Важнейшей особенностью поствоенного правления Никола Пашиняна является то, что он по сей день не представляет трагичность трех подписанных им трехсторонних заявлений и их последствия. Пашинян даже не требует возвращения армянских военнопленных, гарантированного одним из этих документов, и Баку, пользуясь возможностью, судит их как преступников, по ходу оправдывая свои действия в глазах международного сообщества утверждением, что все военнопленные освобождены.
ДАЖЕ ПО САМЫМ ПЕССИМИСТИЧНЫМ ПРОГНОЗАМ за поствоенный год проходящие через немыслимые пытки в бакинских тюрьмах парни должны были быть возвращены, но этого не произошло. Может, Пашинян подписал капитулянтское заявление, даже не ознакомившись с его положениями, не сделав никаких поправок, думая исключительно о том, что будет после подписания конкретно с ним. Если решение было единоличным, то фактически его окружение – советники, деятели с политическим, дипломатическим и военным опытом – оказались лишены возможности дать ему совет, направить, переформулировать хоть что-то в нашу пользу.
Пожалуй, на момент подписания Пашинян действительно не придал важности или не осознавал последствий капитуляции не только в долгосрочной перспективе, но и связанных с конкретными человеческими жизнями. Однако ему удалось избежать отставки, уголовного преследования или самосуда, что, несомненно, больше всего тревожило его в ту ночь. Иначе почему он прятался в бункере Минобороны, оставив без охраны здание правительства?
Между тем если бы в зловещую, по сей день продолжающуюся ночь с 9 на 10 ноября Пашинян проявил бы здравый ум и трезвое мышление, он настоял бы, как минимум, на установлении графика возвращения пленных, посредством российской стороны принудив Азербайджан к решению этого важнейшего гуманитарного вопроса. Просто ни тогда, ни в предвыборный период, ни тем более сейчас этот вопрос его абсолютно не интересует.
Муссировавшийся в первые месяцы после войны принцип обмена «всех на всех» армянская сторона реализовала максимально быстро, выдав Азербайджану даже убийц Гулиева и Аскерова, - при том, что наших пленных в тот период не только не вернули, но и захватывали и подвергали пыткам новых. Получается, ответственная за этот процесс власть или не знает круга своих полномочий, или не желает заниматься своими конституционными функциями.
Увы, этому параду политической безответственности не воспротивились важнейшие государственные институты, прежде всего армия, а общественность так и не очнулась от губительного забытья.
В результате сотни насильственно удерживаемых в Азербайджане наших соотечественников превратились в руках Алиева просто в игральную карту, с помощью которой от Пашиняна можно вымогать все новые уступки, в том числе территориальные, оказывать давление или угрожать обнародовать правду о ходе войне. Теперь уже очевидно, что все пленные возвращены не будут, пока не произойдет смена власти и к рулю управления страной не придет тот, кто не будет скован личными договоренностями с Алиевым.
Полушутя-полусерьезно отметим, что единственным реальным способом вернуть пленных, может, пожалуй, стать предусловие, которое оппозиция в подходящий момент предъявит Азербайджану: если наших ребят быстро не вернут, власть будет свергнута улицей. Поскольку Пашинян - идеальный для Азербайджана руководитель армянского государства и самый выгодный переговорщик, возможно, ценой сохранения его у власти Алиев согласится вернуть военнопленных.
Давид Саркисян, "Голос Армении"