Несмотря на заявления об отказе от российского кредита на ремонт Мецаморской АЭС и самостоятельном финансировании работ, официальные российские власти, насколько мне известно, так и не получили уведомления о данном решении, а переговоры о возможном кредитовании Москвой продолжения восстановительных работ все ещё на повестке. Такое мнение в беседе с Tert.am высказал директор геополитического центра «Россия Кавказ» Николай Банин.
«Разумеется, риторика, перерастающая местами в тезис об исключительно самостоятельном финансировании проекта способна существенно их затруднить. В этом свете подобные заявления полагаю несколько несвоевременными. Получается, что с одной стороны власти говорят о том, что будут финансировать работы сами, а с другой, одновременно продолжают рассматривать возможность нового кредитования на те же цели. Во-вторых, разумеется, невозможно говорить о том, что работы выполняются исключительно на бюджетные деньги, если в рамках межправсоглашения 2015 года уже была израсходована большая часть средств», — отметил он.
Говоря о политических подтекстах происходящего, он отметил, что думается, что это не в чистом виде политический вопрос.
«Скорее, станция в данной ситуации стала попросту жертвой глобального политического процесса и развязанной властями кампании «охоты на ведьм» в экономике страны. Ведь именно многочисленные реорганизации энергетического ведомства, уголовные дела в отношении отдельных функционеров, ответственных за реализацию проекта, вот что сыграло значительную роль в том, что полный объём выделенных в его рамках средств так и не был израсходован», — пояснил Н. Банин.
По его словам, речь идет о сочетании причин чисто бюрократических и общеполитических.
«В этом году сложилась ситуация, когда для продолжения безопасной работы объекта необходимо было проведение работ, которые в силу упомянутых причин осуществить так и не успели. При этом договориться с Москвой о новом соглашении, как говорится «с наскока» также не удалось. В этих условиях получилось, что либо Ереван выделяет средства, либо штатное функционирование станции будет нарушено», — отметил он, добавив, что в его понимании, выделение бюджетных средств в таком контексте — мера безальтернативная.
«И её никак не стоит презентовать как некую победу», — отметил Н. Банин. Он отметил что, в целом, на этом направлении есть действительно тревожные моменты, которые не могут не беспокоить Москву.
«Так, закрытие станции было прописано ещё в рамочном соглашении о всеобъемлющем партнёрстве Армения — ЕС. Данный тезис также получал отражение в ряде программных документов. Например, на закрытии станции, якобы по экологическим причинам, настаивал ряд американских специалистов. При этом USAID готовил «план развития энергетической отрасли Армении с наименьшими затратами 2020-2036″. Многие положения этого плана, насколько я могу судить, уже начинают реализовываться, как говорится, в практической плоскости. Разве это не может вызывать опасения? Хочется сказать, что у Мецаморской станции есть колоссальный потенциал, а её безопасность многократно подтверждалась экспертами МАГАТЭ. После продления срока её эксплуатации до 2026 года, что возможно благодаря проделанной на сегодняшний день совместной работе, мы можем говорить о том, что Россия и Армения подошли к той черте, когда мы можем вместе шагнуть и за этот временной горизонт», — сказал руководитель геополитического центра.
Он отметил, что по заключениям экспертов, как армянских, так и российских, станция может эксплуатироваться и в 2030-х.
«Но договариваться о продлении её эксплуатации за пределами 2026 стоит уже сегодня, если не вчера. Даже с чисто экономической точки зрения речь идёт о том, что станции по большому счету нет альтернатив», — сказал он.
Разумеется, по его словам, постоянно муссируется тема строительства силами западных специалистов нового энергетического объекта.
«Но тут хочется сказать следующее: во-первых, зачем рушить те российско-армянские наработки и плоды совместных трудов, которые строились десятилетиями, тем более если со всех точек зрения эти труды попросту выгодны армянским потребителям; во-вторых, задумывается ли кто-то, во сколько обойдётся Новый объект? По самым скромным оценкам, в зависимости от конфигурации реакторов, это может быть от 6 до 9 миллиардов долларов. Какая это будет нагрузка на бюджет и на налогоплательщиков? Есть и другие причины. Баку, в частности, спит и видит, когда станция закроется. Эти чаяния разделяет и Анкара. Поэтому, для сохранения статуса атомной державы, а также поддержания энергетической безопасности, которая в данном случае обеспечивает республике геостратегическую стабильность, Еревану следует воздержаться от перехода к популистской риторике и отбросить шелуху бюрократических препон. Старым властям республики делать это как-то удавалось», — подытожил он.
tert.am
