Резкое обострение российско-турецких отношений не могло не повлиять на политическую атмосферу Южного Кавказа. Сегодня можно только гадать о том, насколько было самостоятельным решение Турции сбить российский бомбардировщик, насколько далеко просчитал президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган последствия спровоцированного им кризиса, если он вообще это просчитывал, но жесткость и масштабность российского ответа, совершенно очевидно, для турецкого правительства явились неожиданностью.