Окончание. Начало по ссылке
На прошлой неделе я разоблачил совершенно ложное заявление президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана: «В нашей истории нет ни геноцида, ни массовых убийств, ни угнетения, ни колониализма. На протяжении тысячелетий нашей славной истории существовали лишь справедливость и сострадание».
Чтобы опровергнуть ложь Эрдогана, в первой части я представил список преступлений, совершенных Османской империей и Турецкой Республикой, подготовленный Греко-канадским исследовательским институтом.
Ниже приводится вторая и заключительная часть списка преступлений Турции.
Опровержение утверждения об «отсутствии колониализма»: современные поселения и оккупация
Заявление Эрдогана о том, что в истории Турции «нет колониализма», категорически опровергается тем фактом, что как Сельджукская, так и Османская империи были основаны на территориальных завоеваниях, подчинении народов и длительной колониальной оккупации. Более того, современная Турецкая Республика продолжает проводить за пределами своих границ политику военной оккупации, экспроприации ресурсов, демографического преобразования и организованного государством переселения населения:
— Незаконная оккупация и колонизация Северного Кипра путем заселения (1974 год — по настоящее время)
После военного вторжения на Кипр в 1974 году Анкара установила фактический раздел острова, который продолжается уже шестое десятилетие. Турецкое правительство осуществило масштабную кампанию по демографическому преобразованию территории, вынудив от 170 000 до 200 000 коренных греков-киприотов покинуть свои исторические места проживания на севере острова. Для того чтобы навсегда изменить демографический облик этой территории, Турция организовала государственное переселение населения, доставив десятки тысяч поселенцев из материковой части Турции, что противоречит Женевской конвенции.
— Неоколониализм на севере Сирии (2016 год — по настоящее время)
В ходе гражданской войны в Сирии турецкие вооруженные силы провели серию операций с целью установить контроль над буферной зоной глубиной 30 километров на севере Сирии — классический пример трансформирующей военной оккупации с отчетливыми признаками неоколониальной политики. Центральным элементом этой стратегии стал систематический процесс административного и культурного вытеснения местных институтов: Турция подчинила сирийские системы здравоохранения, образования и юстиции непосредственному бюрократическому контролю губернаторства Хатай на территории Турции. В рамках этой централизованной системы школьные программы были принудительно переведены на турецкие стандарты, турецкая лира введена в качестве основной валюты, а традиционные курдские названия улиц и культурные праздники были запрещены.
— Военное вмешательство в Арцах (2020–2023 годы)
Современные региональные амбиции Турции оказали значительное влияние на карту Южного Кавказа: Анкара использовала современную военную силу для непосредственного изменения демографической ситуации в регионе. Во время войны в Нагорном Карабахе в 2020 году Турция оказала Азербайджану решающую прямую военную, разведывательную и логистическую поддержку. Высокопоставленные турецкие военные участвовали в оперативном планировании, а передовые беспилотные летательные аппараты использовались для уничтожения армянских оборонительных позиций. В результате военная победа Баку положила конец трехдесятилетнему противостоянию и непосредственно создала условия для полного исхода и этнической чистки около 120 000 коренных армян Арцаха в 2023 году.
— Бомбардировки курдской инфраструктуры в Сирии и Ираке (2023 год)
В октябре 2023 года Анкара начала интенсивную и разрушительную кампанию воздушных и беспилотных ударов по курдским районам Сирии и Ирака, в результате которой была повреждена жизненно важная гуманитарная инфраструктура, включая водонасосные станции, электростанции, нефтеперерабатывающие предприятия и объекты бытового газоснабжения. Масштаб наступления был столь велик, что правозащитные организации сообщили о более чем 1 000 отдельных авиаударов, нанесенных в Ираке к середине 2024 года.
— Легализованное молчание — статья 301 Уголовного кодекса Турции
Признание Геноцида армян запрещается судебной системой Турции. Основным правовым механизмом, используемым для наказания диссидентов, журналистов и ученых, пытающихся говорить об этих исторических преступлениях, является статья 301 Уголовного кодекса Турции.
Статья 301 предусматривает уголовную ответственность за публичное «оскорбление турецкой нации, государства Турецкой Республики или Великого национального собрания Турции». Осужденным по этой статье грозит лишение свободы на срок от шести месяцев до двух лет. Закон активно применялся против лиц, публично употреблявших слово «геноцид» или публиковавших работы, посвященные массовым убийствам представителей национальных меньшинств. Известные интеллектуалы, в том числе лауреат Нобелевской премии Орхан Памук, подвергались уголовному преследованию по этой статье за упоминание массовых убийств армян и курдов. Аналогичным образом активист движения за мир Яннис Василис Яйлаали был приговорен к двум годам лишения свободы за увековечение памяти жертв геноцидов армян и греков.
Опасность такого государственного преследования посредством правовых механизмов особенно ярко проявилась в деле Гранта Динка — известного турецко-армянского журналиста. Динка неоднократно привлекали к ответственности и осуждали по статье 301 за его публикации о Геноциде армян. Государственная кампания против него в правовом и публичном пространстве представляла Динка как предателя, создавая в обществе атмосферу враждебности, которая в конечном итоге привела к его убийству в 2007 году ультранационалистом. Хотя в 2008 году в статью были внесены изменения, согласно которым для возбуждения дела требовалось предварительное разрешение Министерства юстиции, она по-прежнему остается мощным инструментом государственной цензуры, фактически навязывающим официально одобренную версию истории посредством атмосферы страха.
— Опасность морального превосходства и избирательного морализма Эрдогана
Эрдоган, утверждая, что прошлое Турции содержит «лишь справедливость и сострадание», фактически стирает из исторической памяти межпоколенческую травму и жизненный опыт миллионов коренных жителей и представителей национальных меньшинств, которые были систематически изгнаны из Восточной Фракии, Анатолии, Армянского нагорья, с Кипра и Леванта.
— Заключение
Категоричные заявления об историческом совершенстве — это инструменты политической целесообразности, а не отражение исторической реальности. Переход от Османской империи к Турецкой Республике представляет собой бесспорно сложное и глубоко травматическое наследие, требующее прозрачности, открытого доступа к архивам и мужества для честного признания мрачных страниц прошлого.
Для того чтобы по-настоящему залечить эти системные раны, Турции следует запустить процесс установления истины и примирения. Такая система позволила бы государству открыто рассмотреть совершенные в прошлом несправедливости, осуществлявшиеся при поддержке государства, посредством публичных свидетельств, всестороннего изучения истории и официальной ответственности. Это продемонстрировало бы, что подлинная справедливость и международный авторитет не могут строиться на навязанном государством молчании.
Чтобы добиться подлинного морального лидерства на мировой арене, Турции необходимо отказаться от используемой политической риторики и проявлять такое же сострадание к памяти жертв внутри собственной истории, какое она требует проявлять к жертвам за пределами страны.
Арут Сасунян, «Калифорнийский курьер»
Перевод с английского языка на русский – ИЦ «ЕРКРАМАС»