Возможно, Ереван намерен поднять проблему возврата архивов КГБ СССР для подготовки к процессу люстраций, так как материалов, которые сегодня находятся в распоряжении спецслужб Армении недостаточно для того, чтобы юридически подтвердить теоретически предполагаемое сотрудничество граждан страны со спецслужбами России.
Первый вице-премьер Армении Вазген Манукян, один из опытнейших национальных политиков, выступил с необычным заявлением. «Когда в начале 1990-х мы пришли к власти, сразу же стал обсуждаться вопрос, открывать или не открывать архивы КГБ, — сказал он. — Мы еще не решили, открывать или нет, но я хотел ознакомиться с ними. Оказалось, что Советский Союз был умнее, чем казалось, и за несколько дней до нашего прихода к власти вся документация КГБ была вывезена самолетами в Смоленск. Я обратился к руководству — главе КГБ, Горбачеву, с требованием вернуть архивы Армении».
Так Манукян поднял целый пласт вопросов, поиски ответов на которых представляют не столько познавательный, сколько острый политический интерес. Но когда же КГБ СССР принял решение о вывозе своих архивов из советских республик Закавказья? Манукян называет начало 1990-х годов. Официальный Тбилиси, который в свое время обращался с запросом в Москву о возвращении части архивов бывшего КГБ СССР, тоже указывает на эту дату. По Азербайджану данных нами не обнаружено, но можно предполагать, что акция проводилась Москвой в регионе одновременно. Правда, когда автору в свое время удалось задать вопрос о дате вывоза архивов экс-председателю КГБ СССР Владимиру Крючкову, он ответил лишь: «Чуть раньше». В какой-то степени эту операцию можно сравнивать с мероприятиями в области эвакуации архивных документов в годы Великой Отечественной войны из прифронтовой полосы или территорий, которые могли быть потенциально оккупированы врагом. Следовательно, КГБ СССР располагал информацией о грядущем развале страны и утрате контроля над Закавказьем.
Бывший заместитель начальника ПГУ КГБ СССР, руководитель Аналитического управления КГБ СССР генерал-лейтенант Николай Леонов рассказывал, что на Лубянке уже в конце 1980-х годов понимали, что на тот момент происходило в советских республиках Закавказья, что дело идет к отколу их от СССР. Видели и бездействие ЦК КПСС, несмотря на возрастающий объем информации КГБ СССР о раскручивании в регионе националистической спирали, когда в Нагорном Карабахе «все шло в разнос». К этому моменту Армения и Азербайджан не просто радикально разошлись по вопросу о статусе Нагорного Карабаха. Две союзные республики избрали разные пути разрыва с советским прошлым. Понятно, что такая информация поступала, помимо других источников, из агентурной сети КГБ СССР, которая вела активную работу и в стане так называемых народных фронтов.
Тогда складывалась парадоксальная ситуация: в случае успехов так называемых национально-демократических революций в странах Закавказья многие процессы могли бы оказаться под контролем все того же КГБ СССР. На определенном этапе так и происходило, когда удавалось упреждать действия деструктивных и экстремистских сил. К сожалению, документов, что могли бы осветить роль советских органов безопасности в этих событиях, осталось чрезвычайно мало. То есть КГБ, понимая, что усиление новых сил остановить становится невозможно, предлагал «возглавить процесс», перехватить инициативу. При этом чекисты понимали: у коммунистов при том ходе событий, который проходил в Москве, оставалось мало шансов сохранить власть, они действовали через другие организации и партии. Понятно, что такие сюжеты отражались в содержании посылаемых местными структурами КГБ СССР сведений в центр и тех, которые оставались в распоряжении местных структур власти.
Некоторые источники общественной активности в Закавказье, которая вылилась, среди прочего, в многочисленные политические партии, были очень интересными и перспективными. Поэтому понятны были и стремления новых властей получить доступ к таким документам, которые можно было использовать в борьбе с оппонентами в ином политическом пространстве. Именно эти данные и были вывезены КГБ СССР из Закавказья, и вряд ли они в обозримом будущем станут общедоступными. Другое дело, что в распоряжении властей новых республик региона остался огромнейший пласт документов, касающихся несколько отдаленных времен. Но когда, например, президент Грузии Михаил Саакашвили заявил, что «у новой Грузии нет никакого обязательства перед бывшим СССР, и старые архивы бывшего СССР, которые хранятся в министерстве госбезопасности Грузии, должны стать доступными для широкой общественности», он в архивах не обнаружил искомой для себя политической сенсации.
Саакашвили после этого объявил, что якобы «большая часть архивов бывшего КГБ была вывезена Игорем Георгадзе в Россию, когда он занимал пост министра госбезопасности». Вот почему интерес Манукяна к архивам КГБ СССР ставит вопрос о причинах и побудительных мотивах. Они могут быть самыми разными. Может, познавательными. Или связаны с тем, что Еревану нужны архивы КГБ СССР для подготовки к процессу люстраций. Так как материалов, которые сегодня находятся в распоряжении спецслужб Армении, недостаточно для того, чтобы юридически подтвердить предполагаемое сотрудничество граждан страны с российскими спецслужбами. Выборочное обнародование списка лиц, сотрудничавших с КГБ, было бы своеобразной игрой в рулетку: одним бы повезло, другим — нет.
Похоже, что в Ереване кое-кто намерен начать политизированную кампанию, связанную с архивами, обнародованием лиц, сотрудничавших с КГБ. Манукян дал понять, что из этого ничего не получится: искомых архивов в Армении давно нет.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM