнхенской конференции по безопасности возможные пути ускорения темпов противодействия террористической группировке ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Как сообщали информационные агентства, «собеседники согласились, что США и Турция не позволят Ирану подрывать стабильность в регионе». Говоря иначе, Вашингтон стал постепенно разворачивать Анкару в сторону противостояния Тегерану.
Одновременно заметно активизировалась на иранском направлении и Саудовская Аравия. В интервью германскому изданию Sueddeutsche Zeitung, министр иностранных дел Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр, комментируя ситуацию в Сирии, подчеркнул, что «президент Башар Асад должен уйти в начале переходного процесса, тогда как российская точка зрения такова, что он должен уйти в конце процесса, в том случае, если он не будет избран или не будет баллотироваться». Далее. «Позиция США состоит в том, чтобы разрушить террористическую группировку «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), — говорит Адель аль-Джубейр. — Военные США разрабатывают для президента планы, как достичь этой цели. Королевство и другие государства Персидского залива заявили о своей готовности участвовать на стороне США с подразделениями специального назначения. Мы проведем переговоры с США, чтобы посмотреть, каков план и что необходимо для его реализации. Основополагающая идея состоит в том, чтобы освободить территории от ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), но одновременно и гарантировать, что они не попадут в руки «Хезболлы», Ирана или режима». Что касается отдельно Ирана, то, по мнению аль-Джубейра, «Тегеран подогревает конфессионализм в регионе». В то же время Турция, подметило ливанское издание Middle East panorama, раньше дистанцировалась от американо-израильского альянса, но сейчас стала с ним сближаться. То есть она сначала, по мнению издания, «выступала в роли спонсора терроризма, потом объявила о борьбе с ним, а теперь вернулась к желанию свергнуть Асада».
Напомним, что с января текущего года переговоры в Астане при всей своей сложности воспринимались как часть совместной стратегии России, Турции и Ирана в Сирии, с помощью которой связывались надежды положить конец гражданской войне в Сирии. Теперь, как заявил глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу, «основной площадкой для поиска политического решения сирийского конфликта, местом и передачи власти являются именно женевские переговоры под эгидой ООН». Как говорится, это уже другая песня и вряд ли при обозначенных «новых» подходах со стороны в первую очередь Анкары и потом уже Тегерана следует ожидать прорывов в ту или в иную сторону, хотя в Астане вроде было достигнуто соглашение по поводу формирования «Высшего комитета по переговорам», в котором кроме оппозиции будут участвовать уже Москва и Каир. И в то же время советник президента Турции Ильнур Чевик заявляет, что «Турция не собирается идти на конфронтацию и силой отстранять Асада» и «Турция, Россия и Иран проводят переговоры в Астане». Как все это понимать?
Тем временем президент Курдской автономии в Ираке автономии Масуд Барзани заявляет, что «рано или поздно проведет референдум о независимости», намекая, что пойдет на такой шаг в случае укрепления влияния Ирана в Багдаде. Складывается действительно парадоксальная ситуация. Турция опасается появления курдской автономии в Сирии, но может поддержать независимость Иракского Курдистана. В этой связи турецкая влиятельная газета Milliyet предупреждает, что «кризис вступил в стадию обсуждения вариантов сирийского урегулирования, и все конфликтующие и участвующие в Сирии стороны ищут новые решения». Тегеран опасается альянса между Вашингтоном и Москвой, Анкара — альянса между Москвой и Тегераном, вступая в политическую перепалку с последним. Но и альянс Москва—Анкара тоже выглядит не совсем устойчивым, так как Турция склонна к «возрождению» своих отношений с США и ждет появления их ближневосточных планов, заявляет о «начале арабско-турецкого проекта, направленного на то, чтобы блокировать Иран». Одним словом, Ближний Восток находится в зоне политической, а главное — геополитической неопределенности. На подлете буревестник, признак грядущей бури.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM