От Турции до Саудовской Аравии и от Азербайджана до Казахстана страны действуют одинаково. Они диверсифицируют свою внешнюю политику, которую в данном случае можно назвать многовекторной. Объяснения этой тенденции различны, но в основном зависят от международных событий.
Думаю, одной из причин может быть то, что США больше не считаются единственной глобальной и наиболее ответственной державой, поскольку с начала 2000-х годов они проводят неэффективную политику в Ираке, Ливии и Сирии, что плохо сказывается на репутации этой страны на Востоке и за его пределами.
КОНЕЦ АМЕРИКАНСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ГЕГЕМОНИИ СВЯЗАН с подъемом других держав, в первую очередь Китая, России и Индии, которые все чаще становятся альтернативными центрами геополитического влияния. На мой взгляд, баланс сил в Евразии выгоден и коллективному Западу. В такой ситуации, условно говоря, «малые и средние» страны имеют возможность проводить относительно независимый внешний курс с целью диверсификации своей политики, партнеров и союзников.
По сути, многовекторная внешняя политика заключается в том, чтобы избежать геополитической зависимости от одной великой державы, чтобы иметь возможность маневрировать между несколькими серьезными игроками в свою пользу. Это требует дипломатических навыков, а также экономического и политического веса.
Давайте рассмотрим вопрос на примере Объединенных Арабских Эмиратов, которые не полностью отказались от США, будучи зависимыми от них в вопросах безопасности на протяжении десятилетий. В каких-то сферах Абу-Даби опирается на Пекин, в каких-то отдает предпочтение Вашингтону, но в то же время выстраивает более тесные экономические отношения с Москвой.
В последние годы такую политику проводит и Саудовская Аравия, добиваясь более тесных экономических и даже военных связей с Китаем, восстановления отношений с Ираном, но в то же время пытается подписать соглашение о безопасности с США в обмен на нормализацию отношений с Израилем.
Эр-Рияд не отказывается от своих традиционно близких отношений с Вашингтоном или не меняет США на Россию или Китай. Вместо этого Королевство Саудовская Аравия, безопасность которого по-прежнему во многом гарантируется Вашингтоном, предпочитает многовекторную политику, и пока это помогает стране повысить свой авторитет и значение на Ближнем Востоке.
Диверсификация внешней политики характерна не только для тех стран, которые традиционно опираются на США. В Центральной Азии Казахстан маневрирует между Россией и Китаем уже более 30 лет. В этом случае США играют положительную роль дополнительного балансирующего игрока, и это выгодно Астане. Она пытается избежать чрезмерной зависимости от России и пользуется тем, что Москва сейчас занята на Украине.
ОДНАКО НЕ ТОЛЬКО КРУПНЫЕ И БОГАТЫЕ РЕСУРСАМИ страны Ближнего Востока и Центральной Азии проводят многовекторную политику. Многие небольшие государства также присоединились к этой игре, что видно на примере Азербайджана и Грузии.
Нефть и газ делают Азербайджан важной страной, и он использует это в своих интересах в отношениях с Россией, Ираном, Турцией и Западом. В последнее время Баку расширяет связи с Китаем, подал заявку на вступление в БРИКС, улучшил свой статус в Шанхайской организации сотрудничества. Он хочет смотреть и в сторону Запада, и в сторону Востока, сохраняя при этом теплые отношения с Россией и нормальные отношения с Ираном.
Другой пример – Грузия. Традиционно ее считали прозападной и антироссийской страной. Но сегодня Тбилиси также проводит многовекторную политику, расширяя связи с Китаем и Турцией, одновременно пытаясь регулировать отношения с Россией. По тому же пути идет Турция, а также Узбекистан, несмотря на свою зависимость от России.
Многовекторная внешняя политика предполагает деловые и прагматичные отношения с различными субъектами, а это именно то, чего сегодня хотят страны Центральной Азии, Южного Кавказа и Ближнего Востока.
Маневрирование между Китаем и США или США и Россией гораздо опаснее, чем маневрирование между несколькими государствами, когда ни одна из ведущих держав не имеет достаточного веса и влияния для достижения своих основных дипломатических целей. Как показала новейшая история Ближнего Востока, когда страна пытается установить гегемонию над всем регионом, она очень часто принимает неверные внешнеполитические решения и сталкивается с сопротивлением со стороны региональных стран.
Конечно, разнообразие акторов не гарантирует полного успеха региональной стабилизации и может породить новое соперничество, усугубляя существующие конфликты. Но современная многовекторность и многополярность дают больше преимуществ и выгод. Растущее влияние Китая, России и Индии, наряду с рычагами влияния Запада, может привести к возникновению нового, более стабильного баланса сил в регионе.
ДО 2018 ГОДА АРМЕНИЯ ПРОВОДИЛА МНОГОВЕКТОРНУЮ и сбалансированную с точки зрения своих интересов внешнюю политику. Одной из основных причин прихода Никола к власти было искажение этой политики и превращение Армении в пострадавшее и несостоявшееся государство.
Никол мог бы продолжить эффективную внешнюю политику Сержа Саргсяна, и у Армении не было бы тех растущих угроз и вызовов, с которыми мы все сталкиваемся сегодня. Сейчас еще есть возможность воспользоваться ситуацией в мире и реализовать многовекторную внешнюю политику на ближайшие годы, основанную исключительно на прагматических интересах и государственных приоритетах.
Но правительство Никола не может этого сделать по понятным объективным причинам. Следовательно, Армении необходимо добиться смены власти, вернуться к внешней политике Сержа Саргсяна и установить стабильный, достойный мир. Таким образом, можно будет обеспечить безопасную перспективу развития государства.
Артак ЗАКАРЯН, член Исполнительного органа РПА
Aysor.am