Пульс
Новости

Мы - не жертвы, мы - выжившие, мы боремся и созидаем!

Мы - не жертвы, мы - выжившие, мы боремся и созидаем!

В дни 25-летия кульминации геноцида армян в Баку и накануне очередной годовщины «сумгаита» в Азербайджане вдруг вспомнили о бывших согражданах. Но вспомнили отнюдь не с чувством стыда или покаяния за содеянное преступление.

ВСЕ ГОРАЗДО ПРИМИТИВНЕЕ: В БАКУ ПОЧЕМУ-ТО РЕШИЛИ, ЧТО ПРОЖИВАЮЩИЕ НА УКРАИНЕ бакинские армяне захотят вернуться в город, откуда они чудом спаслись более четверти века назад. Кому именно пришла в голову эта «гениальная» мысль — неизвестно, но разного рода «эксперты» сразу же развернули «конструктивную» дискуссию на тему: стоит принимать их или нет. В частности, такая публикация появилась на сайте minval.az под интригующим заголовком: «Азербайджан может принять бакинских армян с Украины».

Из рассуждений «экспертов» трудно понять: так было ли подобное обращение со стороны или все-таки это полет кощунственной — иначе трудно охарактеризовать — фантазии пропагандистов, которым кровь из носу надо было в очередной раз протрубить о собственной толерантности и повторить давно развенчанный миф о проживающих в Баку «десятках тысяч армян»? Причем развенчанный, подчеркнем, самим президентом Алиевым, два года назад торжественно объявившим всех армян мира врагами Азербайджана. Трудно удержаться от вопроса: о чем же думают спецслужбы этой страны, допуская проживание в Баку целых 30 тысяч кровных врагов Азербайджана? «Эксперты» об этом скромно молчат. И старательно обходят главный вопрос: почему бакинские армяне в свое время вынуждены были бежать из такой толерантной страны и оказались в том числе на Украине?

Что ж, напомним. На сей раз — свежим письмом одной из 250 тысяч бакинских армян, которое на днях было распространено в соцсетях. Это письмо Сабины К., публикуемое с незначительными сокращениями, — лучший ответ безграничному цинизму азерпропа.

«В этот день 25 лет назад для моего отца и меня началось трехдневное бдение в московском аэропорту. Но мы не были одиноки в этом очень специфичном дежурстве. Мы присоединились к странному сообществу людей, объединенных скорбью, ужасом и надеждой, в ожидании каждого самолета, прибывающего из Баку. В городе, охваченном бесчеловечной охотой за мирным армянским населением, у всех нас остались родные или друзья. Сообщения в советской прессе были редкими, но на нас самих буквально хлынули ужасающие истории убийств и насилия против армян, которые нам рассказывали по телефону или вырвавшиеся из города очевидцы.

Когда я думаю о событиях 25-летней давности, то мысленно возвращаюсь в нашу 4-хкомнатную квартиру в Баку, где мама с тетей, забаррикадировавшись в темноте, слышали страшные крики и видели через окно весь тот ужас, что творили банды убийц, безошибочно передвигавшиеся из одной армянской квартиры в другую. Видели, как людей выбрасывали с верхних этажей, костры во дворе, избиения, грабежи… Потом перед моими глазами возникает картина того, как эти нелюди врываются в нашу квартиру, и мама с приставленным к горлу ножом пытается показать свой паспорт, чтобы доказать, что она русская. Сосед-азербайджанец храбро встает на ее защиту, подтверждая, что она не армянка. Маму не убили только при условии, что она покинет свою квартиру и никогда больше не вернется сюда. В условиях полного хаоса и массового насилия, множества сожженных и изувеченных тел на улицах Баку и убийц, рыскающих по городу и атакующих порты в поисках новых беззащитных жертв, лишь через 3 дня ей удалось вырваться из ада и попасть на самолет в Москву. И хотя физически маме удалось спастись, душевную рану и боль она несет в себе по сей день.

Несколько поколений моей семьи называли Баку своим домом. Подобно множеству других высокообразованных и талантливых армян, мои предки также внесли свой вклад в созидание города, который любили, выстраивая многонациональное сообщество, которым гордились. Армяне были в числе известных нефтяных магнатов, предпринимателей, архитекторов, инженеров, педагогов, артистов, врачей, юристов и музыкантов Баку. После их жестокого изгнания в конце 90-х история была переписана, кладбища осквернены и сровнены с землей, следы нашего пребывания на этой земле были стерты и весь огромный вклад забыт. Сегодня из страны, где я родилась, звучит только один мессидж: «Каждый армянин — наш враг».

В ЭТОМ ГОДУ МЫ ОТМЕЧАЕМ 100-Ю ГОДОВЩИНУ ГЕНОЦИДА АРМЯН. Для меня невозможно отделить то, что произошло с армянами в Азербайджане в конце ХХ века, от событий 1915-1923гг. в Турции. Резня в Баку и других городах Азербайджана в 1988-1990гг. стала продолжением процесса, начавшегося 75 годами ранее в Турции. На протяжении последних 100 лет мир стал свидетелем Холокоста и других фактов массовых убийств. Все эти преступления объединяет общая траектория: дегуманизировать определенную группу, посеять в «чужих» ужас, обвинить жертву в преступлении (предательство, восстание и т.д.), истребить эту группу, потом пытаться переписать историю, ссылаясь на давность событий, призывая двигаться вперед и отвергая правосудие путем отрицания. В случае Холокоста мы видим наказание виновых, репарации и покаяние, но, к сожалению, это исключение. Многие народы, в том числе армянский, еще ждут справедливости, которая, кажется, сама стала жертвой геополитики и нефтяных интересов. Обвинения в том, что мы привыкли к ментальности жертвы и слишком много живем прошлым, вызывают негодование и должны всерьез обеспокоить нас. История повторяется, и, хотя это уже стало клише, истина состоит в том, что, если мы не посмотрим в лицо наиболее болезненным страницам нашего прошлого, мы не сумеем предвидеть и предотвратить новые бедствия.

Армяне — маленький народ, рассеянный по всему миру. Но мы не жертвы, мы — выжившие, мы — живые. Уильям Сароян писал так: «Хотел бы я знать, найдется ль в мире сила, которая способна уничтожить этот народ, это малое племя скромных людей, чьи войны все отыграны и проиграны, чье государство полностью уничтожено, чья литература не прочитана, музыка не услышана, а на молитвы больше нет ответа. Что ж, вперед, уничтожьте Армению! Увидите, удастся ли это вам? Пошлите их в пустыню без пищи и воды, сожгите их дома и церкви, а потом посмотрите, не окажется ли, что они вновь будут смеяться, петь и возносить молитвы, потому что если хотя бы двоим из них доведется встретиться в этом мире, они создадут новую Армению!»

ЭТИ СЛОВА ГЛУБОКО ТРОНУЛИ МЕНЯ, НО Я ЧУВСТВУЮ, ЧТО НЕКОТОРЫЕ ИЗ СЕТОВАНИЙ ПРЕЖДЕВРЕМЕННЫ. Наши войны не проиграны, наши структуры, уничтоженные или разрушенные, восстанавливаются, мы все еще творим, читаем и слушаем нашу музыку. И не все наши молитвы остаются без ответа. Мы боремся за лучшую жизнь и подвигаем своих детей знать, помнить и учиться на прошлом, стать хорошими гражданами мира, созидать, быть добрыми, любящими и толерантными и всегда стоять за истину. В этом, на мой взгляд, и состоит смысл понятия «быть армянином».

Мы созидаем и мы боремся! Боремся за признание Геноцида армян, сохраняя память о прошлом живой не потому, что мы особенные, а потому, что мы — члены человеческого сообщества, жаждущего мира и справедливости для каждого народа».

Марина Григорян, «Голос Армении»