Особая активность России в нервной дипломатии, начавшейся после четырехдневной карабахской войны, переместила реальные проблемы с армяно-азербайджанского фронта, на плоскость российско-армянских отношений. Эти отношения дошли, если не до кризиса, то, по крайней мере, до порога серьезных корректировок. Ереван решил больше не скрывать очевидное разочарование в России, демонстрируя беспрецедентную смелость защищать свою честь.