Кинотеатр «Москва» уже давно не просто адрес, а часть жизненного уклада, традиций, опыта, если хотите, философии ереванцев, сложившихся в определенных исторических условиях. Место несомненно знакомое и многим читателям «Еркрамаса».
Два дня, 29 и 30 сентября истекающего года, ведущие ученые Армении и России говорили о том, чем может помочь ИИ (искусственный интеллект) человеку. Скорее всего, договорились.
Мы же встретились позже, за пару дней до возвращения академика Оганесяна в Москву, правильнее в Дубну, где он не одно десятилетие возглавляет Лабораторию ядерных реакций Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ).
Место встречи, Grand Hotel Yerevan, а для старожилов столицы неизменно — гостиница «Ереван», было выбрано не случайно. «Это легендарный пятизвездочный отель, расположенный в самом сердце города» — дает справку осведомленным сайт ИИ. Все верно: и легендарный, и в самом центре Еревана, центральнее уже некуда.
Год назад мы встречались с Оганесяном Юрием Цолаковичем на том же «пятачке» и говорили о том же. Дай Бог, чтоб и в будущем году снова здесь и опять же с неизменной темой дружеских бесед. О чем ведем речь?
Хотите знать, как проверить коренного ереванца на право так называться? Вот вы сидите либо в кафе отеля, либо, если повезет со временем года и погодой, на террасе и, попивая кофе, или кофе с коньком «Двин» как в нашем случае, говорите о том, о чем могут знать и вспоминать только закоренелые жители города.
Оганесян не живет в Ереване, условно говоря сто лет (на самом деле ему девяносто два), но знает о нем и его жителях дай Бог каждому старожилу. Помнит не потому что обладает уникальной памятью, а потому что не хочет забывать. Или не может.
Вот мы (Юрий Оганесян, Сергей Геворкян, физик-теоретик из той же Дубны, верный друг академика и мой тоже) смотрим на фасад знаменитого кинотеатра и отмечаем, что выведено оно на фронтоне знания не по правилам орфографии, а вопреки, то есть слово написано слитно, получается «Киномосква» и в этом вся штука.
Именно так. Потому что кино «Москва» не адрес, из области топонимики, а часть жизненного уклада, традиций, опыта, если хотите, философии ереванцев, сложившихся в определенных исторических условиях. Кто стар, тот помнит.
Нам, людям, мягко говоря, немолодым, нам очень хочется, чтоб все, связанное с Ереваном не растворялось в окружающей среде, а переходило от отцов к детям, от детей к внукам, далее по той же цепочке.
Что должно помниться? Все! От древних платанов и вялотекущего арыка на улице Абовяна, до людей, которые стали неотъемлемой частью так называемой «киномосква». Мой друг детства, Хдо (Радик), непререкаемый авторитет этой части города, боксер Спартак с его эффектной девушкой-блондинкой из газетного киоска в холле гостиницы «Ереван», Горик из расположенного рядом художественного салона, где продавали знаменитые армянские джезве для приготовления кофе, называемые почему-то «турками», администратор кинотеатра рыжий Яша, выносящий билеты кому надо на просмотр американского фильма «Тарзан» или незабываемого индийского «Бродяга». Ну, и так далее.
Объяснять, что здесь к чему ни прославленному физику Юрию Оганесяну, ни его коллеге Сергею Геворкяну не требовалось, оттого беседа шла без отступлений, мерно, плавно, долго.
Не все знают, что понятие «киномосква» росло-росло и выросло еще со времен, когда напротив него стоял памятник Хачатуру Абовяну (в дальнейшем памятник был перенесен к дому-музею великого армянина).
На месте кинотеатра находилась церковь Погос-Петрос, на месте Союза художников – мечеть, а там, где сегодня театр имени Станиславского, стояла русская церковь. Не все помнят, но и не все подзабыли.
В этом смысле (т.е. в смысле исторической памяти) всемирно известный ученый Оганесян, посетивший десятки мировых столиц и знакомый с сотнями знаменитостей, тоже мировых, даст фору многим ереванцам молодого поколений.
Ну, кто из наших современников видел, не говоря уже о том, чтоб участвовал, в жарких дискуссиях обо всем на свете (эпоха античности, оглушительные победы Владимира Енгибаряна на ринге, пьеса Эжена Ионеско «Носорог», нетрадиционная сексуальная ориентация Сергей Параджанова…) разброс интересов необъятно широк и многообразен.
Кто помнит предводителя кофейно-винных посиделок в кафе гостинцы «Ереван» неповторимого Левона Нерсесяна, эрудита, полемиста, бунтаря, сына великого артиста Грачья Нерсесяна, которого сегодня тоже мало кто вспоминает. Юрий Оганесян помнит.
Приезжая в Ереван, он же не случайно останавливается в одноименной гостинице, где при всем, делающим ее суперсовременной, дух прежнего Еревана так или иначе витает. Теперь уже, к сожалению, ощущается это не так остро и не столько в людях, сколько во все еще остающейся нетронутой архитектурной среде. Но и в людях тоже.
Трудности пребывания Юрия Оганесяна в Ереване состоят не только в том, что многих ереванцев знает он, но ведь и многие ереванцы знают его, а кто не знает лично, хотел бы познакомиться. Потому айфон академика звонит, можно сказать, не переставая: с одними договаривается о месте и часе встречи, с кем-то общается видео-телефонном режиме, кого-то мягко отводит или переносит встречу на следующий приезд.
Главное ереванское рандеву, о чем можно догадаться и без подсказки искусственного интеллекта – это встреча его встреча с дочерью, прилетевшей из США в Ереван, чтоб увидеться. С некоторых пор пересекать океан Юрию Оганесяну стало непросто, и теперь летит не он, прилетают к нему. Все правильно.
Неправильна линия, которую упрямо гнет власть, стремясь разделить армянство на свое и чужое. Принцип определения прост как устройство шляпы на голове премьер-министра: тот, кто за него – тот, якобы, истинный армянин, кто против – тот не совсем. Или вовсе чужой.
И вот представьте себе положение, когда власть начнет чинить препятствия (уже начала) на приезд в Армению тем, кого не считает благонадежными. А ими чаще всего оказываются армяне старшего поколения из Европы, Америки, России.
…Наши посиделки с одним из великих физиков современности завершились обещанием или, скорее, надеждой, встретиться в Ереване еще не раз. Почему, прежде всего, в Ереване, объяснять надо?
Сергей Баблумян
