Если взглянуть на ситуацию не столько с эмоциональной, сколько с политической точки зрения, то, на мой взгляд, произошло следующее. После организованной информационной кампании о предполагаемой «террористической угрозе» Пашинян, по-видимому, решил, что может перейти к следующему шагу — к прямым действиям против Церкви. Ему могло показаться, что в глазах общественности подобная кампания уже будет воспринята как оправданная.