Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган на церемонии памяти 79-й годовщины кончины основателя Турецкой Республики Мустафы Кемаля Ататюрка выступил с сенсационным заявлением. «Турция не смогла защитить свои границы в начале национально-освободительной борьбы, — говорил Эрдоган. — Основной причиной угроз, формирующихся на южных границах Турции, является отход от целей освободительной борьбы. Если бы этого не было, то Турция сегодня находилась бы на совершенно ином уровне. Силы, заставившие Турцию отойти от границ времен освободительной борьбы, сегодня пытаются заставить Анкару вернуться к условиям Севрского договора». И добавил, что, «учитывая ситуацию в Сирии и Ираке, считаю, что Турция не вправе игнорировать угрозы, исходящие от регионов, на которые она претендовала в период национально-освободительной борьбы».
Отметим, что Эрдоган часто возвращается к этим страницам национальной истории. Осенью 2016 года он уже выступал с призывом пересмотреть Лозаннский договор 1923 года, оформивший распад Османской империи, когда Турция утратила контроль над провинциями, некогда входящими в состав Османской империи, среди которых Аравия, Египет, Судан, Триполитания, Трансиордания, Палестина, Ливан, Сирия, острова в Эгейском море и Месопотамия. Однако тогда это заявление многими политическими силами в стране, особенно оппозиционными, трактовалось как «стремление Эрдогана выставить себя в роли лидера, вновь вступившего на путь национально-освободительной войны, с целью сплотить вокруг себя нацию». При этом часть экспертов усматривала в этом стремление Эрдогана «выправить границы нынешней Турции при формировании нового правопорядка на Ближнем Востоке по ходу «арабской весны». А что сейчас имел в виду турецкий президент и почему он вновь заговорил о Севрском договоре с упоминанием «сил, пытающихся вернуть Анкару к условиям этого договора»?
Напомним, что 10 августа 1920 года во французском городе Севр странами Антанты был подписан мирный договор с правительством Османской империи, который официально оформлял раздел ее владений в Европе и на Ближнем Востоке. Он предусматривал создание в регионе Курдского государства, а также — по результатам арбитражного решения президента США Вудро Вильсона от 20 ноября 1920 года — Большой Армении. Вильсон внес на рассмотрение союзников предложение, согласно которому к Армении переходили две трети вилайетов Ван и Битлис, почти весь вилайет Эрзрум, значительная часть вилайета Трапезунд, включая порт. В результате территория «вильсоновской» Армении могла бы составлять около 150 тысяч кв. км и получала выход к Черному морю. А в отношении независимого Курдистана предполагалось, что его границы определят совместно Англия, Франция и Турция. Однако Севрский договор так и не был ратифицирован.
Поэтому когда Эрбиль заявил о намерении провести 25 сентября 2017 года референдум о независимости, стало складываться ощущение того, что на Ближнем Востоке всплывает «тень Севра» и заново сдаются геополитические карты. Ясно, что без определенной поддержки извне глава Курдской автономии в Ираке Масуд Барзани вряд ли решился бы на такую геополитическую операцию, понимая, что натолкнется на сопротивление Багдада и вызовет острую реакцию со стороны других региональных держав, особенно Турции и Ирана. Именно усилиями этих стран курдский проект в Ираке был блокирован, что должно было вызвать ощущение победной эйфории в Турции. Однако этого не происходит. Эрбиль сохранил статус автономии. И хотя он серьезно испортил отношения с Анкарой, Турция лишилась возможности разыгрывать дальше в своих интересах курдскую партию в Ираке.
Сейчас эпицентр переместился в Сирию, где курды, которых активно поддерживают США, выступают за предоставление им статуса автономии. В случае реализации этой идеи, как утверждает Al Jazeera, на Ближнем Востоке появится вторая курдская автономия, а со временем Турция вынуждена будет пойти на преобразование из унитарного государства в федерацию. После чего курды могут взять курс на независимость. Вот почему Анкару серьезно насторожило заявление министра иностранных дел Сирии Валида Муаллема о том, что «Дамаск готов обсуждать идею предоставления курдам больше власти после окончания борьбы против ИГИЛ» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) при «сохранении государственного суверенитета Сирии».
Конечно, в формирующейся ныне реальности сложно предугадать дальнейшее развитие событий в Сирии, Ираке, да и в Турции. Не случайно сейчас вновь вспоминают о новой карте Ближнего Востока, опубликованной еще в 2013 году в газете The New York Times американским ученым Института мира США Робином Райтом. Он считает, что результатом продолжающейся в регионе «арабской весны» должно стать появление 14 государств из существующих пяти по числу реально существующих «мощных национализмов», охваченных «водоворотом гражданской войны». Помимо того, как считает Райт, «межконфессиональное противостояние ведет к расколу между суннитами и шиитами в таких масштабах, которых современный Ближний Восток еще не видел».
Но пока бесспорно следующее. Ближневосточный регион, связанный с искусственной и не совпадающей с ареалами этнического расселения границ, пришел в движение, остановить которое уже вряд ли кому-то удастся. Перемены в регионе напрямую касаются государств Закавказья, в первую очередь Азербайджана и Армении. Если рухнут основы Лозаннского Договора 1923 года, развалятся и Московской и Карский договоры 1920-х годов, создавшие границы между Турцией и закавказскими государствами. И тогда вспомнят о Севрском договоре 1920 года, под которым, кстати, нет подписи России. Если сейчас юго-восток Турции перейдет под контроль курдов, под сомнение могут быть поставлена обусловленная Московским договором передача туркам Карса, Ардагана, Артвина и Сурмалинского уезда, а Нахичевани на правах протектората — Азербайджанской ССР (ныне Азербайджан).
Теоретически могут быть обозначены следующие геополитические контуры: Республика Арцах (Нагорный Карабах), Восточно-Армянская Республика — союзники России, Западно-Армянская Республика — под западным протекторатом. Но, повторяем, все это будет напрямую связано с процессами геополитической трансформации на Большом Ближнем Востоке. Москва должна быть готова к предполагаемому ходу событий не только в военно-политическом отношении. Наконец, нельзя исключать того, что Запад выступит с предложением подписать — при определенных обстоятельствах — новое соглашение типа Сайкса — Пико 1916 года о разделе сфер влияния на Ближнем Востоке. Наступает момент принятия самых серьезных исторических решений. Президент Эрдоган 13 ноября по приглашению президента России Владимира Путина прибудет в Сочи. Так что все непросто.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM