Президент Ильхам Алиев принял в своей загородной резиденции “Загульба” главу Еврокомиссии Жозе Мануэля Баррозу и комиссара ЕС по вопросам энергетики Гюнтера Эттингера. Это рядовое на первый взгляд событие получило весьма широкий резонанс на международной арене.
Дело в том, в центре переговоров была судьба пресловутого газопровода NABUCCO — проекта до последнего времени скорее виртуального, однако получившего теперь серьезные шансы на реализацию. По итогам визита были подписаны декларации о создании “Южного коридора” и “Партнерство в целях модернизации”, в которых выражена поддержка политическим и экономическим реформам в Азербайджане. Конечно, поддержка реформам, тем более политическим, — это лишь неизбежный оборот речи, долженствующий показать, что приличия соблюдены и вопросы демократии остаются в центре внимания объединенной Европы. Но главное, разумеется, — газопровод. Не случайно подписание соглашения Баррозу назвал “прорывом”, благодаря которому “Европа получила выход к газу Каспийского бассейна”. Баку обязался поставлять в ЕС голубое топливо в “значительных объемах и на долгосрочной основе”. Это первый шаг к диверсификации топливных маршрутов и сокращению зависимости европейцев от российских поставок. Причем Баррозу совершенно прямо отметил, что таким образом будет “повышена энергобезопасность европейских потребителей”.
Можно легко представить, насколько не в восторге от происшедшего Москва. И дело не только в деньгах, которых лишатся российские транзитеры. Намного актуальнее, что из рук Кремля Баку выбивает могучий рычаг политического давления на Брюссель, поскольку сегодня до 70 процентов газа ЕС получает именно из России. Но в перспективе ситуация изменится, и в этом очень велика роль Баку. Фактически Азербайджан показал, что отнюдь не намерен играть на российском политико-энергетическом поле, а будет впредь проводить собственную политику, во многом враждебную России. И дело не только в Азербайджане, который, что бы ни говорилось, не в состоянии в одиночку обеспечить полную заполняемость будущей трубы. Ведь по ней планируется перегонять в Европу более 30 миллиардов кубометров голубого топлива — более 5 процентов совокупных потребностей ЕС. Подписание декларации неизбежно повлияет на уклончивую доселе позицию среднеазиатских государств — производителей газа. Туркмения, Узбекистан и в какой-то мере Казахстан всегда намекали, что не прочь уменьшить зависимость своего топливного импорта от российского транзита. Но отсутствие уверенности, что трубу удастся проложить, заставляло их осторожничать. Теперь они скорее всего станут наперебой предлагать свои запасы европейцам. Тем более что “Южный коридор” предусматривает — помимо NABUCCO в перспективе возникнут и иные маршруты, которые свяжут Азербайджан с Польшей через Грузию и Украину, а Турцию — с Италией и Грецией. Для реализации этих планов понадобится очень много газа — не менее 80 млрд кубометров в год. И не случайно, что из Баку Баррозу и Эттингер сразу направились в Туркмению, где переговоры уже тоже приобретут конкретное содержание. Кстати, отмеченный Баррозу “прорыв” произошел после того, как Европе удалось уменьшить чрезмерные аппетиты Турции, которая требовала за транзит шестую часть топлива. Анкара поняла, что на это никто не согласится, и вопрос, буксующий все последние годы, сразу сдвинулся с мертвой точки. Как пишут российские СМИ, происшедшее и впрямь можно назвать прорывом, особенно в части отношений Баку и Москвы. Только прорывом со знаком “минус”. Все российские попытки заигрывать с Азербайджаном окончились ничем, Кремлю достаточно прямолинейно дали понять, что на Апшероне его мнение мало что значит. Это расценивается как смена внешнеполитических приоритетов. Симптоматично, однако, что надежды Баку в той или иной степени затронуть в декларации проблемы “оккупации территорий” и т.п. успехом не увенчались. Занимать одностороннюю позицию в вопросе карабахского урегулирования Брюссель даже в обмен на газ явно не желает. “Мы полностью поддерживаем усилия Минской группы ОБСЕ в разрешении конфликта”, — произнес Баррозу дежурную фразу, пообещав оказать помощь в восстановлении пострадавших от войны районов, “когда будет достигнуто мирное соглашение”.
Армен Ханбабян, "Новое время"