Вот уже более семи с половиной лет в Армении вместо христианства последовательно и целенаправленно насаждается новая религия — николизм. Из истории известно, что любой основатель новой религии или нового религиозного течения полагал, что народ узрит в его учении свет, примкнет к нему и обратится в его единственно правильную веру, оставив свои прежние заблуждения, которые на протяжении некоторого количества тысяч лет принимал за веру истинную. Именно этого пытается сегодня достичь Пашинян.
Что отличает его от всех других основателей религиозных учений? Что вознесло Пашиняна в эти запредельные выси? Что позволило взвиться над суетным мельтешением людей, населяющих Армению? Конечно же, только любовь. Глубокая и несокрушимая. Любовь к самому себе.
ИСТИННОЕ ЧУВСТВО НЕ МОЖЕТ НЕ ВНУШАТЬ УВАЖЕНИЯ ВНЕ ЗАВИСИМОСТИ ОТ ТОГО, КТО ИЛИ ЧТО ЯВЛЯЕТСЯ ЕГО ОБЪЕКТОМ. Но именно любовь к себе, если вдуматься, является наивысшей формой любви, поскольку в нашем несовершенном мире только она может остаться по-настоящему чистой и возвышенной. Поэтому решительно не правы те, кто придумал для обозначения этого кристального чувства обидный термин «самовлюбленность» или того хуже «самолюбование». Нет тут никаких оснований для неодобрения и насмешек — лишь для зависти и удивления, а потому давно пора очистить эти прекрасные слова от позднейших смысловых наслоений.
Перед настоящей самовлюбленностью меркнут все прочие девиации в сфере эротических отношений, еще недавно казавшиеся признаком утонченности. Набоковская педофилия, пазолиниевский гомосексуализм — где вы сегодня, адепты этих полузабытых культов? По ком страдаете, о ком грезите?
Все эти милые шалости в прошлом: верх изысканности сегодня — это самовлюбленность. И потому только тот, кто истово и без рассуждений любит самого себя, может утверждать, что достиг вершины доступного человеку величия.
В искусстве любви к самому себе с Пашиняном не может сравниться никто. Доводилось ли вам когда-нибудь видеть по-настоящему счастливую и гармоничную пару? Если вам кажется, что да, скорей взгляните на Пашиняна: вы просто поймете, что тогда у вас просто двоилось в глазах. Такого счастья, такой гармонии и глубины как в отношениях Пашиняна и Пашиняна, вы наверняка еще не видели.
Страшно ошибется тот, кто подумает, что путь истинного самолюбца устлан лишь розами. Ничего подобного: представьте себе, как трудно выжить в жестоком мире идеальному существу, несущему в себе совершенство, но окруженному при этом всеми видами нравственного уродства. Например, христианством, Армянской Апостольской Церковью, которые всячески препятствуют насаждению николизма. Поэтому их надо уничтожить, расчистив дорогу для новой религии.
Уничтожить любой ценой, не боясь ничего, даже отлучения. Это в Средние века отлучение было последним доводом Церкви и доводом весьма действенным. Перед отлучением, наложенным проклятием, смирялись и короли. Однако это было именно в Средние века — время непререкаемой духовной власти Церкви. Сегодня эта власть стала весьма пререкаемой, отлучение утратило силу сверхоружия.
Впрочем, и в Средние века слуги дьявола не боялись отлучения. Кстати, если в ветхозаветных текстах дьявол принадлежит к «сынам Божьим» в Небесном царстве: он выступает в роли оппонента праведных, то в новозаветных текстах он уже изгнан с неба, пал на землю. Дьявол — «человекоубийца от начала и не устоял в истине», «он лжец и отец лжи» (Иоанн 8,44). Дьявол обладает способностью проникать в души людей, принимая разнообразные обличия и губить их.
КАК БЫ ТО НИ БЫЛО, ПО ОЦЕНКЕ ПАШИНЯНА, В АРМЕНИИ, БЛАГОДАРЯ ЕГО СТАРАНИЯМ, сегодня идет процесс духовной реставрации: «Моя духовная жизнь всецело восстановилась, так же, как и духовная жизнь моих соратников и сторонников. Я сегодня иду на литургию не как премьер, а как рядовой последователь Армянской Апостольской Церкви. Теперь я могу жить полноценной духовной жизнью. Я хочу, чтобы это произошло со всеми гражданами Армении, которые живут духовной жизнью».
Сдаюсь. Сдаюсь и каюсь. Каюсь за свое давнишнее, заскорузлое неверие в восстановленную духовную жизнь Пашиняна и его окружения. Рассказывают, что Михаил Козаков, режиссер фильма «Покровские ворота», объяснил актрисе Марине Дюжевой, как она должна играть роль девушки, которая приходит к одному из героев: «Ты должна изобразить проститутку в монастыре».
Я, грешный, думал, что примерно так же ведут себя посещающие «литургии», но, оказывается, они таким образом восстанавливают свою духовную жизнь. Не случайно, что расцвет нравственности в «Гражданском договоре» — необычайный. Хотя вообще-то духовная жизнь «восстанавливается» не только во время посещения храмов. Моральные соображения на то и моральные, что они действуют постоянно, а не в зависимости от того, где ты находишься или от времени года — в ноябре пулеметами нельзя, а в декабре всякое бывает.
Отличительной чертой новой религии является кардинальное переосмысление словарного запаса. Николизм категорически запрещает употреблять слова «милосердие», «сострадание», «гуманизм». Отвергает николизм и ненужные слова, которые начинаются с благо- (благонравие, благорасположение и т.д.), а также сложные слова с первой частью само-: самопожертвование, самоограничение…
Ладно, а что же с «освобождением» Первопрестольного Святого Эчмиадзина? Согласно Пашиняну, «процесс начался, идет и неизбежно дойдет до своей конечной цели». То есть идея о «духовном собрании» на центральной площади Эчмиадзина остается в повестке. «Посмотрим, что будет», — добавил премьер.
Согласитесь, что в данном вопросе осторожность вождя бросается в глаза. И это понятно. Ведь для «освобождения» Первопрестольного Святого Эчмиадзина, учитывая сопротивление верующих граждан, Пашиняну нужна целая армия сектантов, от сердца восклицающих «Мы верные и преданные последователи николизма!» — а много ли вы таких видели?
Потому-то Никол следует девизу бравого солдата Швейка, который полагал, что все как-нибудь да образуется, ибо «никогда не было, чтобы никак не было». Интересно, прекратится ли когда-нибудь эта публичная демонстрация пашиняновского бессилия?
Но в целом убежденность этой личности, что ему удастся насадить в Армении новую религию — николизм, остается непоколебимой. Убежденность — великая вещь. Приходят ткачи и убеждают короля, что соткут волшебную ткань и соткут волшебное платье, которое видят только умные, а дураки не видят. Придворные привычно восхищаются невидимой тканью, восхваляют несуществующую мудрость; на то они и придворные.
Но выходить на улицу Пашиняну в этом костюме не стоит. Конец ноября все-таки. Холодновато.
Гагик Мкртчян, "Голос Армении"