Насколько реально в ближайшее время открытие армяно-турецкой границы и восстановление дипотношений с Турцией? Означает ли подписание соглашения о стратегическом партнерстве между Азербайджаном и Китаем поддержку Пекином планов Баку по т.н. «Зангезурскому коридору», и что подходы Китая и США, несмотря на их геополитическое противостояние в мире, в нашем регионе совпадают и они оба делают ставку на Азербайджан? На эти и другие вопросы ИАЦ VERELQ ответил к. ист. н., тюрколог Варужан Гегамян.
САМОЕ ЧИТАЕМОЕ - https://yerkramas.org/block/144/Samoe-populyarnoe
АРМИЯ - https://yerkramas.org/ru/menu/38/army/
- Вновь активизировались разговоры о возможном открытии армяно-турецкой границы для граждан третьих стран. Насколько это реально в ближайшее время? Да и в целом, какова вероятность восстановления дипотношений между Ереваном и Анкарой, о готовности к чему все время заявляют власти Армении?
- Несмотря на все заявления как из Еревана, так и из Анкары, о готовности к восстановлению дипотношений между Арменией и Турцией, открытию границ, установлению мира, эти заявления надо рассматривать в более широком контексте. Для понимания этого широкого контекста необходимо рассматривать эту тему в первую очередь с точки зрения Анкары. Для Турции открытие границы между Арменией и Турцией и установление дипотношений не имеет никакого практического смысла. Турции, ни с точки зрения экономики, ни с точки зрения логистики, ни тем более с точки зрения политики, сотрудничающая Армения как таковая не нужна. Наоборот, тема открытия границ, тема установления дипотношений является некой, образно выражаясь, приманкой, за счет чего Турция сейчас давит на Армению, говоря о том, что если будут реализованы те или иные задачи, которые поставлены со стороны Анкары перед руководством Армении, то тогда будут и дипотношения, и открытие границ, и все остальные «блага».
То есть это приманка, за счёт которой Турция получает то, что пыталась заполучить от Армении со времён распада Советского Союза. Недаром в 2022 году бывший премьер-министр, бывший министр иностранных дел Ахмет Давутоглу, который сейчас находится в оппозиции нынешним властям Турции, очень хорошо, на мой взгляд, резюмировал ту политику, которую сейчас реализует Турция по отношению к Армении. Это выражалось следующим образом: «Сейчас то время, когда Турция может заполучить все, что нужно ей от Армении». Поэтому все эти заявления не имеют никакого практического смысла и прямого отношения к самим целям заявлений. И на самом деле они преследуют ту цель, о которой я уже сказал.
С точки зрения Еревана, да, конечно, для нынешних властей важно в первую очередь с точки зрения внутренней политики показать, что они достигли какого-то успеха во внешней политике, независимо даже от той цены, которую они платят за, например, сближение с Турцией. Но как такового сближения нет и не будет. Так что в этом плане никаких новостей не предвидится.
Вопрос открытия границы для граждан третьих стран тоже надо рассмотреть в более широком контексте — каких третьих стран? То есть каким третьим странам нужно через территорию Армении въехать в Турцию или наоборот. Тут, конечно, сразу же надо понимать, что речь идет об Азербайджане, и это тесно связано с так называемым «Зангезурским коридором», когда граждане третьих стран, в данном случае граждане Азербайджана, могут легко въехать через территорию Армении дальше в Турцию.
- Как подписание соглашения о стратегическом партнерстве между Азербайджаном и Китаем скажется на нашем регионе? Означает ли это поддержку Пекином планов Баку по т.н. «Зангезурскому коридору» в рамках проекта Срединного коридора?
- Внешняя политика Китая имеет очень прагматичные основы и Южный Кавказ, южнокавказское направление, не исключение. Стратегическое партнерство Китая с Азербайджаном — это плод, во-первых, очень интенсивной работы со стороны Азербайджана, которая началась давно. То есть это не работа последних двух-трех лет, а можно сказать как минимум десятков лет. Этот процесс был запущен где-то в середине 2000-х и закономерно есть результат. Китай и до этого тоже вкладывал в Азербайджан, имел какие-то инвестиции. Сейчас, как мы понимаем, их будет больше.
Означает ли это поддержку Пекином планов Баку по так называемому «Зангезурскому коридору»? Нет, напрямую этого не означает, тем более что Китай тесно сотрудничает с Ираном, для которого т.н. «Зангезурский коридор» представляет опасность, угрозу, и поэтому не стоит думать, что Пекин напрямую поддерживает тему коридора. Но, имея прагматичную политику, Китай рассматривает вопрос следующим образом: если так называемая тема «Зангезурского коридора» будет развиваться и неминуемо будет реализовываться, то тогда надо постараться к этому примкнуть и получить свою выгоду. Поэтому мне представляется, что позиция Китая будет меняться в зависимости от того, что на самом деле будет происходить в регионе.
В целом китайское сближение с Азербайджаном не будет сильно влиять на кавказскую геополитику. По крайней мере, в ближайший год.
- Означает ли это, что подходы Китая и США, несмотря на их геополитическое противостояние в мире, в нашем регионе совпадают и обе стороны делают ставку на Азербайджан?
- Нет, это не означает сближение, не означает одинаковые подходы и совпадение подходов. Как я уже сказал, для Китая это прагматичная вещь, и учитывая, что есть вероятность того, что Азербайджан будет и дальше сильно влиять на южнокавказскую геополитику, совершенно естественно, что большие игроки так или иначе играют или заигрываются с Азербайджаном. Но позиции, то есть идеи, которые находятся в основе такого сближения, совершенно отличаются у Китая и США.
- Армянские власти с одной стороны заявляют о подготовке Азербайджаном новой агрессии после конференции ООН по климату в Баку, а с другой продолжают ухудшать отношения с Россией и отказываются от сотрудничества в военно-политической сфере с Ираном. В чем логика и цель подобной политики?
- Начиная с 2018 года, внешняя политика нынешних властей Армении имеет, к сожалению, характеристику политики, у которой нет никаких линий, тем более красных линий, нет четкого направления и последовательности. А значит, все действия нынешних армянских властей на внешнем поле очень часто противоречат друг другу. В данном случае сближение с Ираном и Россией не рассматривается, учитывая, во-первых, идеологическую направленность некоторых членов правительства, и в целом веру в то, что, скажем так, западный зонтик безопасности будет намного более эффективным, нежели те, которые есть в регионе. Хотя я глубоко убежден в том, что это абсолютно неправильный подход и не соответствует действительности.
Айк Халатян, ИАЦ «VERELQ»