Премьер Армении Никол Пашинян на днях заявил, что Армению могут не принять в Европейский союз даже при достижении необходимых стандартов во всех сферах.
"Мы понимаем, что даже после этого мы можем не стать членом ЕС, но наша главная задача – соответствовать стандартам ЕС, потому что когда мы достигнем этого, примут нас – хорошо, не примут – у нас будет свой результат", - заявил Никол Пашинян.
Эти слова представляют собой прямое признание: Армению в ЕС не ждут. Пашинян фактически констатировал то, что для нас давным-давно очевидно – даже при полном выполнении всех формальных критериев и «домашних заданий» Брюсселя, двери ЕС для Армении, скорее всего, так и останутся закрытыми.
Опыт соседей подтверждает это: Молдова и Грузия на протяжении многих лет демонстрируют верность европейскому курсу, однако перспективы их членства остаются туманными. Турция, будучи кандидатом с конца прошлого века, превратилась в яркий пример страны, которая бесконечно приближается к стандартам ЕС, но так и не становится его частью.
На этом фоне возникает закономерный вопрос: зачем же правительство Армении в апреле 2024 года приняло закон «О начале процесса вступления в ЕС»? Ведь документ формально закрепил стратегический курс на евроинтеграцию, хотя сам премьер сегодня открыто признаёт, что членство в ЕС со всей очевидностью недостижимо. Парадокс: страна движется по пути, у которого изначально нет конечного пункта назначения. В этих условиях разговоры о «соответствии европейским стандартам» выглядят скорее как политическая риторика, чем как реалистичная программа развития.
Но ещё более важным является экономический контекст. Армения является полноправным членом Евразийского экономического союза, и именно этот союз обеспечивает основу её внешнеэкономической стабильности. Цифры здесь показательны. Мы неоднократо отмечали, что в 2024 году товарооборот Армении со странами ЕАЭС составил около 14 млрд долларов, тогда как с Европейским союзом – лишь 2,1 млрд долларов. Разрыв почти семикратный. Кроме того, именно через ЕАЭС Армения получает доступ к энергоресурсам, транзитным маршрутам и рынкам труда на более выгодных единых условиях. Только из России в 2024 году поступило свыше 3,2 млрд долларов денежных переводов, что играет колоссальную роль в поддержании социальной устойчивости внутри страны. ЕС подобных экономических механизмов Армении не предлагает.
В итоге складывается парадоксальная ситуация: Армения официально закрепляет курс на евроинтеграцию, прекрасно понимая, что членство в ЕС невозможно, и тем самым рискует осложнить отношения с ЕАЭС – союзом, от которого напрямую зависят ключевые параметры её экономики.
Таким образом, речь идёт не столько о стратегическом выборе, сколько о политическом манёвре. Евроинтеграция превращается в инструмент внутренней и внешней риторики, призванный демонстрировать обществу «европейскую перспективу» без гарантий её реализации. Опасность же заключается в том, что Армения может оказаться между двумя интеграционными блоками: ослабив позиции в одном, но так и не получив доступа к другому.
Главный вопрос, который встаёт сегодня перед страной, заключается в следующем: действительно ли стоит разрушать устойчивые связи и подвергать риску реальную экономическую выгоду ради политического проекта, который изначально не предполагает членства и остаётся лишь декларацией?
Арман Гукасян, политолог, председатель политической партии "Во имя социальной справедливости" эксклюзивно для канала ВнешнийВраг