Политика США всегда носила четкий, последовательный и прагматичный характер. Наиболее ярко американскую политическую философию охарактеризовал бывший лидер Демократического большинства Палаты Представителей Томас O’Нилл: «Есть лишь местная политика (all politics is local)». В данном контексте, украинский народ должен ответить на очень важный вопрос: «Почему США, которые ведут столь прагматичную внешнюю политику, так обеспокоены ситуацией на Украине?»
Ответы: Права человека, достойное право на жизнь и другие клише из «либерального лексикона» не могут быть серьезными аргументами. Забудем на минуту о последствиях «высокой степени озабоченности» США относительно вопросов прав человека и безопасности в Ираке, Ливии и Афганистана и зададим другой вопрос: «Почему США не озабочены сходными проблемами в Йемене, Саудовской Аравии и Катаре?». Ответ очень прост – Саудовская Аравия и Катар «нефтяные» союзники Вашингтона, следовательно, там проблем с правами человека быть не может априори.
16 января 2014 в Сенате США проходили слушания относительно событий, происходящих сегодня на Украине. Символично, что на слушаниях в комитете по международным делам, помимо высокопоставленных лиц Государственного Департамента, участвовал бывший советник президента Джимми Картера по вопросам национальной безопасности Збигнев Бжезинский. Напомним, что именно Бжезинский в свое время заявил о необходимости недопущения союза России и Украины: «Россия может быть либо империей, либо демократией, но ни тем и другим одновременно. Без Украины Россия перестает быть империей, с Украиной же, подкупленной, а затем и подчиненной, Россия автоматически превращается в империю». Вспомним также, что президент США Билл Клинтон на секретном совещании начальников военных штабов от 24 октября 1995 года, отметил: «Расшатав идеологические основы СССР, мы сумели бескровно вывести из войны за мировое господство государство, составляющее основную конкуренцию Америке. Да, мы позволим России быть державой, но империей будет только одна страна – США».
Безусловно, геополитический аспект играет одну из важнейших ролей. В данном контексте, Украина является не более, чем объектом и ареной противостояния «Запада» и России, имеющие свое видение относительно будущего этого государства. Еще со времен СССР сеть трубопроводов перекачивает около 80% природного российского газа в Европу именно через Украину. В свою очередь, основными конкурентами Москвы по поставкам газа в ЕС является стратегический партнер США — Катар, который поставляет более 30% своего сжиженного газа Европе с помощью танкеров, в обход Ормузского пролива. Таким образом, транспортировка газа обходится намного дороже, чем нефти, так как его перекачивают по трубопроводам, которые невозможно отвести в другую сторону в случае вооруженных конфликтов и политических трансформаций. В данном контексте, интеграция Украины в Таможенный союз позволит Москве установить собственные правила «игры» в нефти-газовой войне, что в разы увеличит зависимость ЕС от России.
Более того, Украина, с населением в 45 миллионов человек, также рассматривается, как привлекательный рынок сбыта. Напомним, что еще в 2005 году была подписана «Конвенция между США и Европой» (Compact between the United States and Europe), в которой были обрисованы основные контуры трансатлантического взаимодействия в различных сферах. Резолюция о трансатлантических отношениях от апреля 2007 года, подписанная президентом США Джорджем Бушем германским канцлером Ангелой Меркель и председателем Еврокомиссии Жозе Мануэлем Баррозо, учредила «Трансатлантический экономический совет», который провел свою первую рабочую встречу в ноябре того же года. Важным моментом является то, что данное соглашение должно максимально облегчать сбыт американской продукции в Европу. В свою очередь, Украина, находящаяся под «пятой» ЕС, представляется собой необходимый рынок сбыта. Явную выгоду получает и сам Брюссель, который в условиях кризиса, нуждается не только в новом рынке , но и в дешевой рабочей силе.
Безусловно, Вашингтон и Брюссель не хотят отдавать столь «лакомый» кусок пирога России и Таможенному Союзу. При этом в Белом Доме серьезно опасаются, что интеграционная модель России может заинтересовать многие страны Европы, которые так и не реализовали свои «евромечты», столкнувшись с серьезными экономическими проблемами. Учитывая подобный расклад, президент Янукович вполне прагматично решил просто избежать «выбора», однако, он не учел американский революционный «опыт». Неудивительно, что на проходивших в Сенате слушаниях, вышеупомянутый Бжезинский привел в пример Польшу, сравнивая «Евромайдан» с движением «Солидарность», и добавил, что лидеры украинской оппозиции должны пожертвовать амбициями и выбрать единого кандидата на президентских выборах.
Таким образом, США с самого начала пристально следили за переговорным процессом ЕС с Украиной, Арменией, Грузией и Молдавией. Успех данных переговоров должен был значительно сократить возможности расширения Таможенного Союза и ослабить возрастающую политическую роль России. Одновременно, ЕС, получая рынки сбыта, пытался решить собственные экономические проблемы.
Галстян Арег, «time to analyze» — politics, society, and ideas